Ветер стихий 3 (СИ) - Ш. Дмитрий - Страница 74

К счастью, поставив плотный ветряной барьер, Аюни сумела защитить прижавшихся к ней перепуганных кунан. Образовав свободный от обломков пятачок пола. Вот только нападавшие были не так глупы, как казались. Ещё один убийца, спрятавшийся на крыше соседнего дома под особым хамелеоновым плащом, применил очередной артефакт. Приняв за меня прикрывшуюся щитом автокуклу. Не знаю, что это было, но что-то очень убойное. Аюни буквально разорвало в клочья. Сделать второй выстрел убийца уже не успел. Удар дырокола оставил в крыше ровную, круглую дыру, испарив его вместе с ней.

Оправившись от неожиданности, избавившись от всех убийц, начали разбираться, кто это был. Сбив с одного из задохнувшихся дари черепки затвердевшей глиняной брони, Мукар нашёл татуировку, в районе предплечья, изображающую гранёный кусок скалы, висящий в воздухе.

– Землепоклонники, – с отвращением объявил телохранитель, внимательно её рассмотрев. – Пособники ифритов, давшие клятву верности их владыке Яхши. Опознавательных браслетов ожидаемо нет. Ни имён, ни происхождения, ни профессии уже не узнать. Жидкая глиняная броня их характерная особенность.

– И много тут таких ходит? – нервно спросил, разглядывая мертвеца.

С виду самый обычный горожанин, ничего запоминающегося. Пройдёшь рядом на улице и не заподозришь, что он землепоклонник. Потом посмотрел в сторону разрушенного дома, возле которых суетящиеся Хаян, набежавшие на грохот, оказывали первую помощь моим кунан. Их посекло осколками костяной оболочки Аюни. Слава Канаан, ничего серьёзного. Успокоился только после того, как меня убедили, что их жизни в полной безопасности. А ведь всё могло закончиться совсем по-другому. Прав Сарик. Нечего мне здесь делать. В Верхнем городе слишком плотная застройка, численность населения, бесконтрольное перемещение лиц, куча приезжих издалека. За всеми не уследишь. Стражи, как и порядка на улицах, тут мало. Пока несколько дней поживу у Фалих, а дальше видно будет.

– Этих-то, нет, – ответил Мукрим. – Культ землепоклонников запрещён в Закатных пустынях. Под страхом смерти. Фанатиков Яхши даже в рабы не обращают. Убивают на месте. Если им повезёт. Ну а нет, то без разговоров тащат на скорую показательную казнь.

– Какую? – поинтересовался без всякого сочувствия.

– Насильно заставляют жрать землю до тех пор, пока животы не разорвёт. Что не обходится без помощи мастеров крови, помогающих им не сдохнуть раньше времени.

– Затейливо. Чем восторгались от того и померли, – оценил изощрённость задумки.

Жаль Аюни этого уже не увидит. Сволочи. До чего же жаль. Привык я к ней, из-за чего потерю воспринял болезненно, будто умер близкий мне живой человек. Она казалась почти неуязвимой, поэтому произошедшее несколько шокировало. Напомнив, что мир вокруг не игрушечный, не состоит из одних лишь радостей.

Отвлёкшись на шум, заметил приближающуюся к нам процессию. Возглавлял её Кагал Красные кулаки, держащий как цыплёнка за шею, на весу, полудохлого грязного мужика в одной набедренной повязке. Как оказалось, этот тип пытался ночью проникнуть на кухню, чтобы отравить наши запасы еды. Кагал принял его за воришку, который собирался стащить из котла мясо. Его мясо. Удивительно, как тот ещё жив остался. Надо будет запомнить, больше никаких ночных перекусов, пока махри спит на кухне. Стоит отдать должное, землепоклонники подходили ко всему комплексно. Приготовив запасные варианты на случай неудачи.

Разговорить пленника много времени не заняло. Какой-то слабенький попался фанатик, с неустойчивой психикой. Орал, что всё равно его братья до меня доберутся. На вопрос, чего я им сделал-то, когда успел, услышал потрясающую новость. Имя моё им, видите ли, покоя не даёт. Прозвище Погибель ифритов этим ребятам показалось оскорбительным. Плевком в лицо. Да и свежие новости пришли из Подземного царства. Действительно, как меня и предупреждали, ифриты оказались весьма злопамятными, мстительными тварями. А уж после обретения столь громкого имени, ставшего для них словно пощёчиной, меня тут же объявили врагом всего Подземного царства. Записав в книгу розыска и выставив большую награду за мою голову.

Ладно бы просто убил нескольких ифритов, не я первый, не я последний, так нашлись свидетели, что видели, как Шисса'ри поглотил души минимум двоих из них, лишив шансов на перерождение. Ифриты посчитали это непростительным, смертельным оскорблением. Кроме того, один из этих бедолаг оказался чьим-то сыном или братом, не поймёшь, но близким родственником очень уважаемого члена их общества. Поэтому теперь мы непримиримые враги. И чем дольше я буду жить, тем большим позором для всех ифритов это обернётся. Так что цена на мою голову со временем будет только расти, как цены на недвижимость, чем бы ни занимался и где бы ни находился.

Прелестно. Вот уже появилась собственная армия антифанатов. Можно гордиться, но что-то не хочется. Ладно бы тухлыми яйцами кидались, переживу, однако получить в голову камешком, трёхметровым, совсем другое дело. За это мне не платят.

– Господин, позвольте… – показав на пленника, Мукар провёл ребром ладони по горлу.

– Нет уж. Порадовались сами, порадуем других. Чем не девиз дома Амир. Позаботьтесь, чтобы этот болезненный дожил до встречи с палачом. Не стоит отнимать у хорошего дари работу, за которую ему деньги платят. Я этого голозадого впервые вижу, чтобы дарить такие дорогие подарки, как лёгкая смерть. Её ещё заслужить нужно. По-моему, где-то там видел сохранившуюся руку моей марионетки. Принесите. Сложите пальцы в кулак, выставите средний и воткните ему в задницу, да поглубже. Аюни бы это понравилось. Вот таким и передайте страже. Только постарайтесь ничего не порвать. Не прибейте обжору ненароком.

Оставил убийцу под надёжной охраной махри, которым мой приказ пришёлся по душе. Позже выяснилось, что на подступах к дому были бесшумно убиты двое часовых, из рабов, так что предложение подвергнуть пленника мучительной казни было воспринято ими с большим энтузиазмом.

Посмотрев на руины дома, печально вздохнул. Кифая из меня теперь душу вытрясет, справившись получше всяких ифритов.

***

Ранним утром, сонно щурясь и потягивая из кружки крепкий, бодрящий напиток из зёрен каа, развалившаяся в своём кресле Янаби сделала небольшой перерыв. Гадая, появились ли уже мешки под глазами или ещё нет. Услышав тихий стук в дверь, пребывающая в приподнятом настроении хранительница тайн предвкушающее улыбнулась.

– Входи, солнышко, самое время. Давно уже пора было появиться.

В кабинет с некоторой робостью вошла чем-то заметно обеспокоенная Бушра.

– Что-то ты долго. Заблудилась в собственном доме? Тебя только за розгами посылать, – попеняла ей Янаби, не предлагая садиться.

– Простите, тётя Янаби. Что-то я сегодня неважно себя чувствую, – извинилась Бушра.

– А что так? Неужели Тин'адира перестала отзываться на твой зов и теперь приходится учиться заново преодолевать расстояния своими ножками, как простые смертные? – с наигранным сочувствием поинтересовалась хранительница, прекрасно зная правильный ответ. – Неужели угадала? Скажи, как я выгляжу в этом кресле? Оно мне идёт? Красиво смотрится? – задала неожиданные вопросы, стирая улыбку со своего лица.

– Да тётя Янаби. Мы все знаем, что это ваше любимое кресло.

– И мне так кажется. А вот наш общий знакомый считает иначе. Представляешь, тут недавно намекнул, да что там, почти открытым текстом сказал, что моя попа стала слишком толстой и ленивой. Это кресло больше ей не подходит. Как и кабинет. Как и работа, – паузы между предложениями удлинялись, а голос звучал всё более угрожающе. – И самое противное, у него были кое-какие основания так считать. Знаешь, я уже не молодая кошечка и мне не нравится, когда вместо того, чтобы хвалить и гладить, меня начинают тыкать мордочкой в дерьмо. Очень не нравится. Рот закрой и слушай! – грубо оборвала попытавшуюся что-то сказать Бушру. – Я всё понимаю, молодость, эмоции, не выветрившийся из головы ветер, а то и моча. В конце концов, могла бы ябедничать, пакостить по мелкому, распускать нелестные слухи, но твои выходки не лезут ни в какие ворота. Ты правда думала, что эти художества никто не заметит и не оценит по достоинству? Зря, мои агенты заметили, разузнали подробности, а я оценила. Они просто не придавали твоим действиям значения. Им ведь были даны чёткие указания, что у вас с Аминой равные права и возможности. Тебе не мешали резвиться. Знаешь, что самое смешное? Я сама отдала агентам эти распоряжения. За что мне же ото всех и прилетело. От отца, сестры, племянницы, несносного мальчишки.