Посторонние (СИ) - Карпенко Вероника - Страница 28

— Точно! Крутой фильм!

— Правда? А ты бы жил с роботом? — спросила Нинка.

— Ну, — я задумался, — у такого варианта есть множество плюсов.

Мы проболтали всю дорогу. Пару раз «снаружи» пытался вклиниться «третий лишний». Но мне так не хотелось прерывать разговор! Было приятно болтать о пустяках, как в детстве, высмеивать родителей, вспоминать общих знакомых.

— Звони почаще, — попросила напоследок Нина, — по телефону ты не такой противный.

— Вот спасибо! — притворно обрадовался я и нехотя нажал «отбой». На экране высветилось два пропущенных звонка от Аньки.

Глава 27. Нина

Время мчалось со скоростью кометы. Проносились, сменяя друг друга сезоны, месяцы и дни. Только что я закончила ВУЗ, и вот три года стажа позади! Только что грела косточки на пляже, и вот, за компанию с Машкой, наряжаю новогоднюю ель. В конце года принято подводить итоги, загадывать желание…

Моё желание было неизменным, от праздника к празднику! Я хотела, чтобы Артём меня полюбил. Не как брат любит сестру, а как мужчина любит женщину! Со всеми вытекающими последствиями... Вот такой эгоистичный посыл я ежегодно направляла в адрес Вселенной. Совсем не надеясь получить одобрение. А просто так… Вдруг сработает?

— Давай вон того петуха! — попросила Машка.

На её пальце уже второй год красовалось венчальное кольцо с крохотным бриллиантом. Нет, знойный Рустам остался в прошлом! А новым избранником Маши стал стабильный, но жутко скучный ресторатор Аркадий. Пузатый дяденька с «прицепом», однако, до одури влюбленный в сестру.

— Сама ты петух! — я покрутила в руках стеклянную фигурку, — Это ж дед Мороз!

Анька хихикнула. Она прижилась в нашей семье! Как спонтанная покупка вдруг обретает свое место в гардеробе. Дениска рос, становясь похожим то на отца, то на мать, а то и вовсе демонстрируя схожесть с дальними предками. Моё имя он научился выговаривать раньше других! И чётко, без запинки, произносил «Нина». Остальным доставались огрызки и междометия: «Маса» вместо «Маша», ма, ба, па и прочее.

Мать с отчимом по-прежнему жили душа в душу. Похоже, они всерьёз решили состариться вместе! Мама грезила внуками.

— Только на Артёма вся надежда, — сетовала она, обеспокоенная нашим с Машкой бездетным существованием.

— Трудись, Тёма! — парировала я, искоса поглядывая на брата.

Артём с каждым годом все больше походил на того, молодого дядь Вадика, который много лет назад вскружил голову нашей маме. Широкие рельефные плечи, сильная шея, густые темные волосы и пронзительный взгляд из-под смоляных бровей.

Я любовалась им! Тем, как он убирал со лба челку, как вытирал посуду, крепко сжимая в руках полотенце. Глядя, как он смахивает крошки со стола, я представляла себе, как он вслед за этим приподнимает и кладет на стол моё тело... Боже! Я буквально чувствовала на бедрах тяжесть его рук, чуть грубую и в то же время нежную мужскую силу…

За последние годы внутри меня побывало с десяток мужчин. Но, ни один из них не задержался дольше пары месяцев! После Сашки была череда романов-однодневок. Это когда одного свидания достаточно, чтобы понять – продолжения не будет!

Затем, временно отчаявшись найти подходящего среди мужчин, я переметнулась на женскую сторону. Мне хватило месяца, чтобы окончательно увериться в своей гетеросексуальности.

Довольно долго на своём железном коне меня катал отчаянный байкер. В память об этом на щиколотке красовалась татуировка в форме плюща.

После, мне готовил завтраки увлеченный здоровым питанием шеф-повар, а параллельно с ним свои стихи, в «костюме Адама» декларировал подающий надежды поэт. Чего я искала? Нежности? Страсти? Любви? Скорее новизны, и смены декораций! Как только очередной кавалер «приедался», заставляя меня скучать и заниматься самобичеванием, я приступала к поиску замены.

— Странно, — сказал однажды Тёма, — следуя логике, это ты сейчас должна быть замужней матерью семейства.

— Почему это?

— Ну, ведь логично же! Послушная девочка была, мамина доча! Где теперь эта скромница?  — ехидно поинтересовался братец.

— А ты рос лоботрясом, двоечником и хулиганом, а получился такой послушный мальчик, — я пригладила жесткие волосы на его макушке.

— Обидеть хочешь?

Артём стряхнул мою руку и взъерошил их.

— А знаешь, — произнёс он, посмотрев на жену, — Возможно, она и вправду меня любит? Только не пойму, за что!

Он поднял на меня глаза в ожидании комплимента. Я улыбнулась:

— Любят не за что-то, любят вопреки!

Он смотрел на меня внимательно и так долго, что казалось, еще мгновение, и я смогу прочитать его мысли. Хотя, едва ли они мне понравятся…

Глава 28. Артём

 Куранты били, приближая начало нового года. И я, глупо сказать, с нетерпением ждал двенадцатого удара, чтобы загадать желание. За много лет я перепробовал разные варианты: «хочу, чтобы Нина меня полюбила», «пускай Нина влюбится в меня», «хочу разлюбить Нину», «пускай Нина будет счастлива»…

Заиграл гимн, зазвенели бокалы, и мы стали наперебой поздравляя друг друга с Новым счастьем. На секунду я поймал Нинкин взгляд. Её глаза искрились радостью, как бенгальские огоньки. Она не походила ни на мать, ни на сестру. Она была красивее всех!

Словно цветок, она распускалась с каждым годом, открывая взору всё новые грани своей красоты. Ещё утонченнее становились черты лица, еще более плавными были движения, еще более гордой стала осанка. И взгляд... Не затравленный, испуганный девчоночий, а уже уверенный в себе взгляд молодой женщины.

Я гордился Нинкой, заочно считая её своей! Больше я гордился, разве что сыном, который стал центром моего мироздания.

Глава 29. Нина

— Я уже сотню лет не танцевала! — в который раз повторила Анька,

— Это не конкурс талантов! — успокоила я, — Дискотека! Просто выпьешь для настроения, и всё само получится.

— Я уже сотню лет не выпивала! — подхватила она.

Ольга, одна из моих соседок,  «предала наше доверие» и решила выйти замуж. И мы с Ингой, второй по счёту, устраивали проводы подруге. Анька увязалась следом!

Артём всем своим видом выражал неодобрение. Мне кажется, ему вообще претила наша дружба! Наверняка, он считал меня сомнительной кандидатурой, и боялся, что я «испорчу ему жену». Научу «распутству и пьянству»!

— А куда Дениску? —  возмущался он. — Я не собираюсь отпрашиваться с работы!

— А бабушки вам на что? — удивлялась я, — Отдадим на хранение!

Уж не знаю, что она ему наобещала, но Тёма сдался, скрепя сердце, отдав Аньку в мои ненадежные руки.

Глава 30. Артём

Я надеялся, что их общение постепенно сойдёт на нет. В конце концов, они такие разные! И внешне, и по натуре. Единственное, что их связывало, - это родство со мной. Но, вопреки ожиданиям, их дружба крепла!

Нинка бывала у нас так часто, что в квартире стали появляться её вещи. Но это полбеды! Анька точно влюбилась в сестру. Она возвела её в разряд кумиров! Еще немного, и в центре зала появился бы алтарь, посвященный Нинке.

«Мы с Ниной», «я и Нина», «Нина - то! Нина – сё!». Повсюду Нина, Нина, Нина! Не знаю, кому из нас двоих она была нужнее. И главное, я уже не отдавал себе отчёта, кого и к кому ревную: то ли Нинку к Аньке, то ли Аньку к Нинке. Моя ревность была оправдана! Ей не хватило меня, она решила прибрать к рукам ещё и мою жену. Опутать, околдовать её своими чарами…

Порой мне хотелось запретить ей появляться в нашем доме. Но, еще неизвестно, кому этот запрет нанёс бы больший урон. Видеть её постоянно было мучительно, и в то же время сладко!

Я наблюдал исподтишка, впитывал, запоминал её жесты, заливистый смех, запах, каждый раз открывал её с разных сторон. Не имея возможности прикоснуться к ней, я мог, по крайней мере, смотреть и фантазировать.

Перед сном я закрывался в ванной комнате, прихватив с собой оставленный Нинкой в коридоре шарф. Нежная материя струилась между пальцами, ласкала кожу. И я представлял себе, как кусочек пестрой ткани обхватывает тонкую шею, воображал, как плотно стягиваю хрупкие запястья…