Цапля для коршуна (СИ) - Калинина Кира - Страница 69

Лена 

Было бы здорово заползти под одеяло, свернуться по-кошачьи и провалиться в сон, как в колодец без дна. Не думать, не чувствовать, не слышать далекого, но не умолкающего крика. Чтобы мысли в мозгу хорошенько отлежались и склеились в верные последовательности. Может, продрав глаза через сутки или двое, Лена уже знала бы, как быть дальше.

Как вообще жить.

Но рядом все время маячила тень отца… не Гамлета, но все равно строго по Шекспиру.

Лена скривила рот в невеселой усмешке. Если способность шутить не пала жертвой стресса, значит, не все потеряно.

При Линте Герде платье не скинешь и в постель не завалишься. Так что Лена позавтракала, как подобает благовоспитанной рэйде, позволила Лисси сделать себе прическу и макияж (при появлении служанки призрак скрылся с глаз) и постаралась изобразить довольство жизнью.

Получилось плохо.

Лисси была до жути предупредительна и украдкой поглядывала с сочувствием. Решила, как видно, что бледность и подавленность у юной рэйды приключились от бурной ночи с "мужем".

Вроде бы пора уже отбросить кавычки. Они с Дионом женаты во всех смыслах. Разве что обои вместе не клеили, не таскали из багажника пакеты с продуктами и не валялись в обнимку на диване перед телевизором. Но Лена и себя ощущала заключенной в одни большие безвыходные кавычки. По сути, у нее не было ничего своего: ни тела, ни имени, ни личности, ни памяти…

С другой стороны, копия файла ничем не отличается от оригинала — кроме времени создания и изменений, внесенных позже. Лене Герд от роду шесть недель, прожитых в чужом мире и в чужом мозгу в качестве зловредного паразита.

И что любопытно. Файл Каверина_02.жзн создан через год после расставания с Ромой. Может, поэтому увидев бывшего бойфренда на пороге загса, Лена испытала нервную встряску — но не в смысле "и сердце бьется в упоенье, и для него воскресли вновь…", а от желания дать своему первому "я" подзатыльник со словами "Дура ты, Ленка".

Она ведь, когда Рома уходил, думала бороться за него, как положено. Для начала взглянуть на соперницу, понять, чем та лучше. Попытаться что-то изменить в себе, примириться со всякими бесполезными финтифлюшками вроде чулок и эротического белья. Может, даже записаться на курсы — прости, здравый смысл! — стрип-пластики… Какая только глупость от отчаяния в голову не лезет.

Все эти жалкие, суетливые планы перечеркнула сестра Ольга, сказав: "Не держи того, кто готов уйти. Все равно уйдет, не к той, так к другой. Только потом, когда у вас будут дети, это окажется в сто раз больнее".

Лена не знала, как поступила бы сейчас на месте номера первого. Может, Рома получил урок на всю жизнь, и впереди у них с Кавериной_01 мир, лад, трое ребят и ипотека до самой пенсии. Но не верилось, хоть ты тресни. Потому что в ее жизни был теперь другой мужчина? Или потому что она сама — другой человек?

Рома никогда не повышал на нее голоса, у него не случалось вспышек гнева. Да они с Леной даже ни разу всерьез не поссорились! Но… Прикрыл бы он ее собой от взрыва? Рискнул бы бросить вызов правителю-самодуру, чтобы вызволить ее из темницы? Принял бы, узнав, что она — пришелица из другого мира… хуже того — копия, отпечатанная на квантовом принтере мироздания?..

Лена мрачно усмехнулась. Она не ощущала своей вторичности, вот в чем загвоздка. Чувствовала себя полноценным человеком. Значит, она и есть — человек. Точка. А способ ее появления на свет роли не играет.

Ей радоваться надо, что все так устроилось. Дома спокойно, родители не сходят с ума из-за того, что дочь сгинула в недосягаемой дали, Леннея не портит им кровь. Можно бы вздохнуть свободно. Жить, осваиваться, учиться, искать свое место в новом мире, строить личное счастье… Если бы не иэннская ведьма с ее зловещими планами. И не восемнадцатилетняя девчонка, которую Лена убивала самим фактом своего противоестественного существования.

— Господин Герд! Линт, вы здесь?

Он обещал явиться по первому зову. Как в сказке.

И в самом деле явился — не успела Лена сосчитать до пяти. Безликая человеческая фигура, будто сажей в воздухе намалеванная.

— Вы сказали, что можете устроить мне разговор с Леннеей. Это правда?

Голос, размытый легким эхом, ответил:

— Идемте вниз, к зеркалу. Оно отразит скрытое.

За пару минут дух Линта Герда распечатал запирающий узор на тайном ходе в подземелье. И магическая сигнализация, поставленная Лютеном, не забилась в конвульсиях, и сам юный секретарь не примчался, сверкая очами, карать нарушителей. Неприятное открытие. Получается, призрак и его начальница могли шастать по замку в свое удовольствие — и сейчас, и раньше. И вообще эта магическая защита, как рыбацкая сеть: сплошные дыры.

Лена села в кресло перед зеркалом, и Линт протянул к ней руки, заставив поежиться. Прикосновение прозрачных ладоней походило на дуновение сырого подвального сквозняка.

Дух попятился, перебирая пальцами, будто сплетал вместе невидимые нити, спиной вошел в зеркало, и из ртутного тумана на Лену взглянул симпатичный светловолосый мужчина, немного похожий на Диона. Затем он отдалился и исчез, а в следующее мгновение из-за рамы вынырнул знакомый призрак.

Лена упустила момент, когда в мерцающем стекле появилась Леннея.

Выглядела она еще хуже, чем во сне. Стояла, скрючившись, как старуха, страдальчески прижимая одну руку к груди, другую к животу. Казалось, заострившееся личико несло печать смерти.

— За что ты так со мной? — и голос настолько слаб, что похож на шелест.

Лена попыталась найти в себе здоровую эгоистичную злость, проникнуться мыслью, что несчастная девочка в зеркале сама виновата в своей беде:

— Это я должна тебя спросить: за что?

— Я не желала тебе смерти…

— И я тебе не желаю.

Интересно, что Лена не чувствовала раздвоенности. Не было странных мыслей, чуждых желаний и голосов в голове. Нет, голос как раз был — тот далекий крик. Но сейчас и он стих.

— Тогда верни мое тело! — Леннея качнулась вперед и уперлась ладонью в стекло.

— И что ты будешь делать?

— Убегу… Уеду…

По впалым щекам покатились слезы.

— Ты отдалась ему… отдала меня.

Лена ощутила слабость. В принципе, Леннея права. Это ее тело. Лена не имела права им распоряжаться. С другой стороны…

— Слушай, если бы ты осталась и просто попыталась договориться, у тебя все было бы хорошо…

Лена резко захлопнула рот. Ничего бы не было хорошо. Девчонкой, легко внушаемой и перепуганной до нервного срыва, расчетливо манипулировали. Алиалла не позволила бы ей уйти в сторону. Эта женщина плела интриги еще в ту пору, когда Линт Герд разбивал коленки, резвясь в древних развалинах.

Интересно, Лаэрт знает, что женится не на молоденькой?

Леннея гневно всхлипнула:

— Договариваться с убийцей? Носить его имя? А если бы он убил твоих родных?

— Твоих родных убил Лаэрт, а не Дион, — напомнила Лена.

Внутри опять кольнуло. Она успела принять точку зрения "мужа". Хотя бы потому, что защитить законного правителя от убийц — логично и правомерно. Кроме того, успех заговорщиков лишил бы одаренных крупиц свободы, дарованной королем.

Но была ли это действительно свобода? По сути, Лаэрт отнял магов у знати и присвоил себе. И он точно не лучше тех, кто готовился снести ему голову.

Лена прикусила губу. Все запуталось. Больше не было хорошо и плохо, правильно и неправильно.

— Ему тоже есть, что тебе предъявить, — сказала она Леннее. — Он ведь нравился тебе, признай. Ты злилась на него именно за это — за то, что он сын мага, а не рэйда, но ты все равно думала о нем. Так ведь?

Однако Леннея не слушала и не слышала.

— Ты испачкала меня магическим даром, — горячо шептала она, припав к стеклу. — Пытала меня раскаленным прутом. Ты отдала меня убийце и насильнику…

— Дион не… — начала Лена.

Девушка в зеркале исчезла. Линт Герд оборвал связь.