Чувствующая (СИ) - Мохова Анна - Страница 18

Глава 9

И я не хочу,

чтобы меня видел весь этот мир,

Потому что не думаю,

что меня в нем поймут.

Когда все вокруг создается,

чтобы быть разрушенным,

Я просто хочу,

чтобы ты знала меня настоящего.

На следующий день, позавтракав восхитительными мамиными сырниками, Ариана и Стас отправились в городской музей. Это было старое трехэтажное здание, которое не просило — умоляло о реставрации. В школе они каждый год ходили туда на экскурсии, но впечатлений эти походы не оставили. Работники музея не пытались представить экспозицию увлекательно, и школьники откровенно зевали, перетекая из одного зала в другой. Орудия времени неолита или древнерусские украшения, найденные в окрестностях города, тоскливо пылились под стеклом, не вызывая никакого интереса.

Пока Стас сдавал вещи в гардероб, Ариана направилась к билетной кассе. Окошко было закрыто, и она растерянно огляделась.

«Странно, — подумала она, — музей открыт — значит, работает. Где все?»

— Гражданка Белецкая, а вы что здесь делаете? — раздался за спиной знакомый басовитый голос.

— Валентин Алексеевич! Вот это встреча! А вы здесь как? Честное слово, хотела к вам забежать, но еще не успела, — обернувшись, взволнованной скороговоркой протараторила Ариана.

Старый учитель стоял в нескольких метрах от нее и добродушно посмеивался.

— Хотела она, ага. Зашла бы уже тогда. У вас, молодежи, сплошные дела.

— Но я правда…

— Она и правда была занята. Ариана помогает мне, — вмешался в разговор неслышно подошедший Стас. — Станислав, ее коллега, журналист, приехал написать статью о вашем музее.

Мужчины обменялись рукопожатием, и Валентин Алексеевич покачал головой:

— А что про него писать? Он здесь никому не интересен, а столичным тем более.

— Наше издание старается осветить культурные события во всей стране. Когда Ариана на планерке привела пример, что ваш музей ценный, но заброшенный, я сразу понял, что это будет хороший материал. Провинциальная культура гибнет от равнодушия — что может быть печальнее?

Ариана слушала, как Стас рассказывает о своей задумке, и восхищалась его навыками импровизации.

— Красиво говорите, Станислав, но на деле вряд ли что-то изменится, даже после выхода вашей статьи, — с сомнением протянул Валентин Алексеевич. — Не обижайтесь, я ни в коем случае не умаляю вашего таланта, но молодежь уже давно сидит в интернете и равняется на зарубежных кумиров. Зачем им все это?

Учитель обвел рукой стоящие по периметру витрины с экспонатами. Ариане было невыносимо видеть столько грусти и обреченности в его взгляде. Она приобняла Валентина Алексеевича за плечи и спросила:

— А что вы здесь делаете? Мы хотели экскурсию заказать, но никого нет, касса закрыта.

— Так праздники же, вход бесплатный. Администрация делает все, чтобы привлечь посетителей, но — как видите, — огорченно вздохнул он, глядя на пустой зал. — А я тут немного подрабатываю, архивы разбираю, каталоги составляю.

— Так может, вы нам экскурсию проведете? — спросил Стас.

Ариана благодарно улыбнулась ему. Она и сама хотела предложить то же самое.

— А давайте, — обрадовался учитель. — Глядишь, и расскажу что-нибудь интересное, в статье своей напишете.

Следующий час пролетел незаметно. Валентин Алексеевич оказался потрясающим экскурсоводом. История родного края оживала на глазах. Вот мушкет человека, жившего на территории их городка несколько сотен лет назад. Кем он был — настоящим солдатом или насильно призванным на службу мельником? Была ли у него семья, дождалась ли его с поля битвы? За каждым экспонатом скрывалась своя трагедия и своя любовь.

— Валентин Алексеевич, да вы прирожденный экскурсовод! — воскликнула Ариана, когда они направлялись в литературный зал. — Если бы нам в школе рассказывали хоть вполовину так интересно, то нас было бы отсюда не вытащить!

— Спасибо, конечно, но ты преувеличиваешь, — польщено ответил он.

— Ариана права, — подтвердил Стас. — Вначале я был настроен скептически, но сейчас понимаю, что этот музей действительно стоит сохранить.

Он говорил очень убедительно, и Ариане нестерпимо хотелось шепнуть ему, чтобы не давал ложных надежд. И она специально об этом думала, в надежде, что он прочтет ее мысли. Хотя и чувствовала себя при этом очень глупо. В какой-то момент ей показалось, что сработало, потому что Стас посмотрел на нее, закатил глаза и отвернулся, продолжая беседовать с их сопровождающим.

Перед входом в зал к ним подошла работница музея и попросила Валентина Алексеевича на пару слов. Учитель извинился и предложил начать осмотр литературной экспозиции без него. Ариана обрадовалась, что наконец-то сможет высказать Стасу свои опасения, как менталист в очередной раз удивил ее: — Это потрясающее место, Ариана! Здесь полно артефактов! Я бы многое отдал, чтобы изучить хотя бы половину из них!

— Ты уверен? Я ничего не чувствую.

— Это потому что ты до конца не инициирована. Смотри, — он подвел ее к витрине в центре зала, — эта книга — артефакт. И эта тоже.

— А как ты определяешь? — Ариана внимательно смотрела на указанные книги, но ничего необычного в них не видела. Правда, одна из них так и притягивала взгляд, возможно, из-за красивой обложки переливающегося чернильного цвета.

— От них исходит еле заметное свечение, и воздух вокруг становится более вязким. Не знаю, кто собирал эту коллекцию, но он точно был одаренным. Нельзя допустить, чтобы такие ценные вещи пропали зря.

— Так ты серьезно говорил о реставрации?

— Да. Так что можно было не оглушать меня мыслями. Вернусь домой — подумаю, что можно сделать.

— Надеюсь, ты не планируешь обворовать музей? — в притворном страхе спросила Ариана.

— Зачем, когда его можно просто купить?

— Ты можешь купить музей?! — уже неподдельно изумилась она.

— Совет может, если сочтет его ценным. И это будет не первый случай, когда они становятся патронами подобных малоизвестных мест.

Осмотрев литературный зал, они направились к выходу, столкнувшись в дверях с освободившимся Валентином Алексеевичем. Стас взял у него адрес электронной почты и пообещал прислать готовую статью. Ариана, в свою очередь, поцеловала учителя в морщинистую щеку и заверила, что если не забежит, то обязательно позвонит ему до отъезда.

***

Вернувшись домой, они узнали, что папины испытания продолжаются. На второй день Сергей Николаевич значительно смягчился и выдал Стасу новую задачу, на этот раз скорее приятную: пожарить шашлыки.

— Знай, доча, маринад, который выбирает к мясу мужчина, характеризует его самого. Есть два типа: правильный и нет, — просвещал он Ариану, пока Стас возился во дворе с мангалом.

Правильным считался тот, который готовил папа. Но Стас не ударил в грязь лицом и в этот раз. Мясо получилось сочным, нежным и очень вкусным, и папа с удовольствием поглощал уже второй шампур. Ариана недоумевала, как можно было угадать все нужные ингредиенты. Видимо, она опять слишком громко думала, потому что Стас повернулся к ней и постучал пальцем по виску.

«Ну конечно! — ахнула она. — Он же менталист! Папа наверняка вспоминал свой идеальный рецепт, пока наблюдал за процессом приготовления!»

Чтобы показать, что раскусила его хитрость, Ариана стала усиленно представлять известных жуликов: Волшебника из Страны Оз, Остапа Бендера, Кота Базилио. На этом образе Стас беззвучно изобразил «мяу», и они оба не выдержали и рассмеялись. Ариана не переставала удивляться, как за два дня он так органично вписался в их семью.

Но тут у Стаса зазвонил телефон, на экране высветилось: «Лера». Он извинился и вышел поговорить на веранду. Очарование вечера рассеялось.

«У него есть девушка, — одернула себя Ариана. — Это табу. Я не стану второй Кирой. Мы едва знакомы, и все, что я чувствую, — обычная благодарность за его помощь».