Бумажный зáмок (СИ) - "Mut-Em-Enet" - Страница 40

— Птичка, все ок? Ты что-то побледнела…

— Да-да!

Мы едем домой.

Бабушка в шоке от моей ноги. Начинает причитать:

— Лиза, ну как так?

— Бывает, — отмахиваюсь я.

И мы проводим остаток дня все вместе. Сама от себя не ожидала, но я ищу малейшую возможность прикоснуться к Мэтту, просто жажду его прикосновений. И когда он вечером собирается уходить, буквально цепляюсь за него:

— Ну куда ты?

— Надо и совесть уже иметь, я и так тут загостился, уже и перед бабушкой твоей неловко как-то… Да и тебе отдохнуть не помешает…

— Возьми меня с собой, — шепчу я.

— Ты прям сегодня меня поражаешь! Если так хочешь, поехали!

Мэтт прощается с моими, а я на ходу кидаю бабушке:

— Бабуль, мы ещё погуляем и, возможно, я буду уже завтра.

— Та куда ж гулять, а нога?

— Я присмотрю за Вашей внучкой и завтра верну ее целую и почти… — смотрит на мою ногу, — невредимую.

Ух, что это мне такое укололи в больнице, до сих пор не отпустило, что веду себя так.

А дальше страсть затуманила мне мозг, так точно, как и в нашу первую ночь. Еле дотерпели до квартиры Мэтта и накинулись друг на друга уже при входе.

— Я заметил, — хрипит Мэтт, — указывая на подвеску на моей шее, — хочу, чтобы ты осталась только в моем подарке.

Он отрывается от меня и усаживается на диван.

— Раздевайся, женщина!

По позвоночнику его слова пролетают электроразрядом. Я медленно стягиваю джинсы и кидаю их в Мэтта, он ловко их поймал и отбросил в сторону. Потом в него летит куртка и футболка. Я — в одном белье и носках. Медленно и театрально стягиваю свои носки (не самое эротичное действо).

— Ещё долго ждать?! — Мэтт нетерпелив.

— Один момент! — к его ногам летит и мой бюстик и трусики. От возбуждения грудь моментально становиться твердой. Я все так же медленно опускаюсь перед ним на колени. Он не отводит взгляд. Я тянусь к его поясу и ширинке.

— Птичка, что ты делаешь?

— Хочу снять с тебя эти чёртовы джинсы!

— А на коленях чего?

— Снимай джинсы и я тебе покажу! Много болтаешь!

Он приподымается и стягивает джинсы вместе с трусами! И моему взгляду открывается его эрегированный член.

Я беру его двумя руками, от чего Мэтт вздрагивает.

— Может не надо экспериментов, птичка, мне он дорог как память…

— Помолчи…

Я прикасаюсь губами к горячей головке и медленно провожу по ней языком, постепенно погружая его в свой рот. Я почти не дышу, рассчитываю каждое движение, чтоб не причинить боль.

Минута и Мэтт стонет:

— Да у тебя талант…

И кладет руку на мою спину, пока хватаю воздух перед очередным погружением.

— Стой, — просит он и отстраняет меня от своего члена. Опрокидывает на спину и уже почти входит. Саднит больное колено, но возбуждение сильнее боли.

Он проводит членом по моим складочкам, дразня!

— Чего ты ждёшь? — мне кажется я умру от желания.

— Пригласи меня войти!

Теперь мне даже смешно. Он прижимает член к внутренней стороне бедра.

— Ну давай же…

— Нет! Ты себя плохо вела в последнее время, — он сжимает мою ягодицу одной рукой, а другой ласкает мой клитор.

— Не издевайся…

Он уже тоже не может себя контролировать. Рывок. И он внутри во всю длину.

Наши движения отточены и даже дышим в одном темпе. Глаза в глаза, до белых искр, до полуобморока, до одури.

Бешеный накал сменяет теплая нега, разливающаяся по телу. Я тону в реке наслаждений и увлекаю его с собой на самое дно. Мой!

Frank Sinatra — Moon river

41. Долгожданная добыча

Мэтью

Я вижу в ее глазах зажёгся пламень и имя ему "желание". Я смотрю в эти глаза и улетаю за горизонт. Наши тела, как куски огромной головоломки, идеально подходящие друг другу. Наше дыхание слилось, тела сплелись в причудливый узел. И мы внутри, мы снаружи, мы везде. Мы — вода и огонь, боль и радость друг друга!

Когда она сегодня попросила взять ее с собой, я искренне удивился! Не думал, что дождусь, но решил не выдавать своего сердечного трепета.

Глаза в глаза, близость пьянит и превращает мозг в бесполезную кашу.

Я чувствую, как тебе хорошо, моя птичка! Моя! Я — вулкан извергающий лаву!

У меня нет сил отпустить ее из своих рук. Кажется будто, если отпущу, она превратится в мираж и исчезнет, став только дымкой в стенах моего жилища. Прикрывает глаза, устала, намучилась. Бережно прикрываю ее нежную шёлковую кожу одеялом. Поспи, птичка! Я как верный пёс буду охранять твой сон! Рука тянется за ноутом. Эй, Муза, проснись, есть работа. Пальцы быстро бегают по клавиатуре. Мой внутренний демон нашёптывает новую историю, которая эхом отзывается в моих ушах.

Сколько времени? Уже утро или ещё сизая ночь?

Птичка открыла свои ясные очи:

— Ты ещё не ложился?

— Нет, не могу уснуть! Но я готов продолжить… Ты уже проснулась?

Она лениво потягивается:

— Остановись, неугомонный, тебе нужно немного отдохнуть!

Я провожу рукой по ее позвоночнику, будто играю на диковинном инструменте. От моего касания она выгибается как кошка. А потом поворачивается ко мне лицом:

— Твое предложение в силе?

— Какое из?

Неужели быть птичке моей?

— Продолжить…

— Я разбудил в тебе сексуального монстра. Кто бы мог подумать, что под оперением райской птицы скрывалась голодная тигрица?

Я ныряю под теплое одеяло и чувствую жар ее тела:

— Чем могу быть полезен, мисс Айскра?

— Мне нужен Ваш автограф, о, величайший писатель современности…

— Но у меня нет ни ручки, ни бумаги… Я голый перед Вами, мисс!

— Вы можете оставить Ваш автограф губами на моем теле, мистер Лавлесс.

— Как Вы находчивы, мисс!

И я расписываю ее кожу своими поцелуями. Начиная с ключицы, я спускаюсь к ее груди. Манящие соски слаще мёда! Я припадаю к ним как страждущий путник.

Птичка задыхается:

— Мистер Лавлесс, в Вашем автографе не хватает точки… Вот тут!

Она указывает на низ живота!

— Как бы Вы хотели, что бы я эту точку поставил? Языком, пальцами или…

— Или… Вам следует закончить начатое…

Она открытая и манящая — и вот я внутри! Мы тонем! Больше нет воздуха, пропадает свет, исчезают звуки! Мы погружаемся во тьму, медленно идём ко дну!

Л — И - З — А!

Выдыхаю ее имя, эхом слышу свое.

— Никогда ещё не "брала автограф" таким образом!

Целую ее в макушку:

— Птичка, у меня к тебе есть предложение?

— От которого я не смогу отказаться?

— Очень на это рассчитываю! Приглашаю тебя сегодня на настоящее свидание, вне договора!

Ну, Мэтт, подытожим: 35 лет, сотни женщин, 1 приглашение на свидание. Мама, ты бы сейчас могла мной гордиться! Ха! Маша, ты бы, если бы была жива, у тебя бы снова остановилось сердце! Прости!

Дракон и принцесса! Говорите не бывает?!

Птичка прикладывает рука к моему лбу:

— Вроде жара нет…

— Ну так нечестно, в кое-то веки решил сделать что-то серьёзное…

— Не сердись, я пойду с тобой на свидание, о великий писатель, вне договора и с превеликим удовольствием! Только мне надо домой, привести себя, а порядок, негоже в таком виде гулять, а вдруг ещё попадём в объектив, так вообще сгорю от стыда!

Рассматриваю птичку:

— А что с твоим видом не так? Такая красивая девушка, ну немного растрепалась, — поправляю ей волосы, — нормальная прическа после бурного секса…

— Вот, потому и нужно домой… давай встретимся в часиков пять…

— Возле западного входа в Центральный парк!

— Только вот нога… Как же я буду гулять…

— Нога тебе ж не мешала вчера ночью и сегодня утром. Но обещаю ходить не придется.

Быстро одевается. Я тоже натягиваю футболку:

— Я проведу тебе до такси… Постой!

На улице целую ее, как же отпустить птичку так просто. Сам спускаюсь в подземку и еду к Центральному парку. По классике жанра мне надо обеспечить карету для моей принцессы.