Каштановый прииют (СИ) - Холодова-Белая Анастасия - Страница 46

— Здравствуйте, дело в том, что мы поспорили с другом насчёт одной таблетки… В общем… Я понимаю, просьба ужасно глупая, но мне нужно посмотреть на них, на кону деньги, — фармацевт опустил узенькие очёчки на кончик носа, разглядывая Вильяма как душевнобольного. — Я тихо посмотрю пузырьки и выйду. Обещаю.

— Ладно, что с вами сделаешь. Молодёжь. А вообще не спорьте на деньги, это дело опасное.

Он открыл Вильяму дверь и обвёл рукой стеллажи с препаратами. И без того поняв, что ему просто повезло, что он был достаточно убедителен, Вили тихонько проскользнул внутрь и принялся шариться на полках с теми лекарствами, названия которых он успел заметить в рецепте Дитмара. Рассматривая пилюли и драже, он старательно вспоминал, как выглядело то, что было в стаканчике. Облапив все нужные пузырьки, он никак не мог найти последнюю таблетку. Память чётко подбрасывала картинку с маленькой белой драже с буковкой Р. Тихонько, пока фармацевт не видит, он вытащил по одной таблетке из каждого пузырька. Он прекрасно понимал, что это воровство, но это были очень лёгкие препараты, витамины, стабилизирующие, ничего такого.

— Вы что-то конкретное ищете? — Вильям обернулся на мужчину. Тому, видимо, надоело наблюдать за его метаниями.

— Да. Маленькое белое драже с буквой Р.

— В сахаре или плёнке? — фармацевт со вздохом встал со стула и принялся сам рыться на стеллажах.

— В плёнке.

— А, вы из бредового. Вот они, — мужчина протянул ему пузырёк и Вильям почувствовал, как холодеют пальцы. Ему показалось, или это таблетки с закрытой полки? Взяв пузырёк, чтобы получше запомнить название, он сглотнул и слегка натянуто улыбнулся, изображая радость. На деле он пытался задавить нервную усмешку. Прекрасно понимая, что идёт на преступление, он сделал хитрый пасс руками, изображая победный танец, а сам выудил одну драже из пузырька, а остальное протянул обратно фармацевту. — Ну что, кто выиграл в споре?

— Я. Спасибо вам большое, я ваш должник.

Вернув стекляшку фармацевту Вильям выскользнул и остановился в коридоре, раздумывая. Итак, судя по рецепту, все препараты направлены на то, чтобы поддерживать всячески пациентов, плюс, похоже, с учётом анализов. И что это за препарат такой? Он как будто выбивался. И его не было в рецепте. И думать не надо, если это были закрытые полки, значит, это не просто леденец какой-то. Кто знает, как они влияют на человека. И, похоже, с них и стоит начать. Убрать к чёрту и посмотреть, что получится. Как хорошо, что у него сегодня встреча с Дитмаром, как раз и поговорит с ним. Возможно, воровать нехорошо, но какого-то адекватного выхода он не видел. Ему нужно удостовериться, что именно это пьёт Дитмар, а не что-то другое. Ну и плюс проверит свою теорию. Потому что ни в одну клиническую картину симптомы не вписывались. А вот если начать по одному вычёркивать симптомы, похоже, получится реальная картина. Только бы повезло.

Дитмара он встречал на пороге кабинета, чтобы как можно быстрее всё разрешить. Закрыв дверь, он присел рядом с Дитмаром в кресло пациента. Тот удивлённо распахнул глаза и вытянул шею. Он как-то сказал, что придётся оказаться с этой стороны стола. Можно считать это первым шагом.

— Дитмар, как вы себя чувствуете?

— Э… Сердце колотится и руки дрожат… Я рисовать хочу, но… — он поднял мелко трясущиеся руки. Он даже ручку сильно сжать не мог.

— А голова? Боль, головокружение?

— Да.

— А как насчёт перепадов температуры? То жарко, то холодно?

— Да… — Дитмар наклонился к нему, стараясь говорить тише. По глазам было видно, что он попадает каждым выстрелом.

— А в голове это похоже на пыль, паутину, пытаешься вылезти, а оно пугается.

— Да!

— Дитмар, вы ведь мне доверяете? — Дитмар кивнул и слегка наклонился к нему. Вильям собирался превратить то, что он задумал, в игру, чтобы никто и ничего не заподозрил. — Я хочу посмотреть на то, как ваша схема лечения влияет на ваше состояние. Вы ведь помните, какие таблетки пьёте? — дождавшись кивка, он разжал кулак с украденными таблетками, спрятав ту самую в другой руке. Дитмар медленно брал одну за другой, щупал и клал обратно. Не зря же он в очках был, здесь почти вслепую живёт. Страшно. Остаётся надеяться, что таблетки уже вошли в устойчивую память, изо дня в день почти два года.

— Ещё одна.

— Вот эта? — Вильям протянул ему ту самую и старался не сильно выказывать нетерпение. Наконец Дитмар кивнул.

— Да.

— Я хочу вывести эту таблетку из вашего лечения. Но в рамках эксперимента нужно, чтобы никто из персонала ничего не знал, — он забрал таблетку и поднёс ладонь поближе Дитмару к глазам. — Смотрите, это сделать легко, у вас не проверяют рот и руки, когда вы пьёте препараты, это сыграет нам на руку. Когда вам высыплют таблетки на руку, и вы поднесёте ко рту, постарайтесь языком продавить эту таблетку между пальцами. Остальные глотайте, не бойтесь. А эту потом просуньте в щель между цветочным горшком на окне и поддоном под ним. Я буду забирать их оттуда. Сколько раз в день она вам попадается?

— Два.

— Отлично, не пейте обе.

— Почему?

— Я считаю, что ваше плохое самочувствие как-то связано с этим препаратом. Это нужно проверить. Если вам станет лучше, я сообщу врачу, и их уберут из вашего курса. И тогда вам станет легче.

— Правда? — надежда в глазах оказалась такой огромной, что буквально расплющила Вильяма.

— Правда. Попробуйте спрятать между пальцев.

Дитмар неловко взял таблетку в руки. Да, у него координация не очень, и зрение плохое, ему придётся действовать наощупь. Но если он смог опознать эту таблетку, просто потрогав её, значит, и это сможет сделать. Вильям терпеливо ждал, когда Дитмару удастся это провернуть. Дважды поднимал упавшую таблетку и вот наконец получилось. Дитмар улыбнулся, как ребёнок, обрадовавшись удаче. Ну, вот теперь посмотрим, кто кого. Не на того пациента напал. И не на того врача тоже.

Глава 10

Вильям уже полчаса стоял у окна своего кабинета и рассматривал ворота. Их было видно отлично, окна выходили с фасада. За воротами маячил Кристиан. Почему он был один, было не ясно, но он торчал тут уже давно. Мокрый снег шмякал по стеклу некрасивыми хлопьями, ещё больше усугубляя картину. Чего он хочет? Он и так уже добился того, чего хотел, Вильям чувствовал, как ему медленно, но верно отрывает крышу. Все эти записочки, стояние над душой… Это возвращало его в те времена, когда он боялся даже на улицу выйти, когда он уже хотел лечь в психиатрию просто для того, чтобы быть под охраной. Сейчас охрана была, но Дитмар сам ему сказал, что тело ещё можно спасти людям, а вот разум… Кто его спасёт? Дитмар сказал, что его друг, но Вильям не знал, что сделать, как обратиться к нему за помощью правильно? Как дать ему понять, что всё, точка невозврата пройдена, пора тормозить этот кошмар.

— Пиздец, — Кристиан отошёл чуть в сторону, пропуская автомобиль бухгалтера, серый "Опель". — Ну и какого хера ты стоишь, не уходить? Ты уже мокрый, замёрз, ну иди отсюда…

Отвернувшись от окна, Вильям прикрыл глаза рукой. Как его это всё вымотало. Ощущение, что его долго трепали собаки, и он лежит в клочки и не знает, поднимется или нет. Только у собак было вполне человеческое лицо.

Он с самого утра занимался документами, но ни на сантиметр не приблизился к выписке Дитмара. А всё потому, что к обычным рядовым бумагам добавились целые папки документов, которые подписывал сам Дитмар при поступлении сюда, документы для университета, чтобы исследование свернули. Нужно бы чаю себе налить. В конце концов, он не железный, все они не железные. Уже открыв дверь, Вильям чуть не врезался в кого-то очень широкого перегородившего проём.

— Вильям, так дальше продолжаться не может, — мистер Монтгомери с мистером Смитом отрезали ему все пути к отступлению, встав в дверях. Вильям едва не принял оборонительную позу, но в последний момент заставил руки висеть спокойно.