Жгучий танец смерти. Книга 1 (СИ) - Гущина Яна - Страница 25

Мистер Ноэль широкими шагами пошёл к двери. Видимо, вся эта неразбериха окончательно довела его. Никогда не видела его таким расстроенным. Да и миссис Ноэль изменилась. В зале суда она всячески поддерживала меня, как в былые времена, а сейчас стала колючей незнакомкой, готовой бросить меня на растерзание злых языков, лишь бы я не запятнала честь её сына. Впрочем, если они решатся выпроводить меня из своего дома, то в этой ситуации пострадаю не только я, но и Эрик. Он может иметь хоть сотню любовниц, но детей рожать может только лишь с женой. Такова природа нашего мира.

Подумав о детях, смутилась. Столько сегодня говорилось о том, что он мой муж, а я ни разу не подумала о том, что мы с ним должны будем разделить постель. К этому я абсолютно не готова! Я не смогу раздеться перед ним. Я не люблю его! Он – мой друг. Я не хочу, не буду!

Судорожно выдохнув, попробовала успокоиться. Получилось не сразу, но мне это удалось. Гости заговорили, пытаясь сгладить неловкую тишину. Я не смогла вникнуть в их разговор. Мне было не до них. Под мерный гул голосов подумала, что рано или поздно мне придётся пойти на близость с Эриком.

А что, если во время поцелуев с ним я почувствую то же, что тогда, когда целовалась с Ричардом? Может, не только поцелуи Ричарда могут пробуждать во мне приятное щемящее чувство? О, небо! Зачем я подумала о Ричарде? Надо забыть!

Я помотала головой, отгоняя наваждение.

- Думаю, нам всем стоит отдохнуть, - миссис Ноэль поднялась и натянуто улыбнулась, вырвав меня из цепких лап размышлений.

Её улыбка была фальшивой настолько, что стало неприятно. Представляю, каково ей принимать в гостях не только меня, но ещё и моих друзей! Небось, готова всех прогнать с глаз долой, лишь бы очистить свои воспоминания обо мне.

Вслед за ней стали подниматься остальные. Эрик подошёл ко мне и предложил руку. Надо же! Как уважительно с его стороны! Неужели он готов к примирению?

Я вложила свою ладонь в его и встала, всё так же изображая величественность. Пусть только попробует подумать, что я чувствую свою вину! Вот уж нет! Не дождётся!

Он повёл меня по длинной анфиладе комнат в мои апартаменты, которые я занимала всегда, когда мы с отцом приезжали сюда в гости. Периферией сознания поймала, что за нами никто не пошёл, хоть в той же стороне были апартаменты родителей Эрика и моего отца. Не хотят нам мешать? Ну что ж, правильно! Нечего слушать, как я скажу ему всё, что думаю о нём и его гнусном сокрытии брака. Напрасно надеется, что сможет упрекнуть меня хоть в чём-то!

Мы вошли в мои апартаменты. Тяжёлые бархатные шторы были задёрнуты, и в зале стоял приятный полумрак. При нашем появлении загорелись свечи в многочисленных подсвечниках, расставленных на резных столиках, вычурных комодах и просто на натёртом до блеска паркетном полу.

Стены, задрапированные зелёным шёлком, были украшены гобеленами и картинами в тяжёлых позолоченных рамах. Посередине стоял большой круглый стол, над ним висела шикарная люстра, но свечи на ней не стали зажигаться. Вокруг стола стояли четыре стула с высокими спинками, на резных ножках. Множество изящных статуэток и ваз украшали интерьер.

Я любила эту комнату. Здесь был высокий книжный шкаф. Я обожала уединиться с одной из книг. Забиралась в глубокое кресло, стоящее окна и могла читать дни напролёт.

Дальше зала мы с Эриком не прошли и остались стоять в неловком молчании. Мне бы предложить ему присесть, но бунтарский дух кричал, чтобы я выставила его вон. Тут к внутренней борьбе примкнул разум и убедил меня в том, что надо быть покладистее. Отец просил меня принять этот брак. А раз так, то надо смириться К тому же надо было признать, что если мы расстанемся с Эриком, то у меня никогда не будет детей. Ну, разве что я смогу вытащить Ричарда из иной реальности и затащить в постель. Он тоже мой муж и от него-то я тоже могла забеременеть. Тьфу, что за мысли! Пошли прочь!

- Так и будешь молчать? – спросил Эрик и развалился в кресле, кивком указывая на другое, что стояло напротив.

- А что ты хочешь услышать? – я села и одарила его высокомерным взглядом.

- Ну, может слова извинения, - протянул он, закидывая ногу на ногу.

- Да? – перешла я в наступление. – И за что я должна извиняться? За то, что ты…

- Не забывайся! – тут уже начал сердиться он.

Хорошо. Пусть выпустит пар, а потом уже можно будет взять ситуацию в свои руки.

- Эрик, не думаю, что ты не понимаешь, что во всём виновата не я, а все вы, - всё же не вытерпела я. Да и просто молчать тоже было не по мне.

- Да, сознаю, что надо было раньше оповестить тебя. Но раз уж так получилось…

- Раз уж получилось, то нечего винить меня! - вставила я, нервно перебирая пальцами.

Он замолчал и пристально посмотрел на меня. Встал и подошёл к круглому столу, повернулся к нему спиной и опёрся.

- Я понимаю, почему ты так поступила, но не знаю, что нам делать с тем, что ты… - он запнулся. – Что у тебя… - снова молчание, и, наконец, он собрался с духом: - Что у тебя был секс с другим мужчиной.

Мы впервые затронули тему секса, и мне стало неловко. Но мы с Эриком муж и жена, и лишняя скромность неуместна. Придётся обсудить это.

Почему-то захотелось его позлить, а заодно узнать, что он будет делать и говорить, думая, что я была в постели с Ричардом.

- Я не могу изменить того, что произошло, - с вызовом сказала я.

- А я не могу избавиться от наваждения, что ты лежишь в его объятиях, - его голос стал глухим и прерывистым. На лице заиграли желваки. Ему было тяжело. – Всю свою жизнь, сколько себя помню, я любил только лишь тебя. Вначале как друга, а потом как желанную девушку. Я представлял, как мы наконец-то сможем объединиться и радоваться жизни, растя детей. Эти мысли всегда приносили мне счастье. А теперь я чувствую присутствие этого негодяя. Он осквернил твоё тело и связал свою душу с твоей! Он всегда будет незримо жить с нами, как бы мы не старались прогнать воспоминания о нём!

Глаза Эрика загорелись огнём. Было видно, как ему больно.

- Не драматизируй, - фыркнула я, закатывая глаза. – Помнится, раньше ты был менее щепетилен в вопросах брака. Думаешь, я забыла, как ты говорил, что, женившись, обязательно заведёшь десяток любовниц?

- Я шутил! – подскочил он.

- Вот и дошутился! – я тоже вскочила.

Мы стояли в каком-то метре друг от друга, сцепившись взглядами. Никогда не помнила его таким: глаза горят, ноздри раздуваются, губы дрожат.

Вдруг он бросился ко мне и схватил. Не успела я опомниться, как он впился в меня поцелуем. Ненасытным, горячим и жестоким. Он жадно накрыл мой рот, вторгся в него языком, и втянул мои губы. Я чуть не задохнулась от неожиданности! Стала отпихиваться, но он ещё крепче сжал меня в объятиях. Я замычала. Не так я представляла себе наш первый поцелуй.

Он долго терзал меня. Насытившись, оторвался от моих губ. Я затравленно смотрела на его красивое, искажённое страстью лицо. Он потеснил меня к столу и повалил на него спиной. Я истерично завопила и забилась в его руках. Но он не обращал внимания на сопротивление. Его рука смело задрала мои юбки и заскользила по коже.

- Не смей! – кричала я. – Остановись!

- Ты думаешь, что ему можно, а мне нельзя?

Он был настойчив и не перед чем не остановился бы. Я услышала треск нижнего белья, и настырные мужские руки пробрались к заповедным местам.

- Не трогай меня! – я уже перешла на визг. – У нас с Ричардом не было секса!

Эрик застыл с идиотским выражением лица. Мне даже показалось, что его мысли заскрипели от перенапряжения и трения друг о друга. Он выпустил меня и отшатнулся. Я моментально одёрнула юбки и отбежала по другую сторону стола. Когда между нами стоял стол, мне было спокойнее.

- Ты это сказала, чтобы я отпустил тебя? – недоверчиво протянул он.

- Нет! Я сказала правду! – я закусила удила и понеслась. – В ту ночь, когда мы с ним познакомились, я спала в домике на дереве, а он был внизу. Потом мы убежали и поженились. Ричард пообещал не принуждать меня к постели. Его устраивала та жизнь, что у него была, и в которой у него было много красивых женщин. Так что он не потребовал от меня исполнения супружеского долга. Но чтобы нас прекратили показывать по небесным новостям и сочли наш брак обычным, он предложил инсценировать первую брачную ночь. Для этого мы переспали в одном шалаше, но между нами ничего не было!