Кома. Выжившие (СИ) - Ростов Олег - Страница 88

Переселять скот в более приспособленные для него вагоны, решили позже, когда выйдем из опасной зоны, кишащей всякими тварями. Где-нибудь в полях. Когда подходы к эшелоны хорошо просматриваются и простреливаются. Я снял бронежилет. Ну вот, вроде поехали, наконец. Только расслабился, как в стенку из соседнего купе, отведённого Софье и Люси постучали.

— Марк, зайди! — Услышал крик Софьи. Да что такое-то?! Выскочил из своего и рванул дверь соседнего купе. Софья обнимала Люсис. Там сверкала бешено глазами и шипела как разъярённая кошка. Её руки ходили ходуном.

— Что происходит, Соня?

— «Дикие». Так Люси на них реагирует. Она тут чуть по потолку не бегала, когда вы стаю притащили на хвосте. Я её не выпускала. Упрашивала. Она вроде успокоилась когда мы тронулись. А сейчас опять в крайнем возбуждении.

Мать честная! Что опять? По внутренней связи оповестил весь эшелон, объявив тревогу.

— Внимание, тревога. «Дикие» на подходе, всем приготовится. — Посмотрел на женщину. Посути, Люся могла с лёгкостью избавится от Софьи, но не делала это. Даже как-то жалобно смотрела на неё, словно просила отпустить. — Софья отпусти Люси.

— Но Марк…

— Отпусти. — Перебил я её. Софья отпустила. Люся моментально скользнула мимо меня и устремилась в конец вагона. Я успел схватить карабин в своём купе. Ломанулся за ней.

— Марк, ты куда? — Закричала Ольга.

— К бою! — Ответил ей. Люся уже открыла дверь вагона и… скользнула наружу. У меня волосы дыбом встали.

— Люся! — закричал я. Подскочил и выглянул. Увидел только как её пятки мелькнули наверху и она скрылась на крыше вагона. Твою душу, надо наверх. Соскочил с вагона на платформу с техникой. Георгич набирал скорость. Колеса стучали по стыкам рельс. Залез на БМП-3. Встал в полный рост. Увидел Люсю. Она уже была на крыше вагона-ресторана. А на встречу ей, по крыше второго купейного вагона, двигались двое. Один был здоровый и косматый. Я таких здоровых не видел ещё. Второй поменьше, но всё равно он был больше Люси. Два здоровых мужика и девочка-подросток. Обе «диких» завыли. Несмотря, на то, что звук сносился набегающим на состав воздухом, я услышал этот вой. Сколько в нём было ненависти и животной ярости. Я смотрел как заворожённый. Люся двигалась очень плавно. В её руке был нож, который я ей подарил. Всё верно. На ней была длинная майка до колен. А на поясе портупея с ножнами. Дальше произошло невероятное. Два громилы довольно ловко и быстро бросились на девчонку. И она моментально ускорилась. Такой скорости я ещё не видел. Её движения были смазанные. Сначала я ничего не понял, что там произошло. Это уже потом, позже восстанавливая мгновения за мгновениями, словно замедлил просмотр киноленты, я понял, вернее почти понял как она действовала. В тот момент, когда самый здоровый махнул рукой с неслабыми когтями, пытаясь зацепить девочку, она извернулась, при этом разворачиваясь вокруг своей оси и приседая. Грабля мужика прошла чуть выше её головы. Она, завершая разворот, вспорола ножом мужику брюхо. Причём мощно так вспорола, от одного бока до другого, что внутренности стали вываливаться. Он завизжал как огромный хряк. Она тут же отпрянула, отпрыгнув от него. Тут на неё прыгнул второй. Но она опять увернулась, пробежала по краю крыши и оказалась за спиной у здоровяка. Прыгнула ему на спину и ударом ножа по шее, фактически отрезала в один мах ему голову. Всё длилось мгновения. Здоровяк даже понять ничего не смог. Мне так показалось. Его руки ходили ходуном, словно он отмахивался от кого-то. Люся соскочила с заваливающегося здоровяка. Второй успел развернутся к ней лицом. Ко мне спиной. Я вскинул карабин. Грохнул выстрел. «Дикого» швырнуло вперёд на девчонку. Я ему медвежьей пулей весом в 33 грамма попал в спину. Люся поднырнула под руки мужика и полоснула его по животу, нанося чудовищную по величине рану. Он пытался\ встать. Живучие твари, а простреленой в хлам спиной, с распоротым животом, но пытался встать. Люся опять оказалась около него, присев ему на спину и вогнала нож в макушку. По самую рукоять. Всё, гейм овер. Первая её жертва, самый здоровый в момент падения, соскользнул с крыши и улетел вниз, под откос. Второй остался лежать на крыше. В этот момент на крышу взобрался третий. Это была женщина, как я понял. Она рывком бросилась на Люсю, а та на неё, только ещё быстрее и проскочила мимо, каким-то чудом удержавшись на самом краю крыши. А женщина, пробежав вперёд рухнула на уже лежащий труп мужика. Из её глаза торчала рукоять ножа. Люся спокойно вернулась. Вытащила нож. Посмотрела на меня. Я продолжал находиться в ступоре. Она посмотрела и побежала дальше по крышам. Перепрыгивая на цистерны. С них на платформы, опять забиралась как обезьяна на вагоны. В самом конце ещё схлестнулась с один. Кто это был, я не понял, мужчина или женщина. В итоге труп «дикого» улетел вниз на землю под откос.

Я продолжал стоять на башне БМП-3. Даже не замечал ветра и идущего дождя. Стоял так, пока Люся не вернулась. Бежала ко мне по крышам и раз, стоит уже рядом со мной на БМП. Смотрит мне в лицо. Потом дотронулась пальцами до моего лица. Словно проверяя, целый я или нет. В другой руке у неё был нож. Я забрал его, вытер лезвие и засунул его ей в ножны.

— Люся! Ну ты, мать, даёшь! Я в шоке от тебя, дорогая.

Мы перебрались назад в наш вагон. Вернее, это я перебирался, боясь подскользнуться и навернуться между платформой и вагоном. А Люся как обезьяна — прыг-скок и уже в дверях стоит, смотрит на меня. А там в проходе народ вооружённый. Когда залез в вагон, посмотрел на девочку. Она была спокойна. Значит всё чисто. Всех чужих грохнула.

— Всё отбой! Всем отдыхать. — Объявил я.

К нам протолкалась Софья. Осмотрела Люсю. Майка на ней была мокрая и в крови.

— Соня успокойся. Это не её кровь. — Сказал я. — Значит так, — посмотрел на маму, — Люси усиленное питание.

— Сынок, что там произошло? — спросила мама. Все остальные так же смотрели вопросительно.

— Если бы я сам не видел собственными глазами, ни за что бы не поверил. Люся умеет двигаться просто с невероятной скоростью. Даже «дикие» уступают ей в этом. Уступают в скорости, в ловкости. Она настоящая машина убийства. Просто невероятно. Я бы не хотел сойтись с ней в схватке. Заведомо проигрышный вариант. Она четверых уделала на раз-два. Молниеносно. А у самой ни царапины. Невероятная скорость!

Софья увела Люсю в их купе. Там вытерла девочку полотенцем, предварительно умыв. Переодела её и повесила портупею с ножом. Люся ревностно следила за своим оружием.

Сам тоже прошёл в наше купе. Снял мокрую одежду. Ольга передала мне сухую. Переоделся. Пришли Анна с Ильёй. Всё же купе было у нас на четверых. Рассказал им всё, что видел. Потом повторил это для Софьи, мамы, Стаса, Василия и других, кто пришёл послушать. Люся, посидев в купе, пошла гулять по эшелону. Её уже никто не боялся. Смотрели дружелюбно. Угощали чем-нибудь вкусным. Мадмуазель не отказывалась. Облазила весь эшелон. Даже к Георгичу забралась. Пришла опять мокрая. Но хоть не в крови. Софья ворчала на неё, что не напасётся сухой одежды.

К вечеру дождь прекратился. Небо стало разъясниваться. Мы сбросили скорость. Ночью подморозило. Температура опускалась до плюс двух градусов. Утро было ясным. Постепенно температура поднималась. В обед достигла плюс пятнадцати по Цельсию. Остановились среди полей. Решили устроить банный день. Вагон-ресторан вовсю жарил, парил, варил. Скот перегнали из простых товарных вагонов, в специальные скотовозы. От двух уже пустых вагонов после животных, избавились очень просто. Отцепили их от эшелона с одной стороны и от скотовозов с другой. Сняли с платформы БМП и столкнули боевой машиной их под откос. А два вагона со скотом подцепили уже к основному эшелону. Народ опять мылся в бане, стирался, приводил себя в порядок. Подоили коров. Накормили живность. Собрали яйца. Трупы двух «диких» скинули с крыши вагона и оттащили в сторону от путей.

Сидели с Олей в парной. Кроме нас никого не было. Я напарил жену. Она меня. Потом сполоснулись, теперь сидели отдыхали и млели. Я смотрел на Ольгу и любовался ей. Она открыла глаза. Посмотрела на меня.