Неподчиненная (СИ) - Найтингейл Эл - Страница 27

Ее предложение выпить не показалось мне чем-то особенным. Я был готов на что угодно, лишь бы она свалила. А после вдруг накрыло так, что я смутно помнил, что было дальше. Вроде бы, мы заказали еще по коктейлю. Люда предложила выпить на брудершафт, но я послал ее на хер. Только она не отстала и не ушла, как обещала. Вообще странно, что я поверил ей, от таких тварей только и жди подвоха. Но то ли из-за разочарования, то ли из-за моей неуемной гордыни я не увидел в ситуации ничего подозрительного.

Не увидел сразу.

Даже когда силиконовые губы Люды впечатались в мои, а все тело стало словно ватным. Веки отяжелели, словно под кожу зашили по камню, поднять их стоило огромного труда. Меня отрубало на ходу.

Как добирался до номера, почти не помню. Вроде бы помогал метрдотель или кто-то еще. Лица и окружающая обстановка расплывались. Меня шатало из стороны в строну, точно шел по скользкой палубе во время сильнейшей качки. Сквозь монотонный гул до моего отключающегося сознания донесся голос Люды. Хотел сказать ей, чтоб проваливала, но не смог. Язык стал совершенно ватным и прилип к небу.

Помню, как повалился на кровать.

И тут накрыло блаженное забытье. Успев подумать, что давно не надирался до такой степени, наверное, со школьных лет, я словно провалился в черную дыру. Меня затягивало все глубже и глубже, но сил на сопротивление не осталось. Да и желания тоже.

Пробуждение было болезненным.

Голова раскалывалась так, словно по ней ударяли огромным молотом. Во рту все пересохло, тело было покрыто холодным, липким потом. Кое-как повернувшись на бок, я уперся коленом во что-то теплое и мягкое. Протянул руку и нащупал женскую грудь.

— Женя?..

Даже позвать ее по имени оказалось довольно трудно, голос абсолютно не слушался. «Младший братец» вообще еще дрых и никак не реагировал на близость женского тела.

Слегка онемевшими пальцами я провел по крутому боку.

— Женечка… — позвал снова.

Неужели она и в этот раз пошла на попятный? Опять пришла просить прощения, и как в прошлый раз, мы трахались всю ночь напролет? И почему я ни хера не помню?

Попытка напрячь мозг отозвалась тупой болью в области затылка. Со стоном я упал обратно на кровать, так и не разбудив соседку по койке. Но все еще тешил себя мыслью, что мы с Женей помирились, оттого и оказались здесь вместе. Наверное, она увидела меня в баре и подошла…

Стоп!

Догадка хлестнула, подобно плети. Люда… Я точно помнил, что там, в баре, ко мне присоединилась секретарша. Могли ли мы?.. Мог ли я?..

Да ну на хер!

У меня бы на нее не встал. Даже когда я еще не был зачарован Женей, Люда не внушала мне никаких желаний,  кроме одного: держаться от нее как можно дальше. Да, я использовал ее в своих целях, но она была совсем не против.

В номере было слишком темно, чтобы рассмотреть хоть что-то. Шторы задернуты, дверь прикрыта. Единственным светлым пятном были электронные часы, висевшие на противоположной стене. Циферблат показывал четыре утра.

— Ы-ы-ым!..

Женщина рядом сладко потянулась и задела мою ногу. В этот момент вернулось обоняние, и я почувствовал приторно-сладкий цветочный запах парфюма. Женя точно не пользовалась таким.

В дверь тихо постучали, и я напрягся.

— Дим, ты не спишь?..

Этот голос я мог бы узнать из тысячи. Женя едва шептала. Но я ее услышал. И, если она стояла в дверях, то рядом лежала другая женщина. И я примерно представлял, кто.

— Дима?.. — раздалось снова.

Лежащая рядом женщина приникла ко мне всем телом, но я отпихнул ее и шикнул. Только бы не заверещала спросонья. Все, на что можно было рассчитывать в этой ситуации, так это на чудо. На то, что Женя решит, будто я крепко сплю, и уйдет.

Чуда не случилось.

Зажегся ночник, осветив одновременно физиономию Люды с размазанным макияжем и удивленное и одновременно испуганное лицо Жени. Она смотрела на меня как на убийцу, застигнутого на месте преступления.

— Не делай поспешных выводов, — попросил я, при этом осознавая все блядство ситуации. Раньше мне казалось, что такая херня случается только в дешевых мелодрамах. — Наверняка всему есть объяснение.

Она даже не стала слушать.

Вздрагивая от беззвучных рыданий, Женя пятилась к выходу. А после побежала, не дав мне объясниться.

— Оставь ее, — небрежно бросила Люда. — Лучше возвращайся в постель, и мы продолжим то, что начали вчера. Эта ночь была просто восхитительной!

— Заткнись! — рявкнул я, не сдерживая эмоций. На полу кучей валялась моя одежда вперемешку с Людкиной. Отшвырнув ее юбку, я потянулся за боксерами. — Не знаю, что там было вчера, но тебе лучше забыть об этом.

— Но… — Люда скривила мордочку и обиженно надула губки. — Ты вчера признавался мне в любви. Говорил, что мы будем вместе до конца жизни.

— Я бредил! Слушай, Люд… — развернувшись к ней, натянул через голову майку и выдал: — Не знаю, по какой хер тебе понадобилось забираться в койку к отрубившемуся мужику, но между нами ничего не было и быть не могло. Так что не строй из себя оскорбленную невинность и, будь добра, оденься уже. И чтоб к моему возвращению следа твоего тут не осталось, ясно?!

Нелепей ситуацию сложно придумать. Если бы Женя пришла чуть позднее, то ничего бы не увидела и не узнала. Я просто выставил бы Людку за дверь, пригрозил увольнением, и она молчала бы в тряпочку. Не могла же она всерьез полагать, что после совместно проведенной по пьяни ночи мы станем любовниками? Что она там трепала про признание в любви?..

Возможно, я действительно бредил и представил на ее месте Женю. Это могло быть единственно правильным ответом. Но сама-то Люда не была пьяной и должна была отдавать отчёт своим действиям. Или в том и был расчет — не закрыть дверь номера, чтобы нас увидели?

Еще и ночник включила…

Да нет, эта распутная тварь не могла оказаться настолько расчётливой. Даже я не знал, что Женя придет проведать меня. Чего уж говорить о Люде. Скорее, это все долбаное стечение обстоятельств.

Забежав в туалет, я пристально посмотрел на «младшего брата»:

— Ты, правда, трахнул эту шваль? Серьезно?!

Член, разумеется, не ответил и вообще делал вид, что ничего не знает о прошедшей ночи. А мне хотелось его придушить. Или себя самого. Как я мог позволить такому случиться? И как теперь выходить из ситуации?

Наскоро принял душ, чтобы смыть с себя запах Люды. Направился к шкафу, чтобы переодеться в свежее — и тут заметил, что Люда и не подумала оставить постель.

— Ты еще здесь?!

Моему гневу не было предела. Эта дрянь не только не покинула постель, но даже не потрудилась одеться.

— Прости, мне что-то нехорошо… — она картинно прижала руку ко лбу и закатила глаза. — Голова кружится и во рту сухо, встать просто нет сил. Может быть, ты вызовешь врача?

Чтобы весь отель знал, где она провела эту ночь? Ну, уж нет!

— Это всего лишь похмелье, — как можно спокойнее пояснил я. Подошел к кровати и, не желая даже прикасаться к Люде, добавил: — Немедленно одевайся и возвращайся к себе, если не хочешь лишиться работы и дополнительных премий. Борисыч, конечно, мужик щедрый, но к себе в фирму он потаскушек не устраивает. А я, так и быть, оставлю тебя в должности, но про этот случай забудь. Отправляйся в свой номер и туда вызывай хоть врача, хоть священника.

Видимо, поняв, что ей меня не разжалобить, Люда все же встала с кровати и принялась одеваться. Движения ее были нарочито медленными, словно заторможенными. Не исключаю, что она пыталась меня соблазнить, не зная, что, кроме отвращения, ничего у меня ее вид не вызывает.

И как я мог оказаться с ней в постели?

Даже злясь на Женю, не мог бы решиться на такое. Даже по пьяни. Наверное, Люда помогала метрдотелю дотащить меня до номера, а после сама раздела. И разделась сама, решив, что я поверю в ее бред. Все верно: не было никакого секса, это все Людкины фантазии.

Именно это я и собирался доказать Жене.

И снова безуспешно долбился в закрытую дверь ее номера. Слышал, как Женя всхлипывает, и все же не отвечает. Я готов был разнести дверь в щепки, несмотря на головокружение и слабость, но боялся сделать только хуже. После такого поступка Женя точно не стала бы меня слушать.