Из любви к искусству (СИ) - Пьянкова Карина Сергеевна - Страница 75

Конечно, просветление у убийцы могло быть только временным, сумасшедшие быстро находят оправдания своим действиям, все книги по психиатрии здесь солидарны. Но очень трудно отрицать свою половую принадлежность, когда тебя за нее очень крепко держат и даже дергают. Когда телу больно, оно доходчиво объясняет сознанию неправильность его позиции.

– Все еще не веришь, что не женщина? Мне сжать посильней, чтобы доходило получше?

Боги всемилостивые, спасите и сохраните! Пусть Милад придет в себя! Пусть ларо Анейрин появится!

Да спасите же меня хоть кто-нибудь! Я не могу бесконечно тянуть время!

Разумеется, помощь пришла. Уж кое-кто всегда откликнется на мои мольбы.

Тело начало подчиняться той, другой, которая была сильней и решительней.

Другая я выхватила из руки Соловья кинжал и многозначительно ухмыльнулась.

– Милый, ты ведь понимаешь, что для использования такой игрушки, нужно быть кахэ. Но ты не кахэ. И даже не Риннэлис Тьен. Ножик мы отдадим ларо Миладу, ему нужней.

Другая я резким движением руки швырнула отобранный клинок за спину. Там дым и разруха, даже собственные руки не найдешь, не то что не самый большой ритуальный кинжал.

– Ты просто фальшивка! – всхлипнул Соловей и попытался разжать пальцы, удерживающие часть его тела. В итоге, конечно, неприятные ощущения удвоились, а то и утроились.

– Разумеется, я фальшивка, – согласилась с удивительной легкостью моя субличность. – Вот только я в любом случае куда более достоверная фальшивка. Или думаешь, что, сделав себе девичье личико, вдруг стал настоящей женщиной?

Эльф нашел другой выход из сложившейся ситуации: он схватил меня в ответ, вот только за горло. Может, не так шокирующе, зато перекрытый кислород – куда солидней. Перед глазами начало темнеть достаточно быстро, а после свет и вовсе померк.

ГЛАВА 22

– Она держится, – хрипло прошептал появившемуся Анейрину э Аранроду кахэ, который с четверть часа заставлял Лэйси Уиллер выполнять одну предельно простую задачу – дышать. Девушка упорно сопротивлялась и стремилась к смерти, однако Динес оказался куда упорней.

В итоге тело Лэйси смирилось с неизбежным, и теперь грудная клетка размеренно поднималась и опускалась уже сама.

Лэйси Уиллер не умерла.

– Держится. Но вот которая из них двоих? Настоящая или фальшивая? – произнес как будто потерянно Анейрин э Аранрод.

Беда, случившаяся с внучкой, ударила по нему куда сильней, чем сам эльф рассчитывал и чем кто-либо ожидал.

Милад ссутулился, виня исключительно себя во всем. Не стал ставить даже элементарную сигнализацию на квартиру, которую снимал. Ну, он же Рука Смерти, он так силен… Расслабился, позволил себя застать врасплох под прикрытием дыма. Это он-то! Правильно посмеивался над ним дийэ Риэнхарн – подрастерял по дороге всю свою грозность. Остался разве что хороший актер. И этот хороший актер едва не погубил женщину, которой сделал предложение!

Проклятый Соловей почти задушил Лэйси Уиллер. И ведь ей удалось сделать на самом деле куда больше, чем самому Миладу: она то ли чудом, то ли хитростью лишила убийцу оружия.

– Я заберу ее. Любую, – тихо сообщил эльфу Динес, склонившись над девушкой и поднимая ее на руки. Скорая помощь не спешила, значит, нужно самому отвезти Лэйси в больницу.

Эльф последовал за своей внучкой.

– Я, конечно, могу дать свое согласие… Но на что оно вам, ларо Милад? Лэйси не признала меня, что объяснимо, значит, не признала и мою власть над ней.

Разговор прервался сам собой, когда кахэ сгрузил свою ношу на заднее сидение автомобиля и сам занял водительское место.

– Что с нашим буйнопомешанным? – спросил Анейрин э Аранрод, которого до последнего момента не интересовало ничего, кроме благополучия внучки.

– Я его в окно выкинул, – ответил Милад, трогаясь с места. – Не до него было, Лэйси вся посинела уже, ее жизнь мне показалась важней.

Анейрин поймал глаза Руки Смерти в зеркале заднего вида.

– Жизнь всегда важней смерти, – произнес он отрешенно, – а спасение важней возмездия.

Динес про себя хмыкнул и подумал, что мог бы услышать от главы Соловьев совершенно иные слова, если бы речь шла не о родной внучке Анейрина э Аранрода.

– Пока я делал Лэйси искусственное дыхание, пока вызывал скорую, этот ваш ненормальный куда-то уполз. А ведь он наверняка должен был переломать половину костей… – продолжал рассказ Милад, не отрывая глаз от дороги. – У вас все такие живучие?

Анейрин э Аранрод кивнул.

– Затем и понадобились мне вы, ларо Милад. Однако, как погляжу, хватка у вас уже не та. Заактерствовались изрядно.

Динес не считал, что ошибся, отказавшись от прежней карьеры и жизни в целом ради театральных подмостков и съемках в фильмах. То, что со смехом дийэ Риэнхарн Аэн называл не иначе как «кризис среднего возраста», казалось Динесу Миладу не просто верным выбором – единственно верным.

– Так я актер, а прежние заслуги – дело прошлое. К сожалению, и правда не та хватка.

Была бы та – Лэйси Уиллер не пострадала бы. С другой стороны, останься он только верным эмиссаром Риэхарна Аэна, ему бы и в голову не пришло волноваться за вздорную старлетку с хорошенькой мордашкой и отвратительным характером.

– Ладно, по его следу уже идут, а с переломанными ногами далеко не убежишь, – махнул рукой со вздохом эльф. – Сейчас куда важней Лэйси.

Совсем уж не беспокоиться по поводу все-таки унесшего ноги сумасшедшего Соловья Милад не мог, слишком уж хорошо впечатались в память смертоносно четкие движения перворожденного, а заодно и то, что тому удалось вырубить его, Динеса Милада, пусть и с великим трудом.

– Он сменит облик – и мы потеряем его, – напомнил об очевидной проблеме кахэ. Сложно вычислить того, кто не имеет примет, поскольку и внешности не имеет.

Анейрин э Аранрод довольно ухмыльнулся.

– Такой-то поломанный – и облик сменит? Нет, ларо Милад, пока кости не срастутся, ему придется ходить с хорошеньким личиком моей внучки, – наконец-то сообщил хотя бы одну хорошую новость за все это время глава Соловьев. – Жаль, конечно, мальчика…

Динесу «мальчика» было ни капли не жаль, он бы его собственными руками живого на части разодрал, была б только такая возможность.

– Талантливый он был, увлеченный, – продолжал сетовать над горькой судьбой сошедшего с ума эльфа Анейрин. – Редко встретишь кого-то одновременно и с даром, и с талантом к актерской игре. Даже среди Соловьев считался гением… Вот только с самого детства чересчур сильно увлекался.

Каждое слово эльфа было пропитано горечью, сожалением… Почти отчаянием.

– Вы были с ним близки? – проявил такт Милад. Да и просто любопытство заставило спросить.

На совершенном лике эльфа обозначилась печаль.

– Внук. Еще один. Кажется, у всех моих внуков судьба нелегкая, вам так не кажется?

Если бы нервы Динеса были не закалены военными операциями и неадекватными поклонницами, он непременно врезался бы в ближайший столб. Внук, талантливый и одаренный внук, сошел с ума и начал убивать направо и налево из-за какой-то навязчивой идеи, внучка едва дышит, к тому же и ее здравомыслие под большим вопросом.

– Говорят, когда боги хотят покарать грешника, наказывают его потомков. Видимо, моим грехам нет числа, – подвел неутешительный итог всей чудовищной истории Анейрин э Аранрод.

Лэйси простонала тихо, надрывно, но в себя так и не пришла. Миладу сразу стало не до разговоров – только бы добраться поскорей до госпиталя и убедиться, что жизни девушки больше ничего не угрожает. Пусть тело выживет, а там уже разберутся, кто именно остался в нем.

«Хорошо бы настоящая», – вздохнул про себя Динес Милад.

Вульгарная вспыльчивая Лэйси Уиллер злил порой до зубовного скрежета, однако никто не мог отказать ей в естественности, искренности и жизни, которая била через край и окружала золотоволосую красавицу сияющим ореолом.

Милад не любил свою уже теперь наверняка бывшую партнершу по съемкам, но ей удалось зачаровать его настолько, что кахэ пожелал владеть ей полностью, окончательно и бесповоротно. Она должна стать его женой, а через какое-то время удастся сделать из нее жену достойную, подходящую для мужчины его положения.