Чувствующая (СИ) - Мохова Анна - Страница 14

— Я просто хотела сказать спасибо. Извини, — она постаралась, чтобы голос прозвучал так же бесцветно. И чтобы он ни в коем случае не увидел блеснувшие в уголках глаз слезы.

— На твоем месте я бы не тянул с принятием решения. В следующий раз меня может не оказаться рядом. Не хочу тебя пугать, но… не тяни. Если понадобится совет, мой номер есть у Лики.

«Надо же, какой гордый», — сквозь щелку в дверном проеме Ариана смотрела, как в прихожей Стас надевает куртку и дает указания ее подруге.

Та внимательно его слушала, периодически кивая. С Ликой он вел себя совсем по-другому. Его голос звучал более властно и в то же время более… по-дружески, что ли. В какой-то момент Лика звонко рассмеялась, и Ариане вдруг стало досадно, что шутка предназначалась не ей. В конце концов, с ней тоже можно нормально общаться, а не только успокаивать или снисходительно читать лекции по дароведению.

***

Хлопнула входная дверь, и через минуту в комнату просунулась хитрая мордочка Лики:

— Как все прошло?

— Нормально, — о размолвке в конце разговора она предпочла умолчать. — Стас сказал, что я чувствующая.

— Ого! — присвистнула Лика. Ее глаза засветились неподдельным восхищением. — Это очень редкий дар, во всей стране вас по пальцам пересчитать. В Москве, например, сейчас нет молодых инициированных чувствующих. — Откуда ты знаешь?

— Всем новичкам при вступлении в клан дают методичку, в ней есть краткое описание всех видов одаренных. Там написано, что таких, как ты, очень берегут, стараются не раскрывать ваших имен. «Счастлив тот клан, где есть свой чувствующий». Это цитата, если что. Таким пафосным стилем вся книженция написана.

— А что в них такого особенного? — удивилась Ариана. Ее не очень впечатлила якобы скрытая в ней сила. — Ну, чувствуют эмоции, ну, хорошо общаются. Творческие люди. Никакого волшебства.

— Ты чего! Опытный чувствующий способен воздействовать на настроение человека, внушать ему определенные чувства. Довести до депрессии или, наоборот, подарить ощущение нереального счастья. А если он творит, то своими работами способен менять жизни людей. Сознательно менять, понимаешь?

— Разве это не способности менталистов? Стас предлагал мне забыть о вашем клубе… клане… в общем, о вас.

— Ваши силы в чем-то похожи. Да, они могут, к примеру, внушить человеку спрыгнуть со скалы, но для этого нужно иметь очень сильный дар. А самое сложное — это скрыть следы воздействия. Большинство менталов на это не способны, ограничиваются считыванием настоящего, максимум — недавнего прошлого.

«Интересно, Стас способен?» — подумала Ариана. Лика упоминала, что он сильный. Подруга тем временем продолжала делиться знаниями:

— А теперь представь, что можно просто убрать у человека чувство страха и создать иллюзию любви к полетам. Вуаля! И он уже летит со скалы, счастливо улыбаясь. Воздействие чувствующих почти невозможно отследить. Поэтому вас так берегут. Вы мощное оружие. Сейчас, еще прочитаю тебе, что в методичке есть.

Ариане стало не по себе от своей потенциальной силы. Если это так, то неудивительно, что чувствующих стремятся от всех спрятать. Мысль о том, что она может причинить кому-то такой вред, вызывала отвращение.

Лика сбегала в свою комнату и вернулась с тонкой коричневой книжкой.

— Так, тут еще написано, что чувствующим претит насилие в любой форме. Они гораздо охотнее создают прекрасное и преумножают счастье и любовь. Бла-бла-бла. А тут вот и про менталов есть. «Непобедим союз чувствующего и менталиста. Вместе они способны достичь небывалого могущества, ибо смогут управлять людскими чаяниями и страстями». Ну что за пафосный дядька! — зевнула Лика, закрывая методичку. — Я тебе сейчас еще ромашку принесу. Стас сказал перед сном обязательно выпить.

«Ага, сначала разнервировал, а потом успокоительное прописал», — съехидничала Ариана.

Интересно, Стас специально умолчал об опасных сторонах ее дара? Не хотел напугать? Или тут что-то другое? Он же ментал, ему может быть интересен их «непобедимый союз». И все-таки, почему бабушка надела на нее блокиратор? Знала ли она о существовании одаренных? А мама с папой в курсе?

«Прежде чем решить, что делать с подвеской, я должна съездить к родителям», — определилась она, отпивая ненавистный ромашковый чай.

Ариане не верилось, что за такой короткий срок ее жизнь перевернулась с ног на голову. И что она действительно обсуждает дар с соседкой-ищейкой и ее вожаком-менталистом и обладает редкой силой воздействовать на чувства. И что еще нереальнее — склоняется к тому, чтобы поверить, что все это правда.

Глава 8

Пожалуйста,

не думай обо мне как о девушке,

затерявшейся среди снов и фантазий.

Пожалуйста,

увидь меня, тянущуюся к тому,

кого я еще не вижу.

Родной город встретил Ариану слякотью и сыростью. Снег, выпавший в первых числах января, уже растаял, и под ногами хлюпала серая каша-размазня. Потеряв снежные шубы, деревья тоскливо чернели голыми ветками. Она приехала вечерним поездом и сейчас неторопливо шла по родной улице, улыбаясь знакомым с детства соседским домам.

Вот здесь живет тетя Лена, всю жизнь проработавшая пекарем. Ариана помнила восхитительный аромат свежей выпечки, который царил в уютном кафе при пекарне. Жаль, что оно закрылось. А напротив — дом Надежды Петровны, ее учительницы русского языка и литературы. Именно она в свое время настойчиво советовала Ариане поступать на филфак. Надежда Петровна даже помогала ей заполнять документы. А здесь живет Валентин Алексеевич, учитель истории. Невероятно мудрый и чуткий педагог. Приезжая домой, Ариана всегда забегала его проведать и занести леденцы Дюшес, которые он любил.

Ариана свернула на тропинку, ведущую к своему дому. Скрипнула калитка, и щемящая нежность затопила ее сердце. Дом, милый дом. Здесь ей всегда рады и всегда ждут. У Арианы было счастливое безмятежное детство, и сейчас она страшилась заводить разговор о бабушкином подарке. Если пережить предательство в любви ей кое-как удалось, то осознать, что ее всю жизнь обманывали самые близкие… Ариана потрясла головой, отгоняя мрачные мысли, и решительно нажала кнопку звонка.

Послышались торопливые шаги, и вот ее уже обнимают самые родные на свете руки. От мамы пахло сдобой, свежескошенной травой и чем-то цитрусовым. Напряжение последних дней и усталость от дороги сделали свое дело. Ариана не выдержала и всхлипнула, уткнувшись в мамино плечо.

— Солнышко, ты чего? Тебя кто-то обидел? — встревоженно спросила мама, гладя ее по волосам.

— Просто соскучилась. Я так рада тебя видеть, мам. А где папа?

— А я-то как рада! Сейчас придет, ему по работе позвонили, в кабинете разговаривает.

Дома было хорошо. Ариана сидела на кухне и маленькими глоточками пила обжигающе горячий чай. Глаза нещадно слипались, и она с трудом держала их открытыми. Мама пыталась запихнуть в нее кусок пирога под привычное «совсем исхудала, ничего не ешь в своей Москве». После тарелки домашних пельменей, овощного салата и клубничного желе Ариана смотреть не могла на любимое лакомство.

— Оля, она только приехала. Не переводи все продукты за один вечер, — попытался заступиться папа.

— Глупости! Ты посмотри, какая она изможденная. Ничего, я тебя приведу в нормальный вид.

— Я хорошо питаюсь!

— Завтра с утра замешу тесто, налеплю вареников. С творогом, как ты любишь, — продолжала мама, пропустив слова Арианы мимо ушей.

— Я тоже люблю с творогом, — заикнулся было папа, но мгновенно капитулировал под грозным взглядом.

— Пойду-ка спать, — широко зевая, сказала Ариана. — Спасибо, мам, все очень вкусно. Не нужно ради меня рано вставать. Днем вместе налепим.

Она поцеловала маму в морщинку между бровей, которая всегда указывала на то, что родительница о чем-то напряженно думает. В этот раз, вероятно, она прикидывала, хватит ли у нее муки на пару десятков, а лучше сотню вареников, чтобы накормить «исхудавшую доченьку».