Иной мир. Часть четвертая - Шарипов Никита - Страница 23

– План у тебя хотя бы есть? – поинтересовался я.

Боря-изверг перевозбуждён, глаза налиты яростью, зубы стучат друг об друга, ноздри раздуваются сильно и часто, пальцы белеют, сжимая руль, взгляд прикован к задней части УАЗа. Кроме машины сейчас для него ничего не существует. Вопроса он, конечно же, не услышал. Реальный псих, такому только в дурке жить или в этом мире.

– Борь, я спросил про план, он есть? – повторил я вопрос.

Ответ был не таким, какой ждал:

– Дури нет, даже природы, не было времени тариться! В этом мире найдём, только на барыгу надо выйти! Бабло ведь есть!

Улыбнувшись, я пояснил:

– Ты не понял, я не про наркоту, ею не балуюсь, вопрос был про план действий.

– Ааа… Понятно, ты у нас ЗОЖник, не о том думаю… Да, есть у меня план, и он прост: догоняем уродов, ты прыгаешь за руль, я вылезаю на крышу через люк, затем сближаемся с УАЗиком, и перепрыгиваю на него. Дальше по обстоятельствам, лишь бы не навернуться, главное, тент прорезать и внутрь попасть…

– Уверен, что справишься? – план Бори мне не понравился, пахнет бредом из разряда фантастики. – Не проще ли просто расстрелять бандитов?

– Проще, но так не интересно. Мне хочется веселья! Убивать быстро уже скучно, бандиты должны понять всю радость последних минут жизни. Смерть, они будут умолять о ней! Будут жалеть, что выбрали такой плохой жизненный путь…

Угораздило же меня оказаться в одной машине с конченым психом, который возомнил себя палачом. Ничего не поделаешь, придётся терпеть.

УАЗ маячит в опасной близости, скорость под семьдесят в час, Боря-псих лезет в люк, я беру управление на себя. Надо бы признаться самому себе – мне дико интересно, что из этого получится!

– Крикну, когда буду готов, ты пока прижимайся к козлу! – Боря забросил автомат на крышу, взял в зубы нож и выпорхнул из салона с проворством куницы. Не так он прост, совсем не прост, недооценивал его. Уровень подготовки в несколько раз выше, чем кажется с виду.

За рулём УАЗа бандит, но не дурак. Заметил Борю и начал петлять, что вызвало неминуемый сброс скорости. Сблизились опасно, вот-вот ударю передним бампером «Тигра» в запаску, меньше метра дистанция. Боря-псих спрыгнул с крыши на капот и закричал:

– Газу, Ермак!

Несильный удар, дистанция между машинами резко увеличилась, но живой снаряд уже полетел и сумел приземлиться, куда метил – прямо на тент рухнул, порвав его массой тела, и оказался в салоне. Ставлю на то, что осталось Борьке жить самую малость, сейчас загрохочут автоматы…

– Как можно терпеть такое? – спросил Угрх, которого от звуков и ощущаемых эмоций, которые излучают бандиты, просто коробит. Пытки происходят на солидном расстоянии, но всё равно слышны крики.

– Боря псих, смиритесь с этим. – Росс виновато пожал плечами. – Если его постоянно держать в узде, то произойдёт неминуемое: он сорвётся и прикончит кого-нибудь за малейшую оплошность. Надо нам это? Нет, не надо, пусть на бандитах отрывается, их не жалко. Желающие облегчить им страдания могут попробовать убедить Борю не пытать, но ответ будет один – он пошлёт. Всем всё понятно?

Возражений не последовало, только Угрх недовольно выругался на своём рычащем языке. По интонации было понятно, что без оскорблений не обошлось.

– Он реально прыгнул с крыши «Тигра» на крышу УАЗа? – поинтересовался Немой. Я уже рассказал всё, что было, но мне не трудно, повторю:

– Реально, прямо на ходу сиганул и попал сразу в салон, тент не выдержал. Я думал, его сразу пристрелят, но нет, бандитам, похоже, не до этого было, замешкались. А дальше всё, поздняк метаться, в ход пошёл нож, сухожилия Борька подрезает мастерски, но при этом оставляет в живых. Без единого выстрела взяли, сам не поверил бы в такое.

– Харарх афрарх! – Угрх взревел и обхватил голову лапами. – Я больше не могу это терпеть! Люди, сделайте что-нибудь! Он такое вытворяет…

Мишка вскочил, посмотрел в сторону холма, на котором происходят пытки, взревел диким зверем и побежал. Сейчас наведёт там шороху.

Прошло пять минут, и Угрх вернулся ни с чем, пытки продолжаются. По морде медведя заметно: сожалеет о том, что ходил на холм.

Выслушивая недовольство Всезнайки, я решил поинтересоваться:

– Долго это будет продолжаться, дядь Вов? Ехать надо, некогда задерживаться по пустякам.

– Долго. Нам проще оставить Борю, а завтра вернуться за ним. Как тебе такой вариант?

Не подходит, отказался, потерплю. Посмотрев на Угрха, решил провести время с пользой и спросил о том, на что ответа так и не получил:

– Почему ты так легко присоединился к нам, отшельник?

– Потому что ты вызвал у меня интерес, Никита, это ведь очевидно. – Угрх хмурится, эмоции, исходящие с холма, его бесят, но отвечать на вопросы, видимо, не мешают. – Мною движет желание понять случившееся, такого прежде не было, память не хранит об этом информации.

– Точно, запамятовал… – я решил немного соврать, чисто в целях получения знаний. Точнее, в целях подтверждения того, что знаю. Не ожидал, что реакция будет такой. – Берсерк Харрор рассказывал мне, что у вас, медведей, имеется родовая память, передаваемая из поколения в поколение. Вы помните всё, что помнили ваши предки, это очень удобно.

– Харрор не мог говорить тебе об этом! – Угрх резко встал, выставил когти, начал наступать. – Человек, ты лжёшь! Где ты встретил берсерка Харрора? Отвечай!

– Мохнатый, ты бы лучше успокоился. – Дядя Вова не сдвинулся с места, но это и не нужно, автомат у него под рукой, и сейчас его ствол смотрит в голову медведя. – Мы тут все психи, каждому в дурке полежать не мешало бы, но лежать не хочется, потому контролировать себя умеем. Ты погляди на нас, поучись, это полезно.

Угрх замер, поглядел на автомат, сделал шаг назад и попытался оправдаться:

– Эмоции с холма будоражат рассудок, извиняюсь за поведение. Никита, ты сказал про берсерка Харрора, расскажи мне, где ты его встретил, это важно.

Расскажу, что же не рассказать:

– Встретил я Харрора в пещере, тогда впервые и узнал, что он существует. Привёл его туда кое-кто находящийся сейчас среди нас… В общем, это ты привёл его туда, Угрх.

– Нет, не может быть. – Мишка начал нарезать круги по поляне и причитать: – Харрор не послушал бы меня, что бы я ему ни сказал. Он слишком высокомерен и будет обижаться до конца жизни, а берсерки живут долго. Поверю во всякое, но не в союз с Харрором…

– Что тебе не нравится, Угрх? – спросил я и решил добить: – Харрор и его свита не единственные берсерки, которых видел. Был ещё Хорг, берсерк в ржавых доспехах, он вылечил моего друга, а перед этим убил многонога. Кстати, обитает Хорг где-то рядом, в пещерах… Ещё был старина Орх, который не носит доспехов, потому что слишком стар. Обитает в Черногорье, в одной из пещер. Всё, чего Орх хочет, это поскорее умереть, но два сердца не останавливаются одновременно, жить ему ещё да жить. Ну и последний, наверное, самый важный разумный мишка, хоть он и не берсерк. Зовут его Цэ-тап, живёт в центре Зубастого озера под землёй, возраст около семнадцати миллионов лет. Все его занятия за последнее время – это сон, сон и снова сон. В анабиозе отдыхает…

Угрх почесал лапой башку, что-то прорычал, а затем нормально сказал:

– Всех названых знаю, кроме одного. Цэ-тап не может быть разумным медведем, если бы такой существовал, то он был бы известен мне. Даже имени его в нашем языке нет. Ты точно ничего не напутал, Никита?

Я помотал головой:

– Нет, не напутал, Цэ-тап существует, как и Скарг, перед возможностями которого все берсерки будут казаться безобидными сусликами. Я, Угрх, знаю кое-что такое, что может помочь решить проблему. И да, мне удалось разгадать тайну происхождения вашей и нашей расы. Совершенно случайно разгадал, произошло удачное стечение обстоятельств…

– У тебя есть вопрос, человек? – Угрх наконец-то сел, а то достал уже маячить перед глазами.

– Да, есть. Мой вопрос простой: скажи, как далеко ты можешь опуститься по родовой памяти, количество в земных годах назови.