Яд цивилизации (СИ) - Мясоедов Владимир Михайлович - Страница 76

– Доброслава, помогай мне наморозить каток! – Скомандовал Олег, уже начиная преобразовывать окружающие сугробы в несколько иное агрегатное состояние воды. Чародей не рассчитывал на то, что состоящие из пыли минотавры будут крошить врагов бесконечно: либо враг найдет способ уничтожить подобных противников, либо просто кончатся запасы энергии у явно искусственно созданных существ. Однако, почему бы и не облегчить им отправку инсектоидов на тот свет, сделав ту как можно более массовой? – С такими лапами и без ботинок тараканы должны скользить как коровы на льду!

– Ага, а я стал быть, еще и ветром их посдуваю! – Мгновенно оценил задумку Святослав, и спустя секунду на отдельно взятой улице задул ураганный ветер, способный и человека с ног повалить…А запасшемуся прочным зонтиком ребенку пожалуй гарантировавший полет и без каких-либо дополнительных чар.

– Аккуратнее, минотавров не задень! – Предостерег его Стефан, проворно перезаряжая в очередной раз опустошенный револьвер. Из пятерки элитных инсектоидов, пробивающихся через задние ряды тварей осталось только двое, да и то сильно контуженных. Крупнокалиберная пуля, бывшая последней в барабане, ударила в гранату, висевшую на ремне у одного из врагов, чем заставила ту взорваться. – Вот зуб даю, слепленные из пыли конструкты должны быть сильно подвержены сдуванию!

– Дык, шо я, совсем того… Без понятия что ли? – Всплеснул руками бывший крестьянин, добавляя к обычному ветру маленький десятиметровой высоты смерч, кружащий в дальней части улицы. – Рядом с быками ентими штиль, где и волосенка какая шевельнуться могетъ токомо в носу. Да и то чихнуть ежели.

Несколько относительно слабых в масштабах крупного сражения преград за счет своей синергии дали просто потрясающий эффект, позволивший задержать противника где-то минуты на три-четыре. Целых три-четыре минуты или всего три-четыре минуты – это как посмотреть. Каждая секунда стоила инсектоидам как минимум одного бойца, а чаще даже нескольких. Пытающихся преодолеть опасный участок по воздуху противников совместными усилиями сбивали еще на подлете, равно как и ловкачей, пытавшихся ползать по стенам вне досягаемости сотканных из пыли глеф. Попытка флангового обхода оказалась блокирована союзниками, переулок через который попыталась пройти еще одна волна нападающих, внезапно перекрыло нечто вроде темной хищной кляксы, весьма активно засасывающей в себя все и вся. Скорее всего спрятавшийся под землю домик являлся вовсе не пустым, и его обитатели как могли помогали оборонять окрестности своего жилища, но тут точных гарантий никто бы не дал. Наколдованный совсем недавно гололед стал полностью неэффективен, поскольку твари шли в атаку вперед по еще дергающимся телам своих товарищей. А потому Олег и Доброслава покрыли скользкой ледяной коркой и их, дабы создать вообще уж непроходимые ухабы. И сделали это еще раз, когда свежий слой тараканов-переростков лег поверх предыдущего. Они могли бы продолжать так еще долго, однако оказываемое в данном месте людьми сопротивление привлекло внимание одного из командиров бесчисленных хитиновых ратей. Определенно не самого главного, но обладающего достаточными полномочиями, дабы отдать приказ на удар артиллерии. Потоки алого света, выпушенные из орудийных башенок возвышавшегося где-то в отдалении гигантского жука, обрушились на окружающие дома, перемалывая их пылающий щебень.

– Барьеры! – Завопил Олег, отчаянно пытаясь перекричать окружающий шум и напрягая всю доступную ему магическую мощь, лишь бы окружить себя надежной защитой. А потом на него рухнуло пылающее здание, сорванное со своего фундамента. Или, по крайней мере, немалая его часть.

Сознания чародей не потерял, а боль не чувствовал, и потому начал пытаться выбраться из завала даже раньше, чем тот успел полностью улечься на своем месте. Волшебника едва не раздавило в лепешку, обеспечив ему несколько открытых и закрытых переломов, сотрясение мозга, а также бесчисленное количество гематом, ему был нечем дышать, окружающие обломки по температуре вполне подходили для того, чтобы жарить на них яичницу…В общем, ничего особо страшного по мнению самого Олега с ним все-таки не случилось.

– Доброслава почти наверняка в порядке, – думал чародей, пытаясь ползти к поверхности сквозь раскаленный завал, где сдвигая обломки, где просто их кроша. Легче всего поддавались деревянные куски перекрытий, а может и мебели, однако и камень при достаточно приложении усилий вполне себе исправно начинал трескаться и ломаться. Особенно если ковырять тот не голыми руками, а древними зачарованными топорами, по счастью оставшимися вместе с хозяином. Одновременно волшебник латал травмы своего организма, стремительно приходя в норму…Ну, если не считать доспехов, кое-где изрядно погнутых, а кое-где изнутри запачканных кровью. – Серьезных ран у неё сегодня не было, а ест она у нас от пуза, и потому запас энергии да питательных веществ имеет…Регенерирует все кроме оторванной головы…А вот остальные…

Олег изо всех сил пытался напрячь свой дар оракула, дабы узнать, что с его друзьями, однако способности к ясновиденью упорно молчали, а разум так и норовил подсунуть сознанию самые худшие варианты. В обычных обстоятельствах защитники города погибли бы на месте, однако в их пользу сложилось несколько факторов. Во-первых, выстрелы магического аналога пушек могли лупить своими лучами только по прямой, а потому основная мощь удара обрушилась не на людей, а на здания, которые их загораживали. Во-вторых, бой все еще шел в центре Санкт-Петербурга, и над возведением здешних домов трудились не только архитекторы, каменщики и плотники, но и волшебники. В мире, где нашествия демонов, местечковые разборки с применением артиллерии или аналогичных ей по мощи заклинаний, а также серьезные военные конфликты случались с удручающей периодичностью, упрочненные опытным чародеем стены и прикрывающий строение целиком защитный барьер являлись не бессмысленной растратой ресурсов, а очень даже оправданной инвестицией в основной капитал. И, в-третьих, там где обычные люди погибли бы сразу или спустя пару минут, не сумев выбраться из-под завалов, друзья Олега по степени своего бронирования не сильно уступали несгораемым шкафчикам, и сумели бы оправиться от пары-тройки вроде бы смертельных ран без посторонней помощи. Особую стойкость одаренных, особенно сильных одаренных, в этом мире никто и не подвергал. Они все еще могли истечь кровью и умереть, однако выживание после отрывания нижней половины тела или перерезанного горла никого бы особо не удивило, если раны наносили обычным оружием. А камни, куски дерева, осколки стекла и прочий подобный мусор нанести повреждения энергетическому телу не могли ну никак.

– Жив? – Поинтересовался Стефан, отваливая в сторону обломок весом в пару центнеров и тем освобождая голову своего друга. Выглядел толстяк очень грязным, а также помятым и побитым, и на одну ногу явно старался не наступать, но Олег ожидал намного худшего, а потому изрядно расслабился. За спиной у сибирского татарина возникла многорукая фигура упавшего с неба инсектоида, но спустя мгновение таракан-переросток пораскинул мозгами, не выдержавшими столкновения с крупнокалиберной зачарованной пулей.

– Буду в норме через минуту, – пробурчал Олег, буквально вывинчиваясь из слоя строительного мусора. Ближайшие дома превратились в руины. Стреляющий еще в кого-то Дорожин выглядел целым и невредимым, только очень уж бледным – видимо его уберегли действительно хорошие защитные артефакты, однако впечатлений следователю хватило позарез. Откуда-то из-под обломков доносилось крайне недовольное рычание, но полнилось оно раздражением, а не болью, уж такие нюансы в поведении своей любовницы Олег различал достаточно отчетливо. – Где Святослав?

– Не знаю, – несколько пришибленно огляделся толстяк, а после взялся за свой двуручный топор, поскольку к ним приближалась плотная толпа инсектоидов. Спрятавшийся под землю дом и его стражи тоже попали под удар, и если здание вроде бы не пострадало, ну разве только бронированную крышу забросало землей, то вот сотканных из пыли минотавров в зоне видимости больше не наблюдалось. Спасибо стоило сказать за то, что им вообще дали хоть какую-то отсрочку. Видимо какой-то инстинкт самосохранения у тараканов-переростков все-таки имелся, и оттого они опасались подходить к месту, по которому лупит артиллерия. Пускай даже это были и их собственные орудия. – Где-то тут должен быть, он же надалеко от тебя стоял…