Последний из легенд (СИ) - Мордовских Илья - Страница 88

– Ну что, какие планы? – спросила она, потягивая какой-то красный коктейль через широкую соломинку природного происхождения. В игре вообще было много разных вещей, имитирующих блага цивилизации, но в рамках стилистики заданного временного периода.

Например, есть луки, заряжающиеся тремя стрелами, арбалеты с оптическим прицелом, джинсы из грубой ткани, в конце концов. Люди с профессией «швея» могут запросто воплотить что-то из реала в материалах этого мира. А вот, например, пороха – нет. И даже если удастся собрать все компоненты, результат будет нулевым. Игровая механика следит за тем, чтоб эпоха не менялась. Да и люди в большинстве своем не хотят довести игровой мир до состояния, в котором земля находится сейчас. Потому никто и не стремится ускорять прогресс, а разработчики игры даже вводят некоторые запреты.

– Планов нет, – ответил Автоном и отпил воды, которую принес Соньер.

– Тогда у меня к тебе есть предложение...

***

Уже немолодой Горяев Вячеслав Ундарович стоял возле капсулы виртуальной реальности, в которой лежала пациентка. Судя по электронной карте состояния здоровья девушки, дела ее были плохи.

– Кто оплачивает это безобразие? – влетел в палату заместитель директора центра врачебной помощи «Круст», и набросился на медперсонал. Молодые медсестры поспешили ретироваться, когда разжиревший начальник переключил свое внимание на врача.

– А, Вячеслав Ундарович, я так и знал, что без вашего участия тут не обошлось. Кто? Кто, я спрашиваю, оплачивает все это безобразие? А если мы каждой пациентке поставим капсулу? Да мы разоримся, оплачивая счета за электроэнергию!

– Не переживайте, Валерий Викторович, девушка сама оплачивает прокат капсулы и счет за ее обслуживание. Это последняя модель, посмотрите, тут есть счетчики электричества, жидкостей и прочего. Не волнуйтесь, она за все платит сама.

Вячеслава раздражал это жирный невоспитанный мужчина, который ни дня не проработал врачом, но по протекции кого-то свыше влез в кресло заместителя директора. Сам Анатолий Сергеевич, занимающий место директора центра врачебной помощи, не мог ничего поделать, и пришлось смириться с назначенцем, везде сующим свой нос.

– Постойте-постойте, она же детдомовка, откуда у нее деньги? Она и дня не успела нигде проработать, все детство по больницам. Что вы такое несете, как она может оплачивать счета, да еще и арендовать такое дорогое оборудование? Я знаю, что за последние пять лет Вы с ней очень сдружились. Вы что-то мне не договариваете! Я буду жаловаться в соответствующие органы, и докопаюсь до истины! Ваша любимица будет лежать на общих условиях и в общей палате! – размахивая руками, взбешённый мужчина выскочил за дверь.

Вячеслав устало сел на стул возле капсулы. Он действительно по-отцовски полюбил эту жизнерадостную и целеустремленную девушку, напоминающую ему собственную дочь. А теперь не может ей ничем помочь. Судя по показателям, высвеченным на стекле игрового ложа, состояние пациентки резко ухудшается, что и следовало ожидать при таком проценте поражения внутренних тканей. Хорошо, что она второй день не выходит из своего любимого Мира Легенд и не чувствует боль, должно быть, пожирающую ее тело.

Мужчина приложил ладонь к стеклу, возможно прощаясь с девушкой в последний раз, поднялся и продолжил вечерний обход.

Часть 3. Глава 22

Все воины замерли, с удивлением глядя на Стифа.

Оружие последнего из преданных Грунду нурмонов отскочило, словно резиновое, не сумев перерубить даже нить, которая удерживала гильдейский жетон на шее мужчины, и лишь оцарапала вернувшего свою должность главу хорминов. Тимур несколько запоздало бросил метательный нож, распоровший щеку нападавшему. Предатель традиций нурмонов взвыл, хватаясь за лицо, но кто-то из варваров снес ему голову, поставив кровавую точку в текущем сражении.

Спустя полчаса вокруг костра собрались десятники, наперебой заверяя, что рады возвращению предводителя по имени Стиф. Сам же воин слушал их в пол уха, тщательно обдумывая план дальнейших действий.

– Поутру пойдем, – заявил он, наконец-то, определившись, – Клык, ты с войском из крепости нападешь. Как рассветет, я сигнал дам. А выстроятся двумиряне, чтобы вас на щит принять, так мы с хорминами с фланга ударим. Нужно показать этим жалким трусливым псам, что настоящие свободные нурмоны не продаются.

На том и порешили.

Выспавшийся и бодрый Тимур вышел во двор. Ночь подходила к концу. На небе еще светились яркие звезды, но очень скоро солнце поднимется из-за горизонта и начнет будить задремавшую охрану. По мнению парня, это самое удачное время нанести противнику визит. Убедившись, что оружие не болтается, не звенит и не будет сверкать в отблеске костров, он выскользнул за стены крепости.

Получившие задание охранять Стифа далиманы и Заноза с 18Котей18, остались далеко, с другой стороны от укрепленного поселения, а Румаг под покровом темноты двинулся по направлению расположения стойбища двумирян.

Наполненный огнями костров и шумным весельем палаточный городок едва ли мог называться военным лагерем, но бдительности Тимур не терял. Придерживаясь тени деревьев, он не стал соваться на освещенную кострами территорию, а обошел шумную поляну по кругу и неожиданно наткнулся на деревянную клетку, в которой сидели рабы.

Неприятное чувство покоробило Тима, ведь прежде он думал, что цивилизованные игроки не берут в плен неигровых персонажей, довольствуясь дешевизной труда крестьян. За копеечную плату те были готовы выполнять поручения и прихоти хозяев земель, на которых расположилось бесчисленное множество деревушек. Судя по рассказам Автонома, на изученных землях располагается более двух десятков крепостей, с принадлежащими к ним деревнями и прочими локациями.

Среди полутора десятков цифр, висящих над головами пленников, он разглядел два имени: Касин и Тихий. Не боясь, что за грохотом барабанов и криков кто-то услышит, Тимур рубанул по веревкам, скрепляющим жерди клетки, и подал знак людям выбираться.

– Обойдите поляну по кругу, а потом ступайте подальше в лес. Как все закончится, возвращайтесь, – прошептал он. Касин кивнул и всей толпой мужчины и женщины ломанулись меж сосен, шумя как приличное стадо. Никто не услышал их за звуками, напоминающими пение, и веселым ритмом ударных. Спрятавшись за большими пивными бочками, Тим выглянул посмотреть, что же происходит у ближайшего костра.

С удивлением он обнаружил, что развеселую мелодию, так и манящую пуститься в пляс, напевала Кэприссиа. Эта девушка, что по заказу Нагибульки неудачно пыталась взять Румага в плен, как и окружающие мужчины, была навеселе. Припомнив последнюю встречу с загадочной особой, Тим решил в очередной раз сыграть роль Великого таинственного Румага, тем более что Кэприссиа сама двигалась в его сторону. Дождавшись, пока девушка наполнит из бочки кружку и развернется, намереваясь уйти обратно, Тимур выскочил из тени, схватил ее, зажимая рот ладонью, и шагнул обратно в непроглядную ночь.

– Молчи! Я пришел тебя предупредить, так сказать по старой дружбе. Поняла?

Девушка кивнула, не издав ни звука. Румаг опустил руку и отошел на шаг назад, готовый в любой момент атаковать.

– Тим? Как Вы здесь оказались, Вы же должны быть в крепости...

– Академия не хочет, чтобы ты пострадала в грядущей битве, а потому, настоятельно рекомендуем тебе уйти до того, как войско этого выскочки будет повержено. Я понятно, выразился?

Девушка снова кивнула.

– Теперь ступай, твои друзья должно быть заждались.

Кэприссия опрометью бросилась на свет, а через минуту все ещё напряженный Румаг услышал ее размеренное мычание, напоминающее пение. Как будто раньше это была песня, а теперь все слова позабыли. Удивившись тому, как быстро девушка сумела прийти в себя, он двинулся дальше.

К яркому легко узнаваемому шатру Нагибульки, стоящему дальше всего от крепости, Тим вышел как раз вовремя. Затаившись у самой стены, он прислушался.