Глава Клана (СИ) - Куликов Даниил - Страница 9

Глава 5. Оружейный магазин

Нож, а точнее какой-то тонкий и очень хищный стилет пробил мою ладонь насквозь. Я почувствовал дикую боль, и свободной рукой выхватил пистолет. Незнакомец попробовал выдернуть из моей руки стилет, но я сжал пальцы, зажимая его кулак, навёл пистолет и дважды выстрелил ему в живот. Крутанувшись, незнакомец повернулся боком, пропуская пули, а я постарался повернуться к нему лицом. Он пошевелил в ране стилетом, и в моих глазах всё буквально потемнело. На некоторое время я просто ошалел от боли и ослабил хватку. Он выдернул стилет из моей руки, а в следующее мгновение то место где он стоял охватил поток пламени — вмешалась Аня. Незнакомец замер, а в следующий миг потонул в море огня. Когда огонь рассеялся на асфальте ничего не было. Кроме отрытой крышки канализационного люка.

…Я снова сидел в кабинете у Петрова, а он нахмурившись обдумывал произошедшее.

— Значит так и сказал — «привет от Козовых»? И Корейцев? И именно он участвовал в твоём похищении? И Бухгалтера упомянул? И всё сразу после того, как ты обнаружил Бухгалтера в том самом притоне… Покушение на сотрудника МВД сразу после обнаружения. Что ж, похоже, мы взяли ещё один след.

Он снова подошёл к куче папок и достал то дело, которое показывал мне и вытащил фотографию, на которой был смазано изображён ещё один третий подозреваемый.

— Похож? — спросил он.

— Вроде похож, — ответил я. — Рост, по крайней мере точно совпадает. Лицо не видно.

— Спустя столько времени продвижение по этому делу. Наконец-то хоть какой-то след! Третий участник устроил нападение. Мы близко. Ладно, давай Ветров — отправляйся домой, завтра поговорим.

— Простите, Владислав Андреевич, а можно мне на завтра взять отгул? — спросил я.

— Ветров, ты же сам видишь, какие дела начали твориться, — красноречиво посмотрел на меня Петров.

Я не менее красноречиво помахал пробитой рукой.

— Понимаю, — кивнул Петров. — Тогда давай до двенадцати — посети все аптеки, поликлиники, но прошу тебя — не бери пока больничный. Сам понимаешь — ситуация не та.

— Спасибо, — кивнул я.

— Опять он тебя мучил? — набросилась на меня Аня. — Ты как, как твоя рука?

— Да нормально, я сейчас сам начну её исправлять, — ответил я. — Думаю, за пару дней затяну. Даже за несколько часов.

— Нет уж — давай-ка едем с тобой в Санпропускник, и посмотрим, что они скажут — ответила Анна, решительно взяв меня под локоть. — И даже спорить не вздумай!

В санпропускнике врач промыл и обеззаразил рану, после чего наложил повязку — единственное, что он мог. Ничего страшного — я в состоянии направить Лебен к месту ранения, и создать новые телесные клетки.

Из-за моего ранения Аня запретила вечером что-то делать самому, поэтому я несколько сибаритствовал и любовался ей.

— Подожди секунду, — сказала она.

— Ладно, — пожал плечами я.

Уже через минуту она вошла на кухню в короткой юбке и майке.

— Выглядишь просто супер, — прокомментировал я.

Анна покраснела и опустила глаза.

— Спасибо, — скромно отозвалась она. — Специально взяла…

— Тебе очень идёт.

Аня скромно села рядом. С каждым днём замечаю, что она всё больше превращается в девушку — раньше по дому она ходила в свободных шортах, или трико.

— Саша и девочки посоветовали мне начать носить юбки хотя бы дома, если я не могу делать этого на работе.

Аня снова покраснела.

— И как ощущения милая?

— Знаешь, это так смущает, и так здорово…

— Значит решено — пойдём в магазин, и возьмём тебе несколько обновок.

Анна ничего не сказала, просто покраснела и обняла меня уткнувшись носом в шею.

Несмотря на её протесты, утром я поднялся, чтобы просто позавтракать вместе. С некоторых пор завтракать одному стало как-то неуютно. Позавтракав, я пообещал, что немного посплю — всё-таки надо пользоваться таким кратковременным выходным. Я подремал ровно часок — до восьми утра, а после мне на почту пришло уведомление. В нём государственная машина бюрократии извещала меня о том, что моё заявление о создании собственного клана успешно прошло одобрение по всем инстанция, и теперь мне нужно будет приехать и забрать необходимые бумаги, после чего я стану главой новоиспечённого клана уже официально. Именно для этого я и выпросил у Петрова несколько часов выходных. Быстро переодевшись я собрался и вызвав такси отправился в городское управление. Теперь можно было вносить моих друзей из Изнанки, как членов клана, и подавать список для регистрации.

Быстро приехав на место и поставив в нужных местах подписи, я отправился за Майером и остальными.

— Наконец-то! — радостно воскликнул Захар. — Теперь осталось паспорта получить, и вообще — заживём.

Семён Васильевич — дворецкий мэра Изнанки почти не выказывал эмоций, как и Майер, а вот остальные напротив — ничуть их не скрывали. Впрочем сокрытие эмоций — это дело возрастное и зависит от менталитета — у дворецкого и немцев он немного другой, чем у русских гусар и дворян. Я аккуратно записал данные всех товарищей в специальный формуляр — Семён Васильевич Агафьев, Фёдор Иванович Азарьев, Петер Людвигович Майер, Виктория Петеровна Майер, Никаноров Прохор Владимирович, Святозаров Захар Юрьевич. После этого мы все отправились подавать список о составе клана, и заявления о вступлении в него.

Мой клан пополнился аж шестью новыми людьми. Теперь следовало как можно больше думать о развитии. Не только о расширении клана, но и о чисто внутреннем развитии.

— Петер Людвигович, — начал я. — Как вы смотрите на то, чтобы после получения паспорта стать директором небольшого парфюмерного завода. Естественно с соответствующей оплатой. Или я бы даже сказал довольно крупного завода, чтобы выпускать вашу продукцию крупными партиями. Что думаете? Сбыт и контракты я организую. Пока просто подумайте об этом, посмотрите в интернете какие зарплаты сейчас у директоров, какие цены вообще, оцените так сказать предложение.

— Не знаю как Петя, но я за такой кипеж, — включился в разговор Азарьев. — Я посмотрел цены даже просто на строительные материалы — десять кубометров хорошего кирпича могут легко стоить тысячу. А частные лица продают его за копейки — десять кубов за стодвадцать-стопятьдесят рублей, это же просто смешно. С экспертизы по нашей пробной партии кирпичей звонил какой-то барыга, и предлагал мне продать ему такую партию за девяносто-семьдесят рублей! Прохвост, руки бы ему оторвал! Так что я сам за производство — так всем проще будет, и выгода больше будет.

— Я согласен Константин, — тут же сказал немец. — Было бы очень глупо отказываться от таких предложений. Вздумай мы с Федей пытаться сбывать что-нибудь сами, нас просто сожрут, или вынудят продавать за копейки. По-другому никак — рынок этого не допустит.

— А вы не думали вернуться в Германию? — на всякий случай спросил я.

— Хм, хороший вопрос, но думаю нет, — ответил Майер, даже не задумавшись. — В той Германии которую я знал, были люди готовые трудиться и что-то делать, были те, кто верят в честь и совесть, а сейчас там слишком много негров и арабов, которые считают эту землю своей. И слишком много ленивых людей любящих поболтать, а также мужчин, которые не скрывают, что любят других мужчин. В моё время об этом хотя бы не говорили и не выставляли напоказ. Может я консервативный ретроград, но я придерживаюсь мнения, что мужчина должен спать с женщиной. К тому же я прожил в Росси, а потом в Изнанке среди россиян половину жизни, а Виктория вообще можно сказать выросла в России.

Он сделал паузу и перевёл дух.

— Теперь, когда я знаю, что тут есть свои немцы, я готов остаться и посвятить жизнь любимой науке. Попрошу вас об одном Константин — пусть директором завода станет моя дочь. Могу сказать точно — Виктория справиться. Я хочу как можно более плотно заняться наукой.

— Замечательное желание, — кивнул я. — Если вы уверены, что ваша дочь справиться, то пусть так и будет, а пока давайте просто дождёмся паспортов.