Непокорная для боссов (СИ) - Фогель Эра - Страница 17

– К… моей бывшей свекрови, – нашлась я. – Она… плохо себя чувствовала с утра, и я не могла оставить мою любимую свекровь в таком состоянии.

Я прикусила щеку, чтобы не скривиться от слов «любимая свекровь».

– Это странно, – улыбнулся Симон. – У вас такие теплые отношения со свекровью?

– Конечно, – невинно ответила я. – Ведь она не виновата, что ее сын мудло. Мы по-прежнему поддерживаем друг друга и общаемся каждый день.

Я снова закусила щеку, но уже побольнее.

Сейчас разрыдаюсь от своей убедительности!

Симон улыбнулся и явно поверил в мою доброту. А затем завел машину и поехал в офис.

Глава 12.

Дальше день пошел по накатанной. Симон отмазал меня перед Сабиром, сказав, что это он задержал меня утром. Дальше он передал меня Сабиру, и я понеслась выполнять все его распоряжения.

Несмотря на нашу интимную связь, Сабир оставался все таким же свирепым и требовательным боссом и не делал мне никаких поблажек. Но теперь я воспринимала его требовательность уже по-другому. Я понимала, что это скорее всего испытательный срок для меня на стрессоустойчивость. Сабир должен понять, смогу ли я работать с ним на более серьезном уровне, или все мои просьбы о повышении – это лишь попытки выудить деньги из моих любовников.

Поэтому я спокойно выполняла все пока самые мелкие поручения, причем даже поручения не самого Сабира, а его секретарши, которая была вынуждена весь день висеть на телефоне. И в обед, в очередной раз влетев в кабинет Сабира с нужными ему данными, я уже заметно прихрамывала от этой беготни на каблуках. Но я не желала показать свою слабость. Если будет совсем больно, то я лучше сниму туфли вовсе, чем пожалуюсь Сабиру на это.

Однако теперь он не оставил мои трудности без внимания.

– Сядь, – приказал он, когда я только подошла к его столу.

– На диван? – удивилась я такому приказу.

– На стол, – устало бросил Сабир, будто разговаривал с умственно отсталой.

Мне показалось, что это был сарказм, но мужчина даже специально отодвинул бумаги с края стола, чтобы я и вправду могла сесть.

Я неуверенно присела попой на стол, готовая в любую минуту подскочить и встать, но этого не понадобилось. Сабир обхватил меня за талию и заставил сесть нормально, чтобы мои ноги не касались пола.

– Сними туфли, – снова приказал он.

Как завороженная я смотрела в сердитые черные глаза и не посмела ослушаться.

Ну что он может там увидеть? Наверняка малюсенькая мозолька, которую и не разглядеть. Или он прикажет дальше работать босиком? Что ж, мне так даже лучше.

Однако сбросив туфли, я увидела, что натерла пятку до крови, но Сабир этого вроде не заметил. Да и вряд ли он вообще хотел мне помочь. Потому как его глаза опасно заблестели. Мужчина нажал на кнопку своего селектора и сообщил секретарше:

– Никого ко мне не впускать.

И не успела я опомниться, как одним движением он сгреб меня со стола и усадил верхом к себе на колени.

Близость сейчас, когда в компании творится такая суматоха была для меня абсолютно неуместной. Я даже не почувствовала желание к этому мужчине.

– Не надо! – я уперлась ладонями в грудь Сабира. – Пожалуйста!

Странно, но смелость отказать у меня просыпалась только с ним.

– Тихо, – тут же осадил меня он и обхватил за затылок. – Мне лишь нужно кое-что проверить.

– Что? – я опустила глаза, только бы не видеть этот свирепый взгляд перед собой. Он всегда пугал до чертиков. Даже у моего мужа глаза добрее!

– Где ты была утром? – прогремел Сабир. – Учти: я знаю правду. Если соврешь сейчас – потеряешь мое доброе отношение к тебе.

Он берет меня на пушку? Хорошо.

Я выложила ему тоже самое, что и Симону – про любимую свекровь. Однако сейчас я врала с трудом.

– Встань и разденься, – прозвучал новый приказ, и я побледнела.

– Нет, – испуганно выдавила я. Сейчас мой страх был неподдельным. – Сабир, зачем Вы так?

– Я не собираюсь тебя насиловать или унижать, – пояснил он. – Я вообще до тебя не дотронусь. Поэтому делай, что я говорю, иначе я сделаю это сам.

Чувство несправедливости жгло меня изнутри. Значит, Сабир – такое же ничтожество, как и мой муж! Я притягиваю один и тот же тип мужчин! Все только и хотят, что уничтожить меня. Но я не позволю больше никому так с собой обращаться. Я вынесла уроков сполна.

Но, опередив мои мысли, Сабир поставил меня на ноги, а затем подошел к двери и запер ее на ключ.

Мне остается только кричать?

– Искра, – внезапно мягко и ласково произнес он. – Не бойся. В моем приказе нет никакого сексуального подтекста. Я просто должен на тебя посмотреть. Не как на женщину.

Я ни черта не понимала. Как еще он собирается посмотреть на голую меня, если не как на женщину?

– Разденься, – повторил он все тем же мягким голосом.

Плевать! Чего он там у меня не видел? И может это станет последней каплей для меня, и я наконец смогу решиться сбежать ото всех? Прямо сразу заехать за мамой, собрать все вещи и уехать куда-нибудь далеко! Хотя… на какие деньги?

Обдумывая все это и глядя на Сабира сквозь пелену подступающих слез, я принялась снимать с себя летнее офисное платье и белье.

Пусть любуется, урод! Почему именно он выводит меня на такие сильные эмоции?!

Но Сабир не сдержал свое обещание. Едва я сняла последний элемент одежды, как он тут же подошел ко мне, обнял за талию и провел пальцами по правому боку: от груди до талии.

– Что это? – наконец спросил он.

Я проследила взглядом за его пальцами и увидела, что он очерчивает проступающий синяк на моей груди и ребрах. След от того, как схватил меня утром муж.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я молчала.

– Это сделал Симон? – прямо спросил Сабир.

Я отрицательно мотнула головой.

– Твой бывший муж?

Я ничего не ответила.

– Он изнасиловал тебя сегодня? Только честно.

Я снова мотнула головой, не поднимая глаз на лицо Сабира.

– Я ведь могу это проверить, – пригрозил Сабир.

– Правда нет, – заверила я. – Симон позвонил и… он не успел.

Тогда Сабир поднял с пола мое белье и принялся помогать мне одеваться.

– Завтра мы снимем побои, и ты напишешь заявление, – вновь заговорил Сабир, когда застегнул на мне платье. – Добьемся через суд, чтобы он не имел права к тебе подходить и вообще как-то контактировать.

– Никуда я не пойду, – упрямо заявила я.

Мне стало страшно от одной только мысли что сделает со мной муж, когда узнает, что я на него заявила. Он отловит меня, где бы я ни была и устроит настоящую пытку. И ладно если только мне. А если он навредит моей маме? Нет. Я уже это проходила. Когда-то давно я попыталась написать заявление, но у мужа большие связи, какие-то темные дела и он явно прикармливает местных «оборотней в погонах». И это не рядовые лейтенанты. Там дела гораздо серьезнее.

– Искра, – укоризненно произнес Сабир.

– Вы не заставите меня! – грозно произнесла я. – Я никуда не пойду! И… Вы больше не будете… меня… трогать!

Почему?! Почему я смогла одиннадцать лет терпеть насилие моего мужа, смогла бы стерпеть его и сегодня. Могу простить грубость Симона, но не могу вытерпеть даже один разговор с Сабиром. Он словно ломает меня изнутри одним только взглядом. Мне хорошо понятны жестокость, агрессия, самоутверждение за мой счет, но совершенно не понятна приводящая в ужас забота Сабира, его закрытость и эта уничтожающая энергетика.

Никогда раньше я не встречала такой тип людей и неизвестность пугала меня сейчас больше, чем угрозы мужа.

– Искра, – он успокаивающе провел большим пальцем по моей щеке. – Успокойся. Я ничего тебе не сделаю. Боишься идти против своего бывшего – не иди. Я прослежу, чтобы ты все время была с нами, и он не мог к тебе подступиться. А сейчас иди к Симону. Пообедай с ним. Отдохни. Он купит тебе новую удобную обувь. И он тебя не тронет. А потом возвращайся сюда. Здесь еще куча дел. На все про все у вас час. Хорошо?