Любовь по правилам и без 2 (СИ) - Озолс Агата - Страница 43

Марк оторвался от меня, помог подняться  и занялся своим внешним видом. Я достала из сумочки носовой платок, промокнула вытекающую из меня сперму, одернула основательно измятый подол. Все-таки у натуральных тканей есть свои недостатки. Вот был бы на мне старый добрый полиэстер, никто бы ничего не заметил. А так, мое платье просто кричало о том, чем занималась его безголовая хозяйка.

- Господи, я похожа на обозную девку, - констатировала после безуспешных попыток разгладить смятое платье. - Не хватает только сена в волосах и парочки засосов.

- Засосы могу поставить прямо сейчас, - отозвался Марк. - С сеном, боюсь, будет трудно.

Он уже привел себя надлежащей вид и выглядел до отвращения свежим и красивым.

- Иди к черту, развратник, - я шлепнула его по руке, которая уже тянулась к моей груди.

- А что так грубо? - деланно обиделся Марк.

- Все сразу поймут, чем я занималась.

- Мы занимались, - поправил меня Марк.

- Мы?

- Мы вернемся вместе, - ответил Марк. - Так что все поймут, чем МЫ занимались. И будут жутко завидовать.

- Тебе?

- Тебе.

- Сомневаюсь. Вряд ли здесь так уж много геев. Бо, знаешь ли, не очень толерантен.

Марк только усмехнулся и предложил:

- Ну что, возвращаемся?

Я представила, как это будет выглядеть и отступила назад.

- Нет.

- Нет? - удивился Марк. - Почему?

- Там Виктор.

- Хочешь, я с ним поговорю?

- Нет.

- Тогда поговори с ним сама.

- Нет. Не здесь и не сейчас.

- Почему?

Блин, как ему объяснить, что я не могу сейчас сказать мужчине, только что предложившему мне стать его женой, что я ….. А что я? Выбираю другого, с которым пару минут назад предавалась безудержному сексу? И вроде бы все уже сказано, все точки поставлены над «и», а все равно, мне перед Виктором чертовски неудобно. Сама же его сюда позвала, так зачем опускать мужика ниже плинтуса, да еще на глазах у кучи народа?

- Потому что я так не могу, - ответила твердо. - Это нехорошо, разве ты не понимаешь?

Марк запустил руку себе в волосы, мгновенно растрепав их, и ответил с досадой:

- Да все я понимаю. Умом. А вот тут, - он взял мою ладонь и положил себе на грудь, туда, где билось сердце, - вот тут горит огнем. Не хочу, чтобы рядом с тобой был другой мужчина. Пусть и просто, как спутник, друг, партнер по бизнесу. И что мне с этим делать, я не знаю.

- Я поговорю с ним, - пообещала в ответ. - Но только не сегодня, не здесь.

Марк кивнул. Мы вышли из комнаты.

- Подожди, - попросила я Марка, - я вернусь первой. Ты переждешь и войдешь через пару минут.

- Ладно, - нехотя согласился он. - Чувствую себя Штирлицем.

Я пошла к гостям.

- Анна, - позвал меня Марк.

- Да?

- Это ведь что-то значит?

- Что именно?

- То, что сейчас было между нами. Это была не разовая акция? Верно?  Мы же теперь вместе?

Наверное, он был прав. Нас тянуло друг к другу, нам было хорошо друг с другом, мы нуждались друг в друге. Так стоило ли сопротивляться всему этому? Может быть, проще принять все, что мы чувствовали, а проблемы решать по мере поступления?

- Давай поговорим об этом потом, - попросила я Марка.

- Тебе нужно подумать?

- Да. И тебе тоже.

Я сделала попытку уйти, но Марк не дал, преградил мне дорогу.

- Я для себя все решил, - сказал серьезно.

Мне надо было отложить этот разговор. Что за странная необходимость, обсуждать такие вещи мимоходом, в коридоре? Но женское любопытство победило, и я спросила:

- И что же ты решил?

- Я хочу быть с тобой.

Он пытливо смотрел на меня, ожидая моей реакции. А у меня словно язык отнялся. Стояла, мысленно ругая себя и обзывая дурой и тупой коровой, и не могла выдавить не звука.

- Анна, я тебя люблю, - просто сказал Марк.

23

Господи, кто бы знал, как я боялась этого слова - «люблю»!

Что принесла мне моя прошлая любовь? Я ведь могла сколько угодно изображать вперед всеми, даже перед Полин, что все давным давно забылось и быльём поросло, но ведь помнила же. До мельчайших деталей. И любовную лихорадку, охватывающую меня при мысли о нем, и выворачивающую меня наизнанку боль от его предательства.

Мои чувства к Марку были и похожи и одновременно непохожи на то, что я испытывала пять лет назад.

Но если с Романом я постоянно ощущала себя, как на пороховой бочке - того и гляди, рванет, то с Марком я чувствовала себя, как под абсолютной защитой. И где-то, глубоко внутри, мне было уже наплевать, чей он родственник. И я давно уже не девочка, сорок лет бабе, врать самой себе глупо и недальновидно. Люблю. Но сказать об этом вслух? Робела. Боялась сглазить, вспугнуть то хрупкое, но такое важное, что уже родилось между мной и Марком.

- У вас что, совсем совести нет?

Я мотнула головой, выныривая из раздумий, и заметила Полин, стоящую рядом.

- Мы уже идем, - сказала, бросив чуть виноватый взгляд на Марка.

- Я помешала выяснению отношений, - ничуть не смутившись, заявила тетя. - Понимаю и прошу прощения. Но сегодня у Бориса юбилей. Надеюсь, вы об этом еще не забыли?

Я уставилась на нее во все глаза. Это что сейчас такое было? Сама же говорила, что мне нужно определиться, а теперь?

- Всему свое время, - ответила Полин на мой молчаливый вопрос и обратилась к Марку: - Взываю к вашей совести. Сначала юбиляр, а отношения будете выяснять завтра.

- Прошу меня простить, - Марк изящно склонился перед Полин. - Мы немного увлеклись.

- Я так и подумала.

Тетушка подхватила меня под локоть и повела в зал.

- Что бы это значило? - спросила я у нее тихонечко.

- Родственная помощь, племяшка, - хмыкнула тетя. - Мне отчего-то кажется, что ты абсолютно не готова выяснять отношения. Или я ошиблась?

- Я, кажется, его люблю, - выдала я вместо ответа.

- Это хорошо или плохо?

- Если бы я знала.

Тетя бросила на меня еще один пристальный взгляд и сказала, словно размышляя вслух:

- Я всегда считала, что Мари нужен братик.

- Что?

- Или сестричка. Да и отец бы ей не помешал.

- Ты думаешь, что Марк….?

- Будет прекрасным отцом, - продолжила за меня Полин.

- Но Роман…

- Возможно, неплохой отец, - кивнула тетя, - только оно тебе надо? Предавший однажды, придаст и в другой раз.

- Бывают исключения.

- Да? И где же они, эти исключения? - поинтересовалась Полин, демонстративно оглядываясь по сторонам. - Покажи мне, пожалуйста. Что-то я их не вижу.

- Наверное, ты права. Пойдем к гостям, неудобно перед Бо.

Мы вошли в зал, и тут же меня перехватил Виктор, а Полин пошла к Борису, исполнять обязанности хозяйки праздника.

Остаток вечера я провела, не отходя от своего редактора. Не хотелось его обижать, все-таки ничего плохого он мне не сделал. Марк прожигал меня насквозь испепеляющими взглядами, а спустя часа полтора сделал знак, что уходит. На мой безмолвный вопрос: почему, провел ребром ладони по горлу и закатил глаза, демонстрируя, что больше здесь оставаться не может. Я вспомнила слухи о том, что он нелюдим, и согласно кивнула.

Марк, попрощавшись с Бо, ушел, а через минуту на мой телефон пришло сообщение: «Сил нет смотреть, как возле тебя отираются левые мужики. Давай встретимся завтра?»

Я представила себе, сколько сил стоило Марку сдержаться и не устроить разборки, улыбнулась и  ответила: «Давай».

Уже поздно ночью, когда все закончилось, Виктор отвез меня домой. Мы избегали разговоров. Мне было неловко перед ним. Когда такси притормозило у моего дома, Виктор спросил:

- Твое решение окончательное?

- Окончательное и бесповоротное, - ответила честно. - Прости.

- Зря отказываешься, - хмыкнул Виктор и враз стал похожим на самого себя: насмешливого и въедливого успешного издателя. - Мы бы с тобой всех порвали.

- Да мы и там порвем.

- Тоже верно, - легко согласился Виктор.

- Я пойду. Спасибо тебе за вечер.