Побочный эффект (СИ) - "Miss Doe" - Страница 212

— И ничего подозрительного не заметили?

— Нет. Нам только показалось подозрительным, что коридор был пуст. Там не было ни одного слизеринца за всё то время, что мы дежурили.

— Действительно, странно, — согласился Люпин. — А что случилось потом?

— Потом прибежал профессор Флитвик. Мне кажется, он даже не заметил нас с Гермионой. Он постучал в дверь, ворвался в покои профессора Снейпа и закричал, что Упивающиеся в замке. Он позвал профессора Снейпа на помощь. А потом… Потом послышался какой-то звук, похожий на удар. И тут же профессор Снейп появился на пороге. Он увидел нас, сказал, что профессор Флитвик в обмороке и велел нам помочь ему. А сам отправился наверх сражаться с Упивающимися.

Люпин задумчиво выслушал рассказ Луны. Они уже пришли к покоям Снейпа. Входная дверь была прикрыта, но не заперта. По всей видимости, внутрь никто не заходил. Люпин вошёл в неё первым, Луна — следом за ним.

Маленький профессор по-прежнему лежал на полу, но, похоже, сознание к нему уже вернулось. Он старался открыть глаза и сесть. И то и другое давалось ему с большим трудом. Когда Люпин склонился над ним, Флитвику как раз удалось повернуться на бок. Очевидно, потеряв надежду сесть из положения лёжа, он решил попробовать встать на колени. Люпин помог ему сесть и заботливо спросил, придерживая его за спину:

— Филеус, как вы себя чувствуете?

— Значительно лучше, — Флитвик постарался придать голосу как можно больше бодрости. — А если вы, Ремус, поможете мне встать на ноги, думаю, я смогу покинуть это помещение и присоединиться к битве.

— Не спешите, Филеус. Битва всё равно уже закончилась. Так что, думаю, вам лучше спокойно посидеть и прийти в себя. А потом отправиться с нами в лазарет. Мадам Помфри уж точно сумеет поставить вас на ноги.

— Закончилась? — оживился Флитвик. — Мы победили?

— Ну конечно. Мы прогнали Упивающихся из замка. Всё в порядке.

Люпин говорил бодрым голосом, стараясь быть как можно более убедительным. Ему не хотелось, чтобы Филеус сейчас спросил его о потерях.

— Тогда мне тем более не стоит здесь задерживаться. Я должен проверить, как там мои студенты.

С этими словами он попытался встать на ноги, но пошатнулся и едва вновь не свалился на пол. Люпин подхватил его со словами:

— С вашими студентами всё в порядке. Вот, кстати, одна из них, — он указал на Луну. — Она хорошо сражалась и, как видите, цела и невредима.

Флитвик перевёл взгляд на Луну, будто пытаясь что-то вспомнить. Вот сейчас… Сейчас в его памяти возникнет сцена, как Снейп запускает в него проклятие… Но ничего этого не произошло. Кажется, Флитвик так и не понял, что с ним случилось и что именно Снейп стал причиной его обморока.

— А-а-а… Мисс Лавгуд, — протянул он, будто с трудом узнавая Луну. — Кажется… кажется, я вас видел перед тем, как потерять сознание. Кстати… а, собственно, почему я его потерял?

— Я не знаю, сэр, — ответила Луна. Мы с Гермионой патрулировали коридор и увидели, как вы вбежали сюда. А потом вышел профессор Снейп и сказал, что вы в обмороке и чтоб мы позаботились о вас.

Флитвик недоумённо потёр лоб. Он не помнил ничего из того, что говорила Луна.

— Пойдёмте, Филеус, — Люпин с помощью Мобиликорпуса приподнял Флитвика над полом и, придерживая его за пояс, направился к выходу. Луна неохотно последовала за ними.

Всё то время, пока Люпин беседовал с её деканом, Луна стояла, прислонившись к дверному косяку и молча разглядывала до боли знакомый кабинет-гостиную, в которой провела столько счастливых часов. Она мысленно прощалась с каждым предметом мебели, с каждой деталью на столе у Северуса, стараясь запечатлеть в памяти всё до мельчайших подробностей, исполненная благодарности к каждой пылинке на полу его кабинета. Луна понимала, что их счастливое время ушло в прошлое навсегда. Оно никогда больше не повторится. Впереди их ждёт много испытаний. И даже если после всего пережитого они смогут снова стать счастливыми, это будет уже совсем другое счастье.

Луна с трудом отвлеклась от грустных мыслей, отвечая на вопросы профессора Флитвика. Но вот он, поддерживаемый Люпином, уже покинул кабинет Северуса. Луне пора уходить. Она изо всех сил старалась не плакать, чтобы слёзы не помешали ей бросить последний взгляд на жилище любимого, служившее ему пристанищем столько долгих лет. Место, где он познал столько мук и боли и встретил неожиданное счастье.

Луна тихо закрыла за собой дверь в покои Снейпа и попыталась проглотить ком в горле. Это ей не удалось. Идя в больничное крыло вслед за Люпином, поддерживавшем на весу маленького профессора, Луна глотала слёзы, не видя ничего вокруг. А замок гудел, как растревоженный улей. Всё больше студентов толпилось в коридорах. Предчувствие беды висело в воздухе, давило душной тяжестью и болью отзывалось в душе Луны.

Впрочем, она многому научилась у Северуса. Перед входом в больничное крыло Луна собралась, вытерла слёзы и придала лицу обычное невозмутимое выражение. В палату она вошла с лёгкой безмятежной улыбкой на губах, которая словно подтверждала её репутацию «полоумной Лавгуд». Пожалуй, Северус мог бы ею гордиться.

====== Глава 55 ======

Hans Zimmer\Beautiful Lie

Люпин уложил профессора Флитвика в кровать. Луна остановилась у двери и осмотрелась вокруг. Невилл спокойно спал на койке у входа. В дальнем конце палаты у другой койки стояли Рон, Гермиона и Тонкс. Луна подошла и молча остановилась рядом с Гермионой. Вскоре к ним присоединился Люпин, оставивший Флитвика на попечение мадам Помфри.

Луна взглянула на лежавшего в постели человека. Его лицо было рассечено и разодрано так страшно, что казалось гротескной маской. Мадам Помфри лишь ненадолго подошла к Флитвику, сделала несколько пассов волшебной палочкой и дала ему выпить какое-то зелье, после чего вернулась к раненому с изуродованным лицом. Впрочем, Флитвик не стал долго лежать в кровати. Он вскочил, подбежал к собравшимся, взглянул на лежащего и спросил у мадам Помфри:

— Эписеи максима вкупе с Sana vulnere не помогло?

— Как видите.

Колдомедик недовольно поджала губы. Она не любила, когда кто-то подвергал сомнению её методы лечения, пусть даже это был профессор Заклинаний.

— Сейчас я попробую мазь, — сказала она, доставая из кармана фартука склянку с какой-то зелёной субстанцией.

— А ликантропное зелье ему вводили? — поинтересовался Люпин.

— Римус, вам ли не знать, что его принимают свежим, только что сваренным. Оно не подлежит хранению. Как только Северус появится в замке, он приготовит лекарство.

«Боюсь, что он не появится», — хотел сказать Люпин, но промолчал, задумчиво потирая подбородок.

— Раз моя помощь тут не пригодится, я схожу к себе на факультет, посмотрю, как там мои студенты, — заявил Флитвик.

— Филиус, вы уверены, что достаточно хорошо себя чувствуете? — мадам Помфри с сомнением взглянула на Флитвика.

— Абсолютно уверен, — поспешно выпалил маленький профессор, стремительно направляясь к выходу.

Мадам Помфри не стала его удерживать. Она открыла банку с зелёной, остро пахнущей мазью и принялась смазывать ею раны на лице пострадавшего.

Вдруг дверь в лазарет резко распахнулась, будто от пинка. На пороге стоял Гарри, а за его спиной маячила Джинни. Все обернулись на звук. Гермиона подлетела к Гарри, обняла его, Люпин с встревоженным видом шагнул ему навстречу.

— С тобой все в порядке, Гарри?

— Да, всё… Как Билл?

Никто ему не ответил. Гарри глянул поверх плеча Гермионы на манипуляции мадам Помфри. Он вспомнил, как Снейп залечивал раны, причиненные Малфою заклинанием Сектумсемпра.

— Разве нельзя исцелить Билла какими-нибудь чарами? — спросил он у волшебницы.

— Чары тут не помогут, — ответила мадам Помфри. — Я перепробовала все, что знаю, но от укусов оборотня лекарства не существует.

— Но его же искусали не при полной луне, — сказал Рон, смотревший в лицо брата с таким выражением, как будто надеялся, что раны затянутся от одного его взгляда. — Сивый не преобразился, так что Билл не станет… настоящим…