Во власти монстра (СИ) - Сербинова Марина - Страница 31

Время новых надежд и пожеланий. Рождество! Время, когда забываются былые потери и неудачи. Время хорошего настроения, веселья и счастья. Время близких, родных, друзей, любимых…

Кэрол именно таким представляла себе Рождество. И в этом году оно для нее таким и было. Никогда в жизни она не получала такого удовольствия, как сегодня, наряжая пышную высокую Рождественскую елку вместе с Эми и Даяной. Джоун, которая была постарше, помогала миссис Берджес на кухне.

Когда пришли гости, елка уже сияла своим великолепием, стол был накрыт, подарки лежали под зелеными пышными ветками елки, а девочки, причесанные и наряженные, встречали гостей.

Эмми была в красивых новых черных брюках, на этот раз чисто женских, и темно-красной водолазке. Даяна была в платье, которое Эмми подарила Кэрол. Кэрол знала, что у сиротки нет ничего из одежды, более или менее подходящей случаю, и без колебаний отдала ей свое платье. Она не считала себя счастливой, но Даяне от жизни досталось гораздо сильнее, и Кэрол жалела ее. И не только Кэрол. Не возможно было остаться равнодушным к этому ангелоподобному ребенку с огромными грустными глазами. Кэрол всегда поражали ее глаза, такие синие и ясные, как само небо, они отражали невинность и бескорыстие, но в них не было больше былого блеска, глубокая безмолвная печаль застыла в невеселом взгляде. У Тимми были точно такие же глаза, даже взгляд тот же, только в них мерцал озорной огонек, которого никогда нельзя было увидеть в глазах его сестры. Порой жестом, взглядом, улыбкой она напоминала Кэрол Тимми, и сердце ее больно сжималось. Замечала ли эти жесты и взгляды Эмми, Кэрол не знала, если и замечала, то прекрасно скрывала свои чувства.

Нарядившись в новое платье, Даяна впервые за все то время показалась счастливой. Это заметили все, и улыбка на нежном красивом личике девочки растопила чуткие сердца. А Кэрол гордилась своим поступком и была искренне рада, любуясь на красавицу-подружку, кокетничавшую перед зеркалом. Этот вечер должен быть счастливым для всех. Для всех, кроме Тимми. Кэрол представила, как бы радовался он этим вечером, и к горлу подступил ком. Она незаметно положила подарок, который приготовила ему, к остальным подаркам.

Там, на небе, он должен знать, что о нем помнят, что его любят.

Но грустные мысли о погибшем друге мгновенно вылетели из ее головы, стоило ей увидеть Тома Фокстера. Он вошел в комнату, красивый, веселый, улыбающийся. Кэрол почувствовала, как намокли ладони, как бешено заколотилось сердце.

Эмми схватила его за руку и подвела к ней.

Кэрол растерянным испуганным взглядом уставилась на него, язык прилип к небу, руки и ноги стали как деревянные. Эмми подмигнула ей и смылась. Кэрол захотелось остановить ее, крикнув: «Не бросай меня с ним наедине!».

Нервно сцепив руки, она медленно подняла на него взгляд.

Эмми захихикала в сторонке и шепнула Джоун:

— У нее такой вид, будто я бросила ее на съедение тигру!

Том улыбнулся и протянул Кэрол руку.

— Привет, Кэрол!

— Привет, — тихо ответила она и коснулась влажной ладонью его руки.

Он перестал улыбаться, отняв у нее свою руку. Губы его брезгливо скривились, и он отошел в сторону, вытирая ладонь о брюки.

Кэрол проводила его взглядом, чувствуя, как пылает от обиды лицо. Том подошел к Эмми и остальным ребятам и, сказав что-то, засмеялся. Кэрол показалось, что он смеется над ней, и ей захотелось расплакаться и убежать. Эмми поманила ее пальцем, но она отрицательно качнула головой и присоединилась к Даяне, которая сидела в одиночестве, растерявшись от непривычного количества людей.

— Это не справедливо, — тихо прошептала она.

— Что? — не поняла Кэрол.

— То, что он умер, — она тихо вздохнула. — Мне так его не хватает.

— Мне тоже. Помнишь, он все мечтал на мне жениться? — Кэрол грустно улыбнулась. — Интересно, что во мне ему так приглянулось?

— Он очень любил тебя, — с теплотой в голосе проговорила Даяна. — Иногда я даже ревновала.

— Правда? — Кэрол засмеялась.

Даяна кивнула и тоже рассмеялась.

— Веселитесь, девочки?

Кэрол вздрогнула и посмотрела на Тома Фокстера, каким-то образом оказавшегося у нее за спиной.

— А почему бы и нет? Ведь праздник, — собравшись с духом, как можно веселее ответила Кэрол.

— Я веселюсь не только по праздникам, — его взгляд остановился на Даяне.

Кэрол представила их друг другу, так как они были незнакомы. Том улыбнулся Даяне, та ответила ему робкой улыбкой. Весь оставшийся вечер он ни на шаг не отходил от нее, даря ей все свое внимание. Кэрол украдкой наблюдала за ними с ноющим в груди сердцем. Даяна улыбалась, смеялась, ее красивые глаза вновь обрели живой блеск. Он явно понравился ей. А она ему. Ну почему так случается в этом мире?

Отвернувшись, чтобы не видеть их довольных физиономий, Кэрол присела у елки.

Взяв из груды подарков маленькую, упакованную в яркую оберточную бумагу коробочку, она открыла ее. На голубом фоне бархата сверкнул металлическим блеском небольшой нож, лезвие которого было спрятано в рукоятке. Глаза Кэрол наполнились слезами.

Она так ждала этого вечера, так почему же теперь так грустно? Из-за Тома Фокстера или вообще от обиды на жизнь? Она не заметила, как к ней тихо подсела Эмми. Хорошенькое личико ее выражало огорчение и сопереживание. Тяжело вздохнув, она взяла Кэрол за руку.

— Не расстраивайся, сестренка. Зачем он тебе нужен, этот расфуфыренный попугай, ты найдешь себе мальчика получше, — утешила она.

Кэрол кивнула, но глаза не подняла.

— Ох, уж эти мужчины! — Эмми со злостью сжала кулак. — Так бы и врезала ему по противной физиономии! Хочешь, так и сделаю?

— Не надо, — шепнула Кэрол безжизненным голосом.

Минуту Эмми молчала.

— Это я виновата. Не нужно было приглашать его и знакомить с Даяной. Прости меня.

— Ты не виновата, ты хотела, как лучше.

— А вышло как хуже.

— Почему это? Нет. Смотри, Даяна, наконец-то ожила, — Кэрол улыбнулась, с любовью взглянув на подружку. — Том понравился ей. Никто не мог ее расшевелить, даже мы, а он смог. Разве это плохо? Я рада за нее. И ни чуть не жалею, что она с ним познакомилась и… подружилась.

Эмми пристально посмотрела на нее.

— Да, с одной стороны это хорошо. Но ты…

— А что я? Со мной все в порядке, — глаза ее заискрились нежностью. — Пока ты со мной, мне море по колено.

Эмми засмеялась и сгребла ее в охапку.

— Так будет всегда, крошка, — заверила она, и вдруг о чем-то задумалась. — А знаешь, мальчишки мне не нравятся. Единственный, кого я любила, был Тимми. Потому что он был особенный. А все остальные такие одинаковые, неинтересные. И что вы в них находите? Том, например. И чем это он вам понравился?

Кэрол пожала плечами.

— Ну… он симпатичный, веселый. Не похож на других.

— Правда? — Эми с повышенным вниманием обсмотрела Тома Фокстера. — А по-моему, он такой же, как и остальные. Наверное, я никогда не смогу влюбиться в одного из них.

— Сможешь, — улыбнулась Кэрол.

— Я чувствую себя мальчишкой, как я могу влюбиться в себе подобного? Будем друг другу морды квасить и все. Девочки мне нравятся гораздо больше.

Кэрол не обратила сейчас никакого внимания на эти слова, потом, со временем, она поймет, что они в себе зарождают.

— Так, подружка, выше нос и пошли веселиться. Мы ведь так ждали этого праздника, — Эмми схватила ее за руку и потащила к гостям.

Кэрол заставила себя больше не думать о Томе Фокстере и развлекалась, как могла.

Уж Эмми постаралась, чтобы она не скучала. Ни она, ни кто-либо другой.

Праздник удался на славу. Все были в восторге. Джоун, Даяна и Кэрол остались ночевать у Эмми, остальные постепенно разошлись по домам. Наведя порядок после праздника, девочки, усталые и счастливые, расположились в комнате Эмми, обсуждая вечер.

Даяна, вопреки своей молчаливости, говорила больше всех. И только о Томе Фокстере.

— Он обещал прийти ко мне в приют, — шептала она с трепетом в голосе. — Ой, девочки, он так мне понравился! Он такой славный, правда?