Девушка: В одиночку - Пирс Блейк - Страница 2

Едва переводя дух, Кристин наконец открыла глаза и поняла, что упала на прилавок.

Она сползла на пол и поползла. Каждое движение доставляло невыносимую боль, руки скользили от крови.

Он наступил на ее ладонь, едва не раздробив ее.

Кристин подняла голову и наконец посмотрела в глаза незнакомцу, которого впервые увидела всего пять минут назад. Ее внимание привлекло оружие, которое он сжимал в руках. Теперь это была не винтовка. Высоко над головой мужчины сверкнуло серебристое лезвие лесорубного топора.

Кристин подняла голову и закричала, и ее крик рикошетом отразился от металлических инструментов на полке позади них. Слезы ручьем катились по ее лицу. Топор опустился.

И мир вокруг померк.

ГЛАВА 1

Элла Дарк подняла свой пистолет – Глок пятого поколения, сжала его в руке до боли в пальцах и прицелилась. Ее рука дрогнула от отдачи, а затем она отстреляла всю обойму менее чем за две секунды, практически разорвав шею манекена.

В офисе ФБР в Вашингтоне, округ Колумбия, было нескучно в любое время дня, но то, что происходило там с приходом ночи, было похоже на сплошной сюрреализм. Даже учебный тир, доступ к которому был одним из главных преимуществ ее работы, был необычайно пуст в этот пятничный вечер. Она сняла защитные очки и осмотрела остальные альковы, заметив лишь одного одинокого стрелка на другом конце тира.

Была середина ноября. На часах было семь вечера, это означало, что Элла работала уже четырнадцать часов без перерыва. В течение двух недель она занималась сбором данных о пропавших людях в трех штатах вблизи Чикаго. Иногда ей удавалось обнаружить связь, закономерность, что-то общее между пропажей ребенка в Висконсине и нераскрытым убийством в Мичигане. Однако ее работа заключалась только в том, чтобы сообщать факты, а не копаться в мелких подробностях.

Элла считала это самой удручающей трагедией.

Ее работа была статистической, аналитической, но содержание накладывало свой отпечаток. Каждый новый день приносил новые трагедии и ужасы, подробности которых Элла обязана была изучить от начала и до конца. Ночные сеансы в тире были отличным способом снять напряжение.

Элла вернула пистолет и защитную экипировку старику за столом и кивнула ему на прощание, прежде чем покинуть тир. Она снова надела свои очки в толстой оправе и распустила хвост, позволив своим иссиня-черным волосам упасть на плечи. Запах пороха впитался в кончики.

Элла прошла через учебное поле ФБР под мрачным небом, которое грозилось вот-вот пролиться ливнем. Мимо нее строем пробежала группа молодых агентов, и некоторые из них пытались поймать ее взгляд, но девушка не подняла глаз и продолжала свой путь.

Подходя к входу в главное здание ФБР, она почувствовала жужжание в кармане куртки. Элла достала свой потрепанный «Самсунг» четырехлетней давности – динозавр по нынешним меркам. Одно новое сообщение.

Дженна: Вечером у нас тусовка. Не опаздывать.

Элла тяжело вздохнула, утомленная от одной лишь мысли о подобного рода мероприятиях. Она стала судорожно соображать, пытаясь выдумать отговорку, чтобы прийти домой попозже, но прежде чем она успела ответить, сзади послышался голос.

– Простите, Элла? – спросил он. – Вы Элла, верно?

Голос звучал вежливо, но с отчетливой ноткой авторитетности.

Обернувшись, Элла увидела перед собой мужчину средних лет, который спешил к ней. Кажется, она где-то его видела. Не лично, но, возможно, в электронной почте? Или на одном из бюллетеней, развешанных по штаб-квартире?

– Да, верно, – сказала она, все еще не отпуская серебряную дверную ручку, открывающую дверь в фойе.

– Надеюсь, я вас не напугал, – сказал он. – Вы хорошо стреляете, кстати. Я наблюдал за вами.

«Только не еще один парень с советами касательно стрельбы», – подумала она.

– Спасибо.

– Извините, мне следовало представиться. Меня зовут Уильям. Я работаю в отделе поведенческого анализа.

– О, – сказала Элла, – приятно познакомиться. Я из разведывательного.

Элла была немного озадачена. Отдел поведенческого анализа и обучения был почти мифическим подразделением ФБР, которое занималось всеми видами чрезвычайно жестоких преступлений: серийные убийцы, виновники массовых убийств, главари сект, виновники стрельбы в школах, преступники, занимающиеся внутренним терроризмом. Там работали профайлеры и специальные агенты, которых обычно показывают в криминальных драмах. За годы своей работы ей периодически доводилось работать с несколькими агентами из этого отдела и общаться с некоторыми из них удаленно, но их двери всегда были закрыты для всех за пределами их узкого круга.

– Я знаю, – сказал Уильям. – Ваш отдел много для нас сделал за последние несколько месяцев. Без вашей помощи в деле о пропавших людях в трех штатах мы не смогли бы сделать и половины того, что сделали. Я хотел поблагодарить людей, работающих на подхвате, особенно таких старательных. Мне нечасто удается сделать это лично.

Эллу переполнило чувство благодарности. Она чувствовала, что должна сделать ответный жест, но не могла придумать, что сказать.

– Спасибо, сэр. Мне очень приятно.

– Ваша работа над делом Гринвилльского душителя также впечатляет, – продолжил Уильям. – Я знаю, что Университет содружества Вирджинии присвоил себе все лавры, но не думайте, что мы не знаем о вашем вкладе.

Элла была не из тех, кто любит играть на публику, но ей было приятно признание.

– Я просто делаю, что должна, сэр. Если я могу помочь, то сделаю все, что от меня требуется.

– Отлично, – сказал Уильям. – Что ж, отпущу вас. Уверен, дома вас ждет муж.

Элла покачала головой.

– Нет, сэр, я не замужем. Это не по моей части.

Приглушенный звонок прервал их разговор. Уильям достал из кармана телефон. Он ответил, извинился и отошел, а затем снова повернулся к Элле. Она не могла разобрать его слов, но заметила, что его поведение резко переменилось. Он напряг плечи и принялся стучать пяткой о гранитные ступени. Через десять секунд Уильям окончил разговор.

– Прошу прощения. Кое-что произошло, – сказал он. – Послушайте, я бы хотел поговорить с вами еще, когда у вас будет время. Может быть, в понедельник? Человек с вашим рвением может быть очень полезен для нас.

Между ними ворвался сильный ветер, принесший с собой небольшой дождь.

– Конечно, сэр, – сказала Элла, не желая задавать ему больше вопросов. – Можете отправить мне имейл или звоните мне на рабочий.

– Договорились. Простите, что задержал вас, – сказал Уильям. – Хорошего вечера.

Он снова достал телефон и прислонил его к уху. Мужчина зашел в здание и направился по мраморной лестнице на второй этаж штаб-квартиры ФБР.

Элла поправила лямки своего рюкзака и пошла через фойе, уловив боковым зрением фотографию мужчины, с которым только что разговаривала. На доске с именами всех высокопоставленных директоров ФБР ее взгляд привлекла табличка с именем Уильяма Эдиса, под которой красовалась надпись «Директор отдела поведенческого анализа и обучения».

За пределами отдела, в котором она работала, Элле не доводилось лично общаться с директором, по крайней мере, с тем, который знал ее имя. Штат ФБР насчитывал более 35 тысяч сотрудников по всем Соединенным Штатам, большая часть которых находилась за пределами округа Колумбия. В ее отделе трудилось около двух сотен человек, и, за исключением особых поводов, ей редко представлялась возможность пообщаться с людьми не из ее отдела.

На улице стояла кромешная тьма; вечер подходил к концу. Элла направилась к своему «Форду Фокус», который дожидался девушку на многоуровневой парковке. По пути она обдумывала, что приготовил ей остаток вечера. Бросив рюкзак на заднее сидение, Элла посмотрела на стопку зачитанных до дыр книг на пассажирском сидении. «Уголовно-следственный анализ». «Искусство профилирования». «Серийные убийцы современности и их мотивы».

Дарк завела машину и отправилась домой, вспомнив, что ей придется собрать всю волю в кулак и провести часть вечера в логове зверя. Так случалось каждую неделю: ее гиперактивная соседка вынуждала ее делать то, чего ей совсем не хотелось, но сегодня ее это практически не беспокоило, поскольку на горизонте засияли новые возможности.