Алмаз (СИ) - Макарова Елена А. - Страница 75

Как же было стыдно оказаться пойманной на лжи, а еще неприятней сознавать, что декан настолько осведомлен о моей личной жизни. Не думаю, что он один из тех, людей, которые просматривают новостную ленту в своем браузере и рыскают по «желтым страницам». Одно дело, если бы он узнал о моих отношениях с известной личностью из сплетен, что до сих пор ходят по институту, но откуда ему стало известно про наш с Костей импровизированный отпуск на островах? В голову сразу пришли молодожены, с которыми мы столкнулись по дороги в отель. Они тоже были из России и, к великому несчастью, узнали Костю. Чтобы они отвязались от нас, ему пришлось дать им автограф и сделать пару совместных фото. Вдруг эта парочка снимала нас тайком, а потом разместила все в сети? Немного познакомившись с Костиной жизнью, поняла, что люди способны и не на такое.

— С моей стороны это было безответственно, — начала защищаться, но декан перебил меня, давая понять, что пока говорить будет он, а мне следует помалкивать.

— Я понимаю, молодость, любовь…Но за все надо платить. Вы учитесь на бюджете, государство, в частности ваш ВУЗ, дает вам бесплатное образование, и было бы неплохо быть благодарной за это.

Вот тут я, даже если бы захотела, не смогла ничего сказать, настолько была шокирована тем, к чему именно всю эту долгую речь подводил декан. Я впервые в жизни столкнулась с таким и не знала как правильно себя вести. Понятное дело, если я откажусь «отблагодарить» родной ВУЗ, меня просто вышвырнут из него, нехитрым способом завалив пару сессий.

— И насколько должна быть велика «благодарность»? — во рту все пересохло, а язык ели ворочался.

— Это только вам решать, — лицемерие так и сквозило в каждом его слове. — Знаете, — сменил еще одну маску, примерив образ радеющего за благополучие нашей альма-матер человека, — здание института довольно-таки старое, кое-где не помешал бы основательный ремонт. — Но пиком наглости было, когда он приплел ко всему этому Костю. — Ну или же поспособствовать тому, чтобы одна популярна музыкальная группа заглянула бы на наш новогодний праздник, исполнили бы пару песен — порадовали перед сессией студентов.

Беседа на этом закончена: декан достаточно доступно изложил все свои требования. Уточнять или спрашивать его о чем-либо не считала нужным — в таких ситуациях лишних вопросов не задают.

— Я могу идти? — лишь поинтересовалась, вставая с кресла.

Возможно, такое бестактное поведение только усугубило мое положение, но о каких манерах и правилах приличия можно говорить, когда у меня, мягко и обходительно, но, по сути бессовестно, вымогают деньги?

Мужчина смерил меня въедливым взглядом, удостоверяясь, что я правильно расценила все его намеки.

— Идите, Кирова, — великодушно дал добро, кивая, — идите.

Не стала дожидаться того, что он вдруг передумает и вставит еще парочку циничных замечаний.

Как только оказалась в коридоре, привалилась спиной к стене, обнимая сумку — мне нужно было перевести дыхание и взять себя в руки.

Каждый второй студент «забивал» на институт и прогуливал пары, и ничего — спокойно учились и сдавали сессии, а я — белая ворона. Во мне разглядели источник дохода из-за знакомства с людьми, обладающими определёнными связями, влиянием, а главное — деньгами.

Когда я уже думала, что сегодня меня достаточно окатили помоями, наткнулась на Настю. Она была единственным человеком в опустевшем коридоре — уже давно был звонок на первую пару — словно поджидала меня.

Не осталось никаких сомнений, что она сыграла не последнюю роль в этой скользкой истории.

16. "Я решу твои проблемы"

Прямая челка и короткая стрижка (каштановые волосы едва доставали до плеч) делали Настино лицо чуть детским, а маленький рост и изящная фигура дополняли нежный образ, делая ее в глазах окружающих хрупкой и невинной. Такие вызывают у мужчин желание пожалеть и защитить от горестей жестокого мира.

Но внешность обманчива, и эта милейшая на вид девушка, как выяснилось, таила в себе много злобы. Хотела спросить, зачем Настя так подло подставила меня, но ответ очевиден — зависть.

— Это дело твоих рук? — зачем-то задала бессмысленный вопрос. Возможно, давала ей шанс сознаться. Или же я ждала от нее извинений?

— Я не понимаю, о чем ты, — она продолжала сохранять беспристрастное лицо, но всего лишь на мгновение уголки ее губ дрогнули — внутри она радовалась.

— Все началось с того дня, когда ты узнала, кто мой парень, — мне хотелось услышать объяснения, понять логику ее поведения.

— «Поделилась», — ядовито улыбнулась. — Как будто между нами когда-то была большая дружба.

— Возможно, — осторожно прощупывала почву, подбираясь к истинным причинам такой необоснованной неприязни ко мне, — ты посчитала себя уязвленной тем, что, не зная правды, рассказывала мне о своем увлечении парнем, который к тому моменту уже принадлежал мне?

Настин смех эхом прокатился по пустому коридору.

— Твой, — продолжая усмехаться, — Костя мне не нужен. Я же не сумасшедшая верить и влюбляться в фантазии.

— Тогда за что ты меня ненавидишь? — исходя из ее отношения, другого слова и подобрать не могла.

— Потому что ты лицемерка, — уже не скрывала своих подлинных чувств ко мне. — История стара как мир: невзрачная провинциалка окрутила богатенького парня и теперь живет себе припеваючи. Хорошо устроилась, да? Не думала, что ты одна из тех, которая ради денег готова…

— Что ты несешь? — оборвала ее на полуслове.

Она принялась рьяно доказывать свою правоту, открывая шокирующие факты:

— Все так думают, но бояться в лицо сказать, что ты …

— Если ты произнесешь это вслух, — я закипала от ярости, но прятала ее за ледяным тоном, — то пожалеешь.

– ****! — бесстрашно выкрикнула Настя.

На сегодня мой лимит терпения был исчерпан. Я так взбились, услышав это грязное слово, что меня уже ничто не могло остановить: ни близость деканата, ни моральные рамки. Накинулась на девушку, стараясь поймать ее за волосы, но короткие пряди выскальзывали из рук. Вот Насте повезло больше — он основательно вцепилась в мои распушенные волосы и от всей души отыгрывалась на них.

Мы нещадно царапались и чуть ли не кусались, как дикие кошки. Я поняла, что совершенно не умею драться по-женски, отец учил меня иному.

Заламывая Настины костлявые пальцы, вывернула ей руку и, подставив подножку, опрокинула на спину. Та, пыхтя и постанывая, извивалась, когда я села на нее, придавливая своим телом к полу. Теперь она была полностью в моей власти.

— Больше не суй свой нос в мою жизнь, — сжала ее запястья, пока не увидела гримасу боли на ее лице. — Я могу за себя постаять, будь уверена.

— Да ты просто чокнутая! — брыкалась девушка, пытаясь вырваться.

— Вот и не лезь к чокнутой, — дала добрый совет.

Выпустила Настю из рук и, подхватив с пола сумку, бросилась вниз по лестнице. В таком состоянии я не усижу ни на одной лекции. Не помня себя, добежала до парковки и нырнула в салон огромного BMW, прячась от своего жалкого падения. Трясущимися руками едва попала ключом в замок зажигания, а перед глазами все поплыло. Под размеренный гул мотора, уронив голову на руль, я отчаянно разрыдалась.

Жизнь выходила из-под контроля, и я не знала, как буду разбираться с навалившимися проблемами.

Когда более-менее успокоилась, увидела, что площадку перед входом в институт наводняют студенты. Стерла последние слезы и взглянула на себя в зеркало заднего вида. Оттуда на меня смотрела нечто с раскрасневшимися глазами, потекшей тушью, поцарапанной шеей и взлохмаченными волосами. Вот тебе и королева!

Шмыгая носом и приводя дыхание в нормальный ритм, достала из сумки телефон и набрала номер того, кто мог сейчас помочь.

— Лёш? — позвала, как только в трубке оборвались монотонные гудки.

***

Мне еще не доводилось бывать дома у Лёши, но узнав адрес, быстро сориентировалась и минут через пятнадцать уже стояла на пороге его квартиры.