Черная Изабэлла (СИ) - Крыж Эллин - Страница 18

Изабэлла подошла почти вплотную. Не решаясь почему-то подняться на ют, пройти три высоких ступени разделявшие их, женщина остановилась и посмотрела вверх. Их глаза встретились, и на темном сейчас лице, снова мелькнула белая молния.

Он сделал шаг навстречу и вниз, она качнулась навстречу и вверх. Подняла руки и почувствовала, что отрывается от ступенек. Он нашел ее губы и долго-долго держал женщину на весу, прижимая к своей груди. У Изабэллы кружилась голова, но она не боялась упасть. Руки больше трех лет не выпускавшие галерное весло не могли уронить ее ни с того ни с сего. Наконец, мужчина медленно опустил ее, поставив на настил юта рядом с собой.

— Здравствуй, — выдохнула она.

— Здравствуй, жена, — он иронично прищурился. — Наконец-то княжеский двор надоел вам.

— Мне пришлось бежать.

— Слава Богу! С возвращением вас, мадам. — Он обернулся к команде: — Эй, живее, ребята, уходим! Снимаемся с якоря! Подожди меня в каюте. Только выйдем в открытое море, приду и устроим праздничный ужин.

— Нет! — Изабэлла испуганно вцепилась в рукав мужа. — Я здесь подожду.

Он засмеялся и, перегнувшись через край перил, ведущих на капитанский мостик, приказал:

— Ролл! Встань к штурвалу.

— Да, капитан! — ответили снизу из темноты.

— Зажигайте фонари, ставьте фок и грот. Курс — зюйд-зюйд-вест. В общем, вперед.

— Ясно, капитан! Будет сделано!

Корабль сбрасывал маскировочную темноту, собираясь выходить в море. Капитан вместе с женой спустился с юта.

— Ролл Вильерес с тобой? — удивилась Изабэлла.

— Представь себе, моя радость! Мне чертовски надоело ходить без помощников! Твоей драгоценной сестричке он пока не понадобится.

— А Танти… здесь?

— Что, Танти? А… — Меченый с усмешкой кивнул: — Здесь твой любимчик. Грабитель банков! Не заметила, висит на грот-мачте. За то, что срывал поцелуи в чужом саду.

Изабэлла улыбнулась:

— Так я и знала, что не промолчит. О, мужчины! Но, во-первых, это я его поцеловала и потом…

— Так вы сознаётесь, мадам?! Отлично, теперь я его точно повешу.

— Хочу это видеть! И останешься без старшего помощника и младшего брата? Твое дело, — спокойно заметила Изабэлла, спускаясь в каюту. — Боже мой, наконец-то… Я — дома!

"Морской Лев" на всех парусах удалялся от берегов Империи, а его хозяева сидели в роскошной каюте, ужинали и пили вино.

— Почему ты ни о чем не спрашиваешь? Знаешь, Элла чуть было…

— Я в курсе. Антонио вызвал меня, сказав, что тебе нужен корабль; мальчишки рассказали подробности. Кстати, надеюсь, Хосе Каррерас догадается убрать вашего фараона?

— Догадается. Я говорила, что Лорье нужно прихватить и выяснить, что он знает. А потом… отправить на острова.

— Лучше — на дно. Надежней.

— По своему опыту знаешь, что лучше? — спросила жена.

Капитан резко вскинул на нее глаза. Они казались черными, но днем были синие-синие.

— Ладно, — сказал он, опуская взгляд и спокойно вернувшись к ужину. — Это твоя работа, тебе решать. Надеюсь, ты нескоро вернешься в шкуру графини. Ее больше не существует?

— Ошибаешься. Только улягутся страсти, будем штурмовать двор неаполитанского короля. Через два месяца зайдем на Сицилию, а оттуда отправишь нас с Элкой в Неаполь на "Стэлле".

— С ума сошла? — нахмурился он, — Вас сразу поймают.

— Не надейся! Сёстры Маркес ушли со сцены красиво. И так же красиво могут объявиться где им только вздумается. Эти костюмы нам еще долго прослужат. Да, извини: пришлось заложить индийские изумруды. Жаль, но ничего не поделаешь.

— Черт с ними. Не в изумрудах счастье. Для тебя любые камни всегда найдутся. Посмотри сюда…

Капитан встал и взял с бюро резную шкатулку. В ней оказалось ожерелье из голубого жемчуга, отливавшее лунным льдом. Изабэлла долго держала драгоценность в руках, наблюдая за игрой света в зрачках гладких теплых жемчужин. Потом подала ожерелье мужу. Он сам надел жемчуг на ее шею.

— Нравится? — спросил он.

Жена гордо выпрямилась:

— А тебе?

Он со вздохом кивнул.

— Ты прекрасна, любимая. Даже слишком. — Маркер показал глазами на ожерелье: — Это наш гонорар за… Бог его знает, в общем, из Англии. Не только это, конечно.

Капитан стоял рядом с женой, опираясь рукой о стол. Изабэлла обняла эту руку и прижалась виском к его локтю.

— Правда, что в Испании будет война? Все говорят.

Он кивнул:

— Будет.* Хосе ждет не дождется, да?

— Угу.

Капитан сел рядом с ней и высвободив руку, обнял Изабэллу за плечи. Хмуро усмехнулся, глядя в окно каюты.

— Война, Империя, деньги — это всё мелочи. А жизнь идет. Наша работа не может этого ни ускорить, ни остановить.

— Может. Очень незаметно, конечно, но может. Ты сердишься на меня? Оттого, что я собираюсь в Неаполь? Это еще нескоро…

Капитан с досадой махнул рукой и обернулся к жене.

— Ты хоть раз сама попробуй объяснить сыну, что мама редко бывает дома потому, что у нее много дел, а не потому, что она нас не любит, — тихо проговорил он. — Поймешь тогда, легко ли мне говорить каждый раз, что "вот эта тетя — твоя мама, малыш. Посмотри на нее хорошенько! Чтобы, когда она снова явится через полгода, ты мог узнать ее, и нам не было стыдно".

— Естественно, если бы я ждала тебя по полгода, как все нормальные жены моряков, тебе было бы гораздо проще!

— Естественно!

Изабэлла покорно вздохнула:

— Допустим, я плохая жена. Я плохая мать. Но…

— "Но" не надо, — перебил Маркер. — Ты начала монолог так удачно! (Он тепло улыбнулся) разве я не знаю, что сам втянул тебя в эту игру. Не мы ее придумали. Пиратов давно, уже очень давно кормит политика. Но я имею право за тебя волноваться, потому что…

— "Потому что" — не надо. Ты так хорошо закончил свой монолог! — лукаво парировала Изабэлла. — Мне нравится, что у меня тоже есть право за тебя волноваться. Я знаю, ты сам отправишь меня в Неаполь, хотя ни мне, ни тебе этого совершенно не хочется. Зато, у нас есть "сейчас"! И еще два месяца. Если не будет ничего непредвиденного и меня не стащат на берег раньше.

— Тогда, давай выпьем за это, — предложил капитан. — За наше "сейчас". И за очень нескорое будущее, я надеюсь. За возвращение Черной Изабэллы!

Она улыбнулась:

— Откуда ты знаешь?

— Докатилось. Антонио как-то сказал. А что это было "тридцать черное"? Просто знак, что всё в порядке, спокойно?

Изабэлла засмеялась, как смеются только очень счастливые женщины и, глядя поверх бокала на мужа, сказала:

— Единственная ставка, которая ничего не значила. Мне просто ужасно везло на черном. Должна я хоть иногда играть для себя…

* Народная война в Испании начнется через полтора года в 1808 г.