Почти Джульетты (СИ) - Сидней Мария - Страница 34

– В том числе, – послышался короткий смешок.

– Что еще?

– Чего ты так разговариваешь со мной? – в шутку возмутилась Дана, – Ни добрый вечер, ни как дела.

– Добрый вечер, как дела? – исправилась Тая.

– Поздно уже. Ладно, перейду к важному, – Дана выдержала паузу, – и это Эдик.

– Он снова к тебе приходил?

– Нет, но он приезжал сюда.

– Я знаю. Мы встретились, он отдал мне комиксы.

– Получается, он не ко мне приезжал, – в голосе Даны послышалось небольшое разочарование.

– Но думаю, он хотел поговорить со мной о тебе.

– Надеюсь, ты сказала, что я к нему не вернусь?

– Ха, – усмехнулась Тая, – наоборот, призывала его действовать. А откуда ты узнала, что Эдик приезжал?

– Один знакомый рассказал. Он видел, как Эдик что-то фотографировал в нашем дворе.

– С ума сойти, – только и смогла сказать Тая.

         Она догадалась, какая сцена привлекла Эдика. Если бы его снимок участвовал в фотовыставке, он бы назывался «Измена».

Глава 16. Ангел-хранитель

Тая корила себя, что не догадалась, кто еще писал Дане с фейковой страницы. Конечно, это был Эдик. Его отец – второй герой этой несчастливой истории, и молодому человеку это известно. Утром Тая набрала номер старого приятеля сразу, как проснулась.

– Ты писал Дане сообщения? – с ходу начала Тая.

– Какие? Тая, какого ты звонишь в такую рань? – сонно пробормотал Эдик.

– Об измене ее мамы.

– Ты знаешь? – парень мгновенно проснулся.

– Да, видела их в школе, но не решилась рассказать Дане. Я написала ей с фейка.

– Серьезно? Я сделал тоже самое. Трусливые у Даны, однако, друзья, – невесело усмехнулся парень.

– Что будем делать? Кто ей расскажет?

– Я пытался с ней поговорить, но не получилось. Вы видитесь чаще, у тебя выйдет быстрее.

– Но ты мужчина!

– Здесь этот аргумент не работает, Тая. Почему ты до сих пор не рассказала Дане? Ты ее лучшая подруга.

– Это сложно, – вздохнула девушка.

– В этом замешан мой отец и мама моей бывшей девушки, – Эдик выдержал паузу, – думаю, моя ситуация сложнее.

– Ну, Эдик, – протянула Тая, – я не могу.

– Знаешь, что, – серьезно произнес юноша, – мы ведем себя паршиво. Уверен, Дана и так сильно переживает, а мы добавили ей проблем своими играми. Сидим в курсе событий, а ее заставляем страдать. Мне противно за нас.

– Знаю, это подло, но я, правда, не могу.

– Хорошо, я заеду к ней сегодня

– Спасибо, что делаешь это, – поблагодарила Тая.

         Юная поэтесса винила себя за трусость. Она очень хотела открыть подруге правду, но представила ее потерянное лицо и поняла, что не сможет.

Тая услышала, как захлопнулась входная дверь. Она подумала, что Константин уехал вместе с мамой, но ботинки, стоящие у дверей, рассказали об обратном. Девушка подошла к гостиной, чтобы поздороваться с сожителем.

         Будущая журналистка не заметила, что опять идет аккуратно, не издавая звуков. Осторожность снова сделали ее свидетельницей еще более преступного действия. Тая увидела, как мужчина держит в руках мамину шкатулку, достает оттуда золотые украшения и кладет в карман широких брюк.

– Ох, – выдохнул Константин от неожиданности, когда заметил Таю, которая, как завороженная, стояла в дверях и не отрывала взгляда от шкатулки, – маленькая ищейка, – усмехнулся мужчина.

– Вы только что…

– Одолжил у твоей мамы ее побрякушки, – не дал договорить мужчина.

– Вы их украли! – повысила голос Тая.

– Украл, одолжил, какая разница? – Константин приблизился к девушке и уставился ей прямо в глаза, – Все равно ты будешь молчать.

– Ни за что! – закричала Тая, – Я прямо сейчас позвоню маме.

– Нет, – Константин сильно схватил девушку за руку. Ее сердце бешено колотилось, – иначе будет хуже. Ты поняла меня? – мужчина оскалился. Тая рефлекторно кивнула, – Вот и хорошо. Успехов в школе.

         Тая не помнила, как собралась и покинула квартиру. По дороге в школу она молчала, Дана поддерживала тишину. Девушка не хотела оставлять все, как есть, но ей было страшно. Она долго размышляла, у кого искать защиты.

– Я позвоню папе, – подвела итог Тая, рассказав всю историю подруге. Они сидели в столовой и пили чай с лимоном.

– Думаешь, он сможет помочь?

– По крайней мере, его мама услышит. Я не могу до нее достучаться.

– Да, она влюблена, но она же твоя мама. Расскажи ей о случившемся. Уверена, она не даст тебя в обиду.

– Она мне не поверит, я уже пробовала.

– Тогда он тебе не угрожал.

– Ничего не изменится, – уверено заявила шатенка.

– Попробуй последний раз, а потом позвонишь папе.

– А сейчас мне сидеть дома и бояться, что этот чокнутый может мне что-нибудь сделать? – повысила голос Тая.

– Вернись домой вечером, когда мама будет дома, – предложила Дана. Из-за беспокойства за подругу она забыла о своих переживаниях.

– Нет, я позвоню папе, – заявила Тая, нервно потирая ладони о горячую чашку, – так мне будет спокойнее. Я буду знать, что если этот вор меня убьет, то папа не оставит это безнаказанным.

– Сплюнь, – приказала Дана, – ничего он тебе не сделает.

– А если сделает? – в глазах Таи читался искренний страх.

– Не паникуй, Тая, – художница взяла подругу за руку, – ты же можешь не ходить домой, ночуй у меня. Но тебе нужно обязательно поговорить с мамой.

         Тая одернула руку и вышла из столовой, чтобы найти место потише. Устроившись у кабинета в дальнем крыле школы, она набрала номер отца. Мужчина утешал дочку, которая не смогла сдержать слез. Девушка быстро тараторила, проглатывая многие слова, но папа понял, почему так напугана дочь. Он сам обеспокоился случившемся и пообещал приехать, как только сможет. Тая почувствовала, что у нее за плечом появился невидимый ангел-хранитель, который никому не позволит ее обидеть.

         Возвращаясь домой, девочки увидели у подъезда Даны Эдика, сидевшего на перилах. Тая попрощалась с подругой, но успела кивнуть парню, выказывая этим жестом поддержку. Художница медленно подошла к молодому человеку и встала перед ним в позу, скрестив руки на груди.

– Тая может говорить тебе все, что угодно, но мое мнение осталось прежним.

– Дана, – начал Эдик, опустив голову, – ты не представляешь, как мне трудно это говорить.

– Ты уже все сказал в тот раз. Я не заставляю тебя повторять снова.

– Нет, я сказал не все, – юноша посмотрел на Дану потерянными глазами. Ей даже стало не по себе. Девушка разжала скрестившиеся руки, – я не сказал самого главного.

– Эдик, не надо, – попросила Дана, – все в прошлом.

– Выслушай меня, пожалуйста, – Эдик взял любимую за руку. Она не стала ее вырывать, – все это время я переживал, мне было досадно и больно, как и тебе. Я понимаю тебя.

– Ты не понимаешь, Эдик! – раздраженно произнесла Дана, думая, что речь идет об их отношениях.

– Понимаю, – кивнул молодой человек, – я так же, как и ты переживал. Мы перестали общаться, потеряли всякую связь, и я не знал, как подступиться к тебе.

– Все, хватит, – Дана выдернула руку, но Эдик сжал ее крепче и выпрямился.

– Дослушай до конца, – умоляющие глаза юноши не позволили Дане уйти, – когда я пытался поговорить с тобой, ты осталась неприступной. Но я должен сказать тебе, что меня мучило. Ты сделала из меня какого-то бесчувственного эгоиста и думала, если сожжешь мосты, я перестану думать о тебе? Это не так, тем более нас связывает то, что волнует нас обоих. Я люблю тебя, Дана, и я не хочу, чтобы ты мучилась и поэтому я должен рассказать тебе все, пусть даже ты меня возненавидишь. Наши ро…

         Эдик не успел договорить: Дана обвила его шею руками и прикоснулась своими губами к его губам. Молодой человек не ожидал подобного, но не растерялся и прижал девушку к себе. Он испытал огромное наслаждение, что вновь обрел эту девушку. Ее тело прижималось к нему, руки касались его волос и лица. Это были искренние жесты, которые художница не смогла сдержать. Эдик прижимал девушку слишком сильно. Ему хотелось быть уверенным, что она снова принадлежит ему. Это его Дана.