Обитель душ 2. Эфемерность величия (СИ) - Карпо Катти - Страница 26

— Я обещал, что мы свою часть выполним, и я свое слово сдержу.

— Что ж, отлично. — Зарина холодно улыбнулась. — Теперь я знаю, что один из ваших служащих стихийник, а вы обещаете сдержать слово. Значит, вас не должно тревожить то обстоятельство, что я добавила к своим способам защиты эту малюсенькую гарантию.

— Мы не против.

— Архэ!

— Тихо, Хонор. — Аселин протянул руку и легонько сжал плечо Старшего Советника. — Госпожа Эштель имеет право на сомнение.

С другой стороны двери послышались голоса, а затем кто-то начал громко стучать.

— Правитель Клемент, все готово!

Зарина, Хонор и Таддеус вопросительно уставились на Аселина.

— Что готово? — С подозрением прищурилась Зарина.

Аселин сильнее навалился на дверь, словно ноги вдруг перестали его держать.

— От Совета Старейшин прибыл посол с сообщением. — Правитель оторвал взгляд от пола и воззрился на Хонора. — На сей раз Совет Старейшин выбрал меня для совершения Акта.

— Акта? — недоуменно переспросила Зарина. — Что это такое?

Таддеус открыл рот, но Аселин не дал ему сказать, взмахом руки заставив замолчать.

— Это правда, архэ?

Голос Хонора дрожал, а сам Старший Советник покрылся испариной. Аселин промолчал.

— Капитан Ротшильд, уведите госпожу Эштель от входа, — попросил он, кладя обе ладони на поверхность двери.

— Скажет мне кто-нибудь, что за хрень происходит? — Зарина взбрыкнулась, отталкивая от себя руки Таддеуса.

— Госпожа Эштель, подождите полминуты, и я вам все объясню.

Зарина скорчила гримасу, но самостоятельно отошла от входа, поближе к креслу с Имбер. Капитан Ротшильд занял место рядом с ней.

Удостоверившись, что Зарины рядом нет, Аселин с силой толкнул дверь, и та распахнулась.

— Вводите заключенного, — приказал он кому-то за дверью.

В тронный зал вбежало два солдата, судя по мундирам, принадлежащие воинству Королевства Весов. Они встали по бокам от входа, прикрывая собой Аселина и Хонора. Затем появились еще два солдата. Между ними кто-то был. Зарина шагнула влево, чтобы разглядеть этого человека. Бородатый мужчина в рваных штанах и рубашке, превратившейся в лохмотья. Руки удерживали массивные кандалы, и, по сравнению с ними, оковы, что были на Зарине и что все еще носила на ноге Имбер, были детским лепетом.

Оставив закованного в центре зала, солдаты стремительно покинули помещение. Двое, что появились раньше, вопросительно глянули на Аселина и, получив указание, вышли следом, захлопнув за собой дверь.

Зал погрузился в тишину.

— Что за черт? — подала голос Зарина, потому что все остальные как-то не спешили производить какие-либо действия или пускаться в объяснения. — Кто этот мужик?

— Заключенный, которого прислал нам Совет Старейшин, — произнес Аселин без всякого выражения.

— И что нам с ним делать? — допытывалась Зарина.

Хонор, явно чего-то ожидая, мялся за спиной правителя. Аселин, поманив Зарину рукой, тихо произнес:

— Подойдите сюда, госпожа Эштель.

Зарина заинтересованно шагнула вперед, но тут же наткнулась на руку Таддеуса, которую тот выставил перед ней.

— Чего вы добиваетесь, правитель Клемент? — Юноша сосредоточенно вглядывался в лицо Аселина, будто стараясь прочесть там ответ.

— Я понимаю ваше волнение, капитан Ротшильд. — Аселин медленно провел рукой по своим волосам, словно пытаясь найти в этом жесте успокоение. — Все в порядке. Нет причин для беспокойства. Генерал Морель дал мне свое разрешение.

— Разрешение на что? — полюбопытствовала Зарина, крайне недовольная тем, что ее игнорируют.

— Есть у меня одно предположение, — ответил ей Таддеус, но из его пространного ответа Зарина ничего не поняла.

Между тем Аселин вновь позвал ее к себе. В этот раз капитан Ротшильд не препятствовал. Зарина приблизилась, настороженно оценивая обстановку.

— Присядьте примерно в метре от того человека. — Аселин указал на мужчину, которого привели солдаты. Он был странно молчалив и тупо смотрел в пол.

— С какой радости? — заупрямилась Зарина.

— Присядьте. Я вам потом все объясню, — настаивал Аселин.

— Это слишком похоже на «возьми, деточка, драгоценный камешек с постамента, а потом я расскажу тебе, как вернуться домой», — съязвила Зарина. — Ничего не напоминает, а, Братишка? Если тебе нет, то мне очень даже напоминает.

— Я обещал вам исполнить условия сделки. Пожалуйста, выполните и вы мою просьбу.

Зарина испытующе глянула в шоколад глаз Аселина, но ничего ясного в них прочитать не смогла.

— Ладно, но если это опять подстава, легко вы не отделаетесь.

Девочка бухнулась на мозаичный пол и с интересом уставилась на бородатого заключенного. Тот не двигался, его голова была опущена, спутанные волосы свисали неприглядными лохмами. А еще от него шел неприятный запах.

— Я зафиксировалась, — сообщила Зарина, морща нос. — Что теперь? Мне что, его расшевелить нужно?

— Нет. — Аселин пожирал ее глазами. — Достаньте камень Душ.

— Камень Душ?! — Этот вопль последовал из кресла Имбер, но тут же смолк. На него даже внимания не обратили.

Зарина безропотно сунула руку в карман и положила себе на ладонь прозрачный камень.

— А дальше-то что?

— Позовите его, — прошелестел Аселин. — Позовите заключенного.

— Позвать? — Зарина озадаченно обвела взглядом присутствующих. Все смотрели на нее с таким выражением, будто она была частью какого-то феерического представления. — Мужик. Эй, мужик! Хорош спать!

Мужчина перед ней дернулся и резко поднял голову. Его глаза расширились, когда он узрел перед собой Зарину.

— Ты кто такая? — взревел он. — Где я?

Зарина нахмурилась, думая, как она должна поступить в этом случае. И вообще, чего все от нее ждут?

— Что это у тебя, девка? — Мужчина рассматривал камень на ее ладони. — Неужто камень Душ? Так ты что, «человек из ниоткуда»? — Заключенный залился кашляющим смехом. — Дьявольщина! Чертова подделка! Думаешь, я в эту бредятину поверю, что кто-то может к камню Душ голыми руками прикасаться? Сдохни, тварь!

Мужчина с диким воплем кинулся на Зарину. Девочка, стиснув зубы, повалилась спиной на пол, краем уха слыша топот чьих-то приближающихся ног.

Внезапно пальцы заключенного коснулись все еще раскрытой ладони Зарины. Камень Душ обжог ее кожу холодом. Она услышала глухой причмокивающий звук, и в следующее мгновение напавший на нее мужчина рухнул рядом без движения.

В глазах Зарины помутилось. Она видела все. Успела заметить, как за долю секунды погасла жизнь в глазах мужчины, как расслабились мышцы, перестав получать сигналы от мозга, как отклонилась в сторону голова, будто мужчина забыл, что ее нужно держать прямо. Он будто бы превратился в куклу, и эта кукла безвольно растянулась на полу, в беспорядке раскинув ноги и руки. Некоторые пальцы на его руках от удара о пол переломились пополам, да и нога в обычном состоянии не гнулась под таким углом — заключенный сейчас должен был бы орать от боли. Но мужчина молчал. У марионетки отрезали ниточки, и она повалилась за сцену...

Наверное, Зарина кричала. Непонятно было, потому что ощущение камня в ладони перебивало все остальные чувства. Камень Душ чуть раньше обжег ее холодом, но сейчас пульсировал теплом, будто обмороженная конечность, в которую резко подали ток крови.

Все-таки Зарина кричала. Вопли оглушали, и девочка попыталась захлопнуть рот, чтобы не издавать больше ни звука, но оказалось, что ее губы итак были плотно сжаты. Значит, кричала не она? А куда делся тронный зал?

Зарина моргнула. Снова это ощущение просмотра фильма через водную гладь. Но, Господи, какое ужасающе громкое у него на сей раз звуковое сопровождение.

Девочка моргнула еще раз. В лицо ей ударился солнечный свет. Ах, вот и источник криков. Мальчик-блондин, тот самый шестилетка, которому женщина с каштановыми волосами перевязывала руку в первом видении Зарины. Он стоял на коленях в траве и бился в судорогах. Его глотка издавала беспрестанные животные вопли, а по щекам катились слезы, смешиваясь с соплями. Над ним возвышался мальчик-брюнет, и в нем с Зарина без проблем узнала Лауса. Глаза брата почти выкатились из орбит. Его била крупная дрожь, а слезы капали на белоснежную рубашку, но он совершенно этого не замечал.