Соня. Улыбка Бога (СИ) - Марук Майя - Страница 18

Хаш замер. Думала. Она про него думала. Тут же он обнаружил вторую записку. Видимо, девочка не успела передать ответ сестре.

«Нельзя. Тот наг сказал, что его величество Дамиран прибудет в Шихарафат. Если нас найдут, Соню заберут. Я не хочу снова остаться без мамы».

Хаш на несколько секунд застыл. Только сейчас он по-настоящему осознал, насколько близки эти четверо. И, как сильно его найра была нужна этим детям. Наг осторожно положил записки на место и вышел проч. Самая маленькая спальня принадлежала хозяйке дома. Высокий шкаф, стол, заваленный книгами и свитками. Снизу доносились приглушенные голоса. Нужно было уходить. Только, сил оставить найру у него больше не было.

Соня

Вошла в дом. Прислушалась. Кайли уже спала. Девочки, судя по топоту, бегали друг к другу в комнату. Скорее всего, передавали записки. Наверное, нужно повесить миниатюрные «почтовые ящики», чтобы хоть как-то обуздать этот эпистолярный хаос.

Ронни, убедившись, что наверху все в порядке, уселся на спинку стула. Судя по взъерошенным перьям и бегающему взгляду, девочки снова попробовали превратить его в почтового голубя.

- Устал?

- Кар…

- Представь, что будет, когда Кайли подрастет. – Ронни обреченно закатил глаза и посмотрела на настенные часы.

Время стремительно приближалось к полуночи, а я еще должна была упаковать чайные сборы. Торговля сегодня шла бойко. Некоторые полки заметно поредели. Завтра не мешало бы их пополнить.

Хаш

Ночь перевалила за середину. Хаш с комфортом расположился в спальне найры и терпеливо ждал, когда девушка поднимется наверх. Место, не самое лучшее. Но уходить категорически не хотелось. Снизу слышались шаги. Сначала на кухне. Потом, где-то в коридоре. Наг напрягся. Отступил в дальний угол спальни. И принялся ждать. Она должна была вот – вот войти в комнату. Прошла минута, две, пятнадцать. Сони не было.

Хаш подошел к окну. Шасззи спал. Горели ночные фонари, кое – где еще дымились печные трубы, изредка до его ушей доносилось пьяное пение работяг, возвращающихся домой из трактира. Сони по-прежнему не было. В доме воцарилась оглушительная тишина. Змей отсчитал еще несколько минут и вышел в коридор. Половицы скрипнули под его весом. Хаш тихонько выругался и спустился на первый этаж. Сони нигде не было.

На мгновенье он даже испугался, что найра снова сбежала. На кухонном столе сиротливо стояла чашка с недопитым отваром. Сквозь щель в боковой двери пробивался свет. Наг с облегчением выдохнул, и осторожно приоткрыл дверь.

Под потолком горел тусклый фонарь. В камине тлели несколько угольков. Девушка лежала на полу. Вокруг нее были расставлены стеклянные бутылки. Некоторые полные, закупоренные пробковыми крышечками. Другие пустые. У камина стояла корзина с ароматной травой. Вдоль стен тоже висели какие-то пучки.

Хаша проняла мелкая дрож. Перед глазами появились тела убитых в Дирамаре девушек. Змей бросился к телу. И только схватив девушку за плечи понял, она спит. Просто спит.

Ночь перевалила за середину. В камине тихонько потрескивали горящие поленья. Воздух пропитался ароматом диких трав. По среди комнаты, на коленях нага спала найра. Длинные мужские пальцы путались в рыжих волосах. Еще никогда Шихарафат не видел такого счастливого нага.

- Ты мне снишься? – Соня приоткрыла сонные глаза и посмотрела на незваного гостя.

- Нет. – Шепотом ответил Хаш.

- Хорошо. – Выдохнула девушка и снова закрыла глаза. – Я скучала.

- Я тожжжже.

В камине ярко горел огонь. Воздух пропитался ароматом счастья.

Глава 15.

Дариш

Массовые убийства девушек прекратились так же неожиданно, как и начались. Трупы перестали находить. Следствие окончательно зашло в тупик. Из существенных зацепок, которыми могли бы воспользоваться сыщики, были амулеты. Схожие, с тем, древним артефактом, которые использовали предки для изъятия силы у своих женщин: жен, дочерей, сестер. Тем самым, увеличивая свой потенциал. За что, в конце концов, и поплатились. Магички, за то, что не ценила великий дар, лишились своей силы. Маги, за свою жадность, обречены подпитывать женщин рода, чтобы избежать их полного вымирания. Но, самым страшным проклятьем магов, стали дейры. Женщины, которые могли родить наследника. И их с каждым поколением становилось все меньше.

Даришь открыл металлическую шкатулку, где хранились девять амулетов. Жертв, было десять. Десять невинных девушек. Ищейка Ярк, которому было поручено вести дело, предполагал, что жертва «без артефакта» никакого отношения к убийствам не имеет. Возможно, кто-то узнал об убийствах и скопировал почерк маньяка. А о наличии артефакта просто не знал. О наличии магических кубов в принципе знали единицы. Информация о возрождении древнего обряда могла породить волну недовольства. А волнения в империи было последним, с чем хотел бы столкнуться Дамиран.

Сам Дариш в теорию с подражателем не верил. Во-первых, совпадали детали убийства: следы на горле, время смерти, типаж девушек, зачищенный магический след. Он считал, что артефакт прихватил с собой наг. Хаш присутствовал на месте преступления. Вполне мог присвоить находку. Но, на всякий случай, по делу шестой жертвы инициировали дополнительное расследование.

Девушкой она оказалась непростой. Любовью у односельчан не пользовалась. Путалась с несвободными мужиками, налегала на хмельные зелья, несколько раз попадалась на мелких кражах. Ярк оставил в горах несколько своих людей. И ждал со дня на день отчета, о проделанной работе.

Советник покрутил в руках кубик и вернул назад, в шкатулку. Никаких полезных идей в голову не приходило. Да и судя по отчетам Ярка, они сделали все, что могли. Даже, привлекли служителя Харанмата. Чтобы тот расспросил души умерших девушек. Но, толку, как и предполагал Дариш, не было. Девушки попросту не помнили момент смерти.

Умершие достаточно подробно рассказывали о том, что происходило с ними накануне гибели. Чем занимались, с кем встречались, как оказались вечером на улице. Например, первая жертва спешила на площадь. Она хотела посмотреть на дейру, которую выбрал себе Дариш. Но сводная сестра ее задержала. «Маленькая мерзавка» нажаловалась матери, что сестра ее ударила. Пришлось долго объяснять, что получила малявка за дело. Потому что без спроса взяла куклу в лавке чудачки Мали. А дальше, скандал, улица, пустота.

Вторая жертва тайком сбежала из дома, чтобы встретиться со своим возлюбленным. Родители, традиционно, выбор дочери не оценили. Юным влюбленным приходилось встречаться тайком. И история снова повторилась: побег, лес, пустота.

И так во всех десяти случаях. Просто наступала пустота. Ни подозрительных прохожих, ни особенных событий, ничего, что могло бы указать на убийцу.

Дариш отложил в сторону отчеты. Его терзало смутное ощущение, что где-то, о чем-то подобном он уже слышал. Или читал. Или видел. Но что это было, и где он с этим мог столкнуться, вспомнить не мог.

Аридана

Павильон в вечерних сумерках смотрелся особенно мрачно. Корявые тени плясали на каменном полу. Запах плесени и сырости раздражал нос. Подойдя к павильону Аридана пожалела, что пришла сюда одна, без сопровождения. И только змея, на запястье императрицы, обжигающим огнем напомнила, зачем та пришла.

Женщина приподняла рукав платья. В последнее время метка вела себя странно. Проявлялась в самые неподходящие моменты. Обжигало запястье. Иногда, раздувала капюшон и показывала ядовитые клыки. Императрица перестала носить наряды с коротким рукавом. Боялась, что муж увидит змею. И хотела избавится от нее как можно скорее.

Гадар уже ждал внутри. Мужчина, по обыкновению, был завернут в плотный плащ от макушки до пят. И только после того, как убедился, что кроме его императрицы никого нет, откинул капюшон.

В вечернем освещении Гадар казался еще более обыкновенным и незаметным. Глядя на ищейку Аридана в очередной раз удивилась, как мудра бывает природа. Дав мужчине талант ищейки, она позаботилась и о его внешности. Гадар обладал уникальной, ничем не запоминающейся наружностью. Если такого увидишь на улице, никогда не сможешь составить его портрет. Все в нем было обыкновенное: рост, телосложение, волосы, глаза, походка. Глазу было не за что зацепиться. В толпе, на безлюдной улице, в трактире он нигде не привлекал к себе внимания. Везде уставался незамеченным. Многие вполне могли спутать его с обыкновенным человеком. Особенно, если он уберет с шеи амулеты и оденется во что-то простое.