Имбанутый. Том 4 (СИ) - Ра Дмитрий - Страница 37

— Как есть понятно, хозяин.

Я окликнул Эрнамона, потерявшего брата. Он втыкал в землю и… не испытывал ничего. Просто апатию. Потерять своего близнеца, а в особенности эльфа — большая трагедия. Они и так плодятся раз в сто лет, а шанс родить двойню вообще ничтожен.

Эрнамон поднял на меня пустые глаза.

— Вы пошли за мной, я никого не держал и предупреждал, что все сдохнут. Выше уши! Будешь помогать Горцу. Я видел, как ты стреляешь из лука. Впечатляет. Обучишь орочью молодежь. Понял?

Эльф посмотрел сквозь меня. Я выпустил из пор ментальное щупальце и эмоциональной кувалдой въебал ему по мозгам.

Давно хотел попробовать эту штуку.

Эрнамон подпрыгнул, не понимая, откуда у него появилось острое желание жить и мощная эрекция. Этот всплеск гормонов скоро пройдет, но главное, что он осознал простую вещь: смерть — на конец. Именно «на», а не «не».

— Вестник?.. — прозрел эльф. — Я исполню.

И сел, мотая головой.

Ебля-вобля! Вот это я понимаю, скил. Работает даже лучше, чем я думал.

Дальше.

— Дрын!

Все перевели взгляд на лентяя с копьем. Тот замер на зевке:

— Я… тут при чем?

— Ты будешь новым замом вождя клана «Зеленые Анаконды». Заменишь Улук-Урая.

Орки разинули пасти, эльфы зашептались.

Горец хмыкнул. Сначала я хотел назначить именно его. Но он попросил оставить ему должность старшего вояки. Так он чувствует себя увереннее. А на предлагаемую вакансию посоветовал Дрына. По его словам, он очень непростой орк, придуривающийся лентяем.

Дрын сел на корточки, заозирался, обвел глазами окружающих, остановился на Горце, сощурился:

— Я тебе этого не прощу, дармак.

Я широко улыбнулся. Быстро же орк проанализировал ситуацию. Похоже, жучара действительно не такой простой, как кажется. Я расспросил о нем многих зеленокожих. На мое удивление, до Серпа, Дрына никто не знал. Только Горец пару раз встречался с ним в налетах. Тот всегда плелся последним — в арьергарде, но умудрялся приносить среднюю норму награбленного и даже парочку вражеских голов. При том, что в пылу боя с ним никто не встречался.

Я спросил Горца нафига делать главным такого мутного типа и очень удивился его ответу. Он сказал, что именно долбоёбы (не совсем дословно) добиваются великого в мире… Мутные, странные, особенные — это все качества лидеров-долбоёбов. Остальные — лишь пушечное мясо в их руках. Тогда я скептически оглядел Горца с ног до головы, на что тот изрек:

— Я хочу быть простым воякой и жить со своей Айрой.

А сейчас я смотрел на «лентяя»:

— Справишься, Дрын?

— Нет.

— Ну и отлично. Начнешь с завтрашнего утра.

Орк вздохнул:

— Гоблинов навоз…

— Тиии сам дерьмиии! — пропищало что-то маленькое.

Десяток глаз посмотрел в сторону звуков. Гоблин Шняпи v0.2 опешил от своей наглости:

— Я дермиии! Я дермиии! Простятиии!

И сверкая грязными пятками скрылся за грудой стройматериалов.

Дрын огляделся, поднял с земли камень и кинул его по дуге. Послышался гоблинский визг и негодование орочьих детей, научивших гоблина базару.

— Цирион! — окликнул я тихого и негласного вожака эльфов.

Из сбившихся в кучу ушастых вышел статный красавец лет тридцати. Высокий даже для эльфа. Волосы по пояс, глаза большие, как мамины оладьи. Мутант анимешный, в общем.

Я непроизвольно почесал нос:

— Хорошо выглядишь.

В диалог встряла Астария по-царски сидевшая на кирпичах:

— Молодец какой — жить захотел, да помолодел. Цирион, ты ночами на Рео не молишься? Может еще что делаешь под всеми любимого вождя?

Ледяная Королева и Леголас еще не были в курсе, что их начальника Эридраса сожрали летучие мыши. Иначе они сразу бы ушли, так как повода следить и втираться ко мне в доверие больше нет. Я думаю еще пара дней у меня есть. Как раз возьму их в поход. Сильные, умные. Пригодятся.

— Очень остроумно, Астария, — даже не посмотрел в ее сторону эльф. — В твоем стиле. Маска к тебе так приросла или ты считаешь, что здесь твоя надменность чего то стоит? И давно хотел спросить. Ты вернула себе свое бесценное существование в прекрасном теле. Почему бы тебе не уйти?

Эльфийка проигнорировала вопрос:

— Ц. Скучный старик. Рео, ты знал, что он бывший светоч? Правда, теперь он клятвопреступник с отнятыми воспоминаниями.

Цирион надменно кивнул Астарии и перевел взгляд на меня. Я с трудом удержался от удивленных возгласов. Фигасе, какие у нас тут знаменитости.

— Так что ты хотел от меня, вестник? Назначить на одну из должностей? Или может… что-то другое?

— В смысле «что-то другое»? — напрягся я.

— Никакого смысла в этом нет. Просто другое.

У меня отлегло. Похоже, я думаю о пидорасах больше положенного для непидораса.

«—Так ты педик латентный», — скривился мой внутренний Йолопуки.

Мое настроение резко упало и это почувствовали окружающие.

— Я хочу чтобы эльфы изменились. Видимо, слова до вас доходят туго в силу расовых особенностей.

Ого, как я сказанул!

Красноречие: +1 очко.

Вот за очко спасибо.

«Я же говорила — педик»

«Ха. Ха. Подъебала»

— Я обещал вам вернуть магию. И прежде чем уйти, могу сделать это с…

Я подсчитал нехитрую математику в голове и изрек:

— Четырем эльфам я верну магию. Но вы должны понять, кого за это благодарить. Он дал мне сил для этого. Улук-Урай, что спас Тодо и его мать ценою своей жизни. Я видел ваши эльфийские морды, когда мы отправляли его в последний путь.

И даже чувствовал их. Им было срать на погибшего шамана. Хуже того, некоторые показывали грустные хари, не стесняясь лицемерить. Искреннюю грусть я почувствовал только от трех эльфов. От Цириона и спасенных Тодо с его матерью. За последних Улук-Урай отдал свою жизни, поэтому неудивительно.

А вот как по мне…

Зря он это сделал. Не понимаю, что за глупый приступ благородства. Он уменьшил наши шансы на выживание. Во много и много раз. Но, как говорится, «мертвым коням в зубы не смотрят».

Я продолжил:

— Если вы хотите быть частью Серпа — вы должны пересмотреть свое отношение к оркам. Цирион, я верну магию тебе. Еще троих отбери самостоятельно. Я поручу тебе очень важную вещь. Вдолбить эльфам новые правила. Потому что у меня, видимо, не получается. Вы — слишком заврались в своих цитаделях, и слова до вас не доходят. Если к моему приходу ты с этим не справишься, то…

Я пристально посмотрел в зеленые глаза бывшего светоча.

— Сделаю о вас неприятные выводы. Ты ведь меня понимаешь?

Очень напряженная тишина.

— Понимаю, вестник.

— Отлично. Отныне Цирион — хм… Темь Серпа.

Перешептывания.

— Темь? — спокойно переспросил эльф.

— Ага. Ты же светочем был? Теперь ты первый из Теми. Звучит же?

— В этом есть какой-то смысл?

Я улыбнулся по самые длинные уши.

— Совершенно не-а. Так, следующий. Бори, как я и говорил, проследи, чтобы фундамент под нами укрепили и к моему приходу здесь было царство. Почему мы месяц живем в недострое, а? Где мебель-хуебель, курицы-петушки, да кузня с арсеналом, охотничий домик, казармы, недалеко речка — пусть пираты рыбачат? Вообще, я в этом не шарю. Сделай мое поселение крутым, понял? Замок до небес там. Денег хватит?

— Денег не хватит. А вот мебель-хуфебель — это я понял, хозяин, — неуверенно почесал бороду гном. — Разберемся, в общем и целом. Все будет по гномьим стандартам. То есть хорошо. Уж я то бородой ручаюсь. А ты надолго, хозяин? Про деньги я не шучу. Надо бы еще парочку золотых бород подкоротить…

— Кто знает… Живите, как без меня, но постараюсь уложиться за месяц. За оборот близнецов, то есть. Пока доберусь, пока натяну матриарха на хер, — я нервно сглотнул, — в общем, дел много, как говорится.

Или они меня натянут. Но об этом я умолчал. Вождь должен быть уверен в своих словах. Главное делать бесстрашное и грозное лицо. Остальное как-нибудь само сложится, а приспешникам можно втирать всякую дичь, если она сказана устами короля, в котором не сомневаются.