Алмаз (СИ) - Макарова Елена А. - Страница 61

— Что ты творишь?! — опомнилась и попыталась вырвать из его рук часть своей перепачканной одежды, но было поздно. Он выпрямился, и я прикрыла ладонью открывшийся от шока рот. Теперь Костя выглядел не лучше меня: краска в одних местах чуть окрасила кожу, а в других полностью отпечаталась большими мазками. — Что ты наделал? — злость оказалось напускной, и скоро я от всей души смеялась. — То голосишь по утрам на балконе, теперь это! Ты просто псих!

— Я похож на гражданина Лимонии? — продолжал развлекать меня.

— Не сомневайся!

— Отлично! — Снова взял за руку, — Теперь выйдешь отсюда?

— Не-е-е-ет! — категорично, чуть ли не басом, возразила. — Ты себя видел? — окинула насмешливым взглядом, — Ты же весь в краске!

— Маргарита Александровна, — игриво смотрел в глаза, — вы, что стыдитесь меня?

Смеясь, поцеловала его в желтую щеку:

— Нет, люблю тебя.

Пока мы шли по переполненному снующими студентами коридору, я все больше прижималась к Косте, прячась от посторонних глаз, тогда как он гордо вышагивал, будто король мира. Может, он и прав. На данный момент мы были самыми яркими личностями в универе. Как настоящих звезд, нас снимали на телефоны. Один храбрец даже осмелился попросить о селфи. Я собиралась послать недотёпу в известном направлении, но Костя ответил первым:

— Да без проблем, дружище! — и приобнял меня, позируя для фото.

— Я не хочу сниматься, — шикнула на музыканта, — тем более в таком виде.

— Забыла, что объявила утром на весь город? — сильней прижал к себе, и шептал у самого уха, — Дашь злопыхателям то, о чем они так мечтают? Хочешь трусливо улизнуть с опущенной головой или покажешь всем, что тебя не сломят их подлянки? Выбирай, — резким движением еще сильней прижал к себе, и улыбнулся в камеру.

Я наблюдала за «фотографом», что выбирал более удобный ракурс, крутясь возле нас, и думала, как буду выглядеть во всей этой краске, со слипшимися волосами, покрасневшими от слез глазами — жалкой и раздавленной.

— Готовы? — студенту не терпелось сделать снимок.

— Готовы! — бодро ответила и непринужденно посмотрела в камеру, расправив плечи.

В тот день мы сделали около сотни снимков с каждым желающим. Если сначала мне приходилось выдавливать из себя неловкую улыбку, то очень скоро я смеялась от всей души — Костя делал все возможное, чтобы я расслабилась, и выдумывал все новые забавные кадры для съемки, обыгрывая наше «красочное» положение. Потом, просматривая все эти фото в интернете, моментально распространившиеся по его просторам, отметила, что на каждой мы выглядели жизнерадостными и буквально светились от счастья — цветом желтой строительной краски.

13. Сенсации

Вот уже пять минут из соседней комнаты доносился отборный мат. За это время Костя успел прилично пополниться мой словарный запас нецензурной лексики. Не думала, что у него такие обширные познания в этой области, всегда считала его домашним мальчиком. С такой-то матерью.

После того, как мы с Костей вырвались из толпы его поклонников и других желающих получить «прикольное» фото, и уже дома не меньше часа оттирали с меня краску, я смогла, наконец, перевести дыхание и отдохнуть после того безумия, что сегодня творилось. К этому времени Костин позитив сошел на нет. Дома он молчал, вернее, злобно пыхтел. Безуспешно пытаясь привести меня в человеческий вид, он все больше злился. Наверное, все еще считал себя виноватым. Я не трогала его, понимая, что пока он на взводе, говорить с ним бесполезно. Поэтому, когда он предложил мне немного отдохнуть, оставив одну в спальне, я лишь согласно кивнула. Удобней кутаясь в банный халат, с ногами забралась на кровать и через несколько минут услышала, как Костя с кем-то ругался по телефону. Всю злость и агрессию он выплеснул на какого-то бедолагу.

— Мне пох*** как ты это сделаешь! Не хочу ничего слышать! Просто сделай, *** твою мать! Найди! Мне, что теперь ее одну на улицу не выпускать? Не позволю себя запугивать! Пох** на шумиху! Скандал? Пусть будет скандал, бл***! Никому не позволю так с ней обращаться! Найди су**, что это сделала!

Звонок домофона заставил Костю прервать свою гневную речь. То, что он ответил незваному посетителю, я уже не слышала — парень говорил привычным спокойным тоном, а спустя несколько минут по посторонним голосам и звонкому цоканью каблуков по паркету поняла, что у нас гости.

Раздался стук в дверь, а потом знакомый женский голос спросил разрешения войти.

— Конечно, Ольга Алексеевна! — отозвалась, спешно поправляя кровать и свой халат.

Костина мать как всегда выглядела элегантно: естественный легкий макияж и идеально уложенная прическа. Я же стянула с головы полотенце, свернутое по типу тюрбана, и пожалела, что не успела одеться. Мне даже стало неловко за свой вид.

Сейчас, глядя на безупречно белое пальто Ольги Алексеевны, представляла, в каком бы плачевном состоянии оно бы пребывало, будь сегодня одето на мне, вернее имей я такое же чувство стиля, как эта утонченная женщина. По ее виду я поняла, что ей обо всем известно.

— Справляешься? — без лишних церемоний спросила, а ее взгляд стал оценивающим.

Так вот зачем она приехала: узнать, не бегу ли с воплями и криками, прихватив все свои пожитки, подальше от Кости. Она приехала ради него, а не справится о моем душевном состоянии.

— Как видите, — улыбнулась. Не хотела выглядеть в ее глазах слабачкой и плаксой.

Почему эта женщина вызывает у меня желание любыми способами заслужить ее уважение? Она всегда была добра и приветлива со мной, но оставалось ощущение, что я не дотягиваю до ее уровня. В глубине души я боялась, что она считает меня неподходящей парой для Кости, и снисходительно принимает меня до тех пор, пока на горизонте не появится кто-то более достойный ее талантливого, во всех отношениях, сына. Но женщина утверждала, что все, чего она хочет — это счастье своим детям.

— Запасись терпением, — уже не в первый раз, думаю, и не в последний, посоветовала.

Да я, как белочка перед зимовкой, только и делаю, что запасаюсь этим чертовым терпением! Если это женская доля, то какая тогда мужская?

— И долго терпеть? — вслух спросила лишь об этом.

— До тех пор, пока любишь. — Не хотела представлять, что когда-нибудь наши с Костей сердца опустеют и любовь умрет. Что однажды мы проснемся и посмотрим друг на друга как незнакомцы. — Послушай, Рита, — она накрыла мою руку своей ладонью, приглашая присесть на край кровати. — Я, как никто, знаю своего сына, и была свидетельницей всех его романов, начиная с влюбленности в пятилетнем возрасте в девочку из соседнего двора, — этот пример заставил нас обеих улыбнуться, — и поверь мне, — ее голос снова стал серьезным, — он никогда и никого не любил так, как тебя. Однажды он думал, что нашел свою любовь, но ошибся. — Все мы знали эту историю с алчной моделью Екатериной Кориной. — С тобой все по-другому. Никогда не задумывалась, почему он так тщательно скрывает тебя от прессы? Раньше он никогда не таился и постоянно появлялся на публике с девушками, с легкостью открывая подробности своей личной жизни. — В голову приходили только обидные причины: я недостаточно хороша, чтобы представлять меня своему кругу или Костя боится, что опозорю полным невежеством в плане музыки и «светской» жизни. Но следующие слова Ольги Алексеевны меня успокоили: — Он оберегает тебя, дорожит вашими отношениями.

— И я дорожу, — и никто не сможет упрекнуть меня в обратном. Да если бы я относилась легкомысленно к Косте, стала бы смиренно сносить всю эту адскую пытку его популярностью? Как бы я хотела свободно, как все нормальные люди, гулять вместе по улице или, банально, сходить в кино. Но интимность — роскошь, которую мы могли позволить себе только за закрытыми дверьми нашей квартиры.

— Вот и правильно, — с добродушной улыбкой похвалила. — Главное, справляйтесь со всеми трудностями вместе. Не надо строить из себя Атланта и взваливать на свои плечи всю тяжесть небосвода, когда рядом есть человек, который всегда придет на помощь. Это еще больше сблизит вас с Костей и сделает отношения крепче.