Мой вечный раб (СИ) - Дорофеева Наталья - Страница 17

— Вы мне нравитесь, Элизабет. Сожалею, что мы не познакомились раньше.

— И я. У меня нет подруг, буду рада, если это изменится.

Девушки искренне улыбнулись друг другу.

— В пятницу у меня званый ужин, приходите и вы, там будут только дамы, никаких мужчин. Посплетничаем, выпьем чаю.

— Я с большим удовольствием!

— Вот и прекрасно. Я пришлю карету за вами к шести часам. До встречи!

— До встречи!

Элизабет в хорошем настроении направилась к месту встречи с Грегори. В ее небольшой корзинке было пусто, зато внутри ее переполняли эмоции от увлекательной прогулки. Дорога домой была скучной и без лишних разговоров. Грегори не любил сближаться с людьми и чувствовал вину за болтовню со своей хозяйкой. Он ее работник и должен следить за языком. По прибытие Элизабет отправилась в спальню, чтобы переодеться, а конюх заметил возвращение двух братьев. Они кричали на весь двор и спорили:

— Даже не думай об этом! Только попробуй прикоснуться к ней!

— Поверь я могу сделать это и без прикосновений.

— Прекрати!

— Да ладно тебе, и так ясно, что у вас брак ненастоящий. Вы спите в разных спальнях.

— Это не твое дело.

— О, нет, мое. Ты украл мою невесту. Око за око.

— Ты не сделаешь этого! Только попробуй, и я тут же убью тебя!

— Что ты так переживаешь насчет Элизабет? Или ты все-таки влюблен в нее? Да, кстати она девственница? Я был не прочь переспать с чистенькой.

Ричард со всей силы ударил Патрика кулаком по лицу. Патрик упал на землю и выплюнул кровь.

Грегори подошел разнять братьев, но этого не потребовалось.

— Только подойди к ней! Чтобы завтра тебя здесь не было.

Ричард ушел и оставил Патрика откашливаться на земле. Эли уже успела переодеться, как в ее комнату ворвался нервный муж с кровью на руке.

— Надо поговорить.

Элизабет увидела кровь и взволнованно посмотрела на Ричарда.

— Что случилось?

— Не важно — Ричард подошел к жене и взял ее за подбородок, посмотрел ей в глаза и продолжил:

— Я не позволю тебе влюбиться в него. Слышишь? Не позволю.

Элизабет растерянная от происходящего стояла, как прибитая к полу:

— Что ты несешь? В кого я должна влюбиться?

— В Патрика.

— Ты спятил? Я бы никогда не полюбила его.

— Это ты сейчас так говоришь. У него есть подход к женщинам. Никто не может устоять от его ухаживаний.

— Но, ведь, его невеста устояла. И я не понимаю, почему он должен ухаживать за мной? А даже, если и так, то я думала тебе нет до меня никакого дела. Что происходит с тобой? Я тебя не понимаю. Мы даже не говорили о твоей попытке самоубийства, а сейчас ты требуешь от меня не влюбляться в твоего родного брата, который даже и близко не стоит рядом с тобой. Слушай, какими бы не были наши отношения, я бы никогда не обратила внимание на другого мужчину, будучи за тебя за мужем. И я хочу, чтобы ты это запомнил.

— Он хочет отомстить мне, я не прощу себе, если он втянет тебя в это. Ты не должна быть участницей нашей ссоры. Я сказал ему убираться из нашего дома завтра утром, но вечером он все еще будет здесь и все еще будет действовать мне на нервы — Ричард не переставал смотреть Эли в глаза. Он успокоился после драки, но мысль о том, что он не просто злиться на Патрика, а по-настоящему боится навредить Элизабет, делала его уязвимым.

— Допустим, я поверила в твою искренность и поняла причину твоих переживаний. Однако, я хочу кое-что прояснить. Ты избегаешь меня, потому что влюбился? А месть твоего брата — это лишь выдумка, чтобы скрыть свою ревность? Ты боишься признаться в своих чувствах ко мне?

— Элизабет, не хочу тебя обидеть, но Патрик кричал на весь двор, что хочет соблазнить тебя. Спроси прислугу, они подтвердят. И я не избегаю тебя. Я был рядом, пока был нужен тебе, теперь все, как прежде и только. А насчет чувств, мне не в чем признаваться, единственное чувство, что я испытываю к тебе — это жалость. Прости — Ричард развернулся и ушел, оставив Эли наедине с услышанным.

«Зачем, я вообще спросила его о чувствах? Я же сама ничего не испытываю к нему. Теперь он будет думать, что я люблю его. Идиотка!» Элизабет переодевалась к ужину, прокручивая их разговор снова и снова, ругая себя за беспочвенные вопросы. Как бы она не отрицала своей привязанности к Ричарду, где-то глубоко внутри она знала, почему спросила его о чувствах. Желание быть кому-то нужной и любимой — это естественный инстинкт каждой женщины, которая верит в подлинное счастье.

Ричард вошел в конюшню и застал Грегори, гладящего любимого жеребца хозяина.

— Грегори, что делала сегодня Элизабет?

— Разве, она вам не сказала?

— Не успела.

— Мы ездили на торговую площадь. Правда, она так ничего не купила, но была в хорошем настроении, думаю, ей там понравилось. Она впервые выехала из дома.

Ричард нахмурился.

— Кажется, ей все-таки не повезло с мужем. Уверен, я испортил ей настроение разговором о моем брате.

— Не беспокойтесь насчет Патрика. Ваша жена сильнее и умнее, чем вы думаете.

— Я знаю, Грег — Ричард опустошенно пересек конюшню и сел на деревянный приступок.

— Что вас беспокоит? Только не говорите, что Патрик, я в это не поверю. Вы скорее убьете его, чем позволите навредить ей.

— Я боюсь, что Элизабет влюбилась в меня. Я не заслуживаю ее любви. Я совершил ужасный поступок, и не могу допустить этого.

— Зачем бояться домыслов? Просто спросите ее об этом и все.

— А, что если ответ положительный?

— Тогда спросите себя, любите ли вы ее? Не торопитесь отвечать сразу, любовь не такое простое чувство, как всем кажется. Если ваши чувства будут взаимны, то любой ваш поступок будет прощен, а если нет, то вам жить в муках совести каждую минуту своей жизни. В противном случае, не узнав истины, ваше существование будет бессмысленной тратой времени. Решите для себя, чего вы хотите больше.

Ричард понимающе смотрел на своего подчиненного и признал, что он единственный его друг, который всегда находил напутственные слова.

— Спасибо! Грег, ты мой лучший друг! Извини, что не говорил тебе этого раньше.

— В этом мы с вами похожи.

Грегори улыбнулся уходящему Ричарду, которому предстояло пережить вечер в кругу своего брата и жены, неизвестно что чувствовавшей к нему.

XIII

Напряженная тишина зависла в воздухе. Все участники ужина были заняты своей порцией запеченной утки с яблоками и хорошим вином «Рислингом», подчеркивающим ее вкус. Ричард смотрел на прямо стоящий перед ним пустой стакан для воды и думал, как лучше после ужина спросить Элизабет о чувствах. Патрик со всем своим высокомерием стучал вилкой по стеклянному бокалу, доставая слуг своим алкоголизмом. «Почему я должна терпеть это мерзкое поведение своего мужа и его лицемерного братца? Надоело, раз уж кроме жалости Ричард ничего не чувствует ко мне, то ему пойдет на пользу немного наглости с моей стороны. Господа, я бросаю вам вызов!» — подумала Эли и начала представление:

— Патрик, вы все молчите и молчите! Я уже заждалась. Когда вы начнете меня соблазнять? Не стоит ждать десерта, можете уже начинать, а то я скоро умру со скуки — Элизабет говорила спокойно и отчетливо с ноткой стервозности. Ее выражение лица было скучающим и неестественным.

Ричард сверлил свою жену упрекающим взглядом. «Зачем она это делает? Она сошла с ума?» Патрик подавился вином после неожиданного вопроса Эли. Он испытал неловкость, подумав с пол минуты, ответил:

— Элизабет, если бы я хотел вас соблазнить, то непременно начал бы с вашей спальни.

— А вы самонадеянный. Не уверена, что вы сможете удивить меня.

— Прошу прощения, отчего же? Неужели мой брат настолько хорош в постели?

Ричард переводил взгляд со своей жены на Патрика и обратно. На его лице зависла ухмылка, но в душе он сгорал от злости. «Что за игру она затеяла? Этот ублюдок еще и подыгрывает ей!»

Элизабет выпила до дна четвертый бокал алкогольного напитка и почувствовала, как терпкая жидкость согревает ее слегка охмелевшее тело.