Смерть айдола (СИ) - Кощиенко Андрей Геннадьевич - Страница 64

- Что здесь происходит? – раздаётся строгий голос младшего лейтенанта, дежурного по столовой.

Не обращая внимания на заданный вопрос старшего по званию, ЮнМи энергично покрывает поверхность стола надписями.

(несколько позже, на улице)

- Что там было? – спрашивает меня ЧжуВон.

- Где?

- Во время ужина. Все смотрели, а я не увидел.

- Так. - неопределённо говорю я. – Мысль в голову пришла.

- Мысль?

- Угу.

- Какая?

- Быстрее закончить этот день и лечь спать.

- Отбой в десять. – напоминает мне ЧжуВон.

- У офицерского состава он может наступить немного раньше. – приоткрываю я ему небольшую тайну и говорю. – Так что пошли быстрее до караоке. Хочу определиться с твоими вокальными возможностями и на сегодня – всё.

- Пошли! – бодро соглашается мой собеседник.

Время действия: двадцать второе сентября, раннее утро

Место действия: дом семьи ЧжуВона. Семья завтракает в молчании, по причине того, что уже двое, - ДонВук, глава семейства, и его мать, госпожа МуРан сегодня в дурном настроении.

- Мама. – обращаясь к МуРан, произносит ДонВук. – ИнХе сказала мне, что вчера ты называла ЮнМи невесткой. Я же сказал – мы больше не имеем дел с этой девчонкой. Почему ты снова возвращаешься к этому вопросу?

- Потому, что они родственники. – повернув голову и смотря на сына, отвечает МуРан.

- Кто, - родственники?

- ЮнМи и королева Мён СонХва. Я вчера всё раскопала.

- Что ты «раскопала»? – неподдельно удивляется ДонВук. – Королевскую гробницу?

Бац! - ладонь МуРан с грохотом впечатывается в стол, заставив подпрыгнуть на нём всю посуду.

- Думай, прежде чем рот открывать! – рявкает на сына МуРан. – Божеством себя возомнил?!

Воцаряется неприятная тишина. Сидящие за столом стараются не смотреть друг на друга и делают вид, что их тут как бы нет.

- Мама, прости меня. – помолчав, просит ДонВук и признаёт. – Это было действительно неудачно.

- Более чем. – отвечает мать, показывая, что извинения приняты.

Семья возвращается к завтраку.

- Я раскопала… - наконец, нарушая установившуюся тишину, повторяет МуРан и оглядывает присутствующих на предмет поиска тех, кто недоволен, как она говорит.

Но таковых нет. Дружно прекратив кушать, все внимательно смотрят в рот хальмони.

- … исследования учёных, проведённые в Копенгагенском университете. – убедившись, что остроумные отсутствуют, продолжает бабушка. – В них проводили анализ генома древних людей. Так вот. Датские учёные выяснили, что раньше у всех были только карие глаза. Но, примерно шесть тысяч лет произошла генетическая мутация и у людей появились синие глаза!

МуРан делает паузу, предлагая проникнуться найденной ею информацией. Все почтительно «проникаются» и ждут продолжения.

- Но это только первое из сделанных открытий. – продолжает она рассказ. – Второе, что они узнали, это то, что у людей с синими глазами существуют одинаковые комбинации генома, которые есть у каждого из них. У кареглазых такого нет. Из этого следует, что люди с синими глазами произошли от одного предка. От того, у которого случилась мутация. Их дерево целиком выросло из одного корня. Поэтому Мён СонХва и ЮнМи – родственники!

МуРан обводит всех торжествующим взглядом.

- Корень один – ветви могут быть разные. – помолчав, говорит ДонВук.

- Но корень-то один! И потом, ещё неизвестно, может ветвь одна и та же!

- И что из этого следует? – снова помолчав, спрашивает ДонВук. – Хочешь, чтобы ЧжуВон… и ээ…

Он запинается, бросив взгляд на жену.

- Хочешь, чтобы они стали парой? – всё же договаривает он, переведя взгляд на мать. – Разве не ты недавно отказала её матери?

- Правильно сделала. – недовольно отвечает ему МуРан. – Это не нам решать. Решается всё там.

Она делает головой движение, видимо, указывая направление – где именно это делается. Только жест получается непонятным – то ли вбок, то ли вверх…

- А как же – здоровье? - не понимает ДонВук. – Ты говорила, что у неё негодное здоровье.

- Я добыла медицинскую карту. – отвечает МуРан. – Показала её специалистам, они мне сказали, что ЮнМи могут принять в отряд космонавтов, с таким здоровьем.

- Мама, чем ты занимаешься? – вздохнув, интересуется ДонВук. – Какие-то датчане, эксперты, незаконный доступ к чужим медицинским картам… И у тебя появились слова, которых я раньше от тебя не слышал – «добыла», «раскопала» … Что за жаргон?

- Посидишь в сети с моё, ещё не такого нахватаешься. – отвечает МуРан.

- Ты что, сама «сидишь» в сети?

- У меня есть те, кто этим занимается. Я их направляю. Ну и помогаю иногда.

- Мама, не нужно этим заниматься. – устало увещевает её в ответ сын. – Есть много другого времяпровождения, соответствующего твоему возрасту. Подвижного, полезного для здоровья. Тебе нужно заботиться о себе, вместо того, чтобы портить зрение и наживать геморрой.

- Сохранить хоть каплю королевской крови, - великая честь, выпадающая не каждому в жизни! – подняв верх указательный палец, с пафосом объясняет МуРан, почему она так «вписалась».

- Мама. – требовательно произносит сын. – Ты всегда была неординарным человеком. Но, признаюсь, узнать, что ты занялась спасением потомков королевской семьи, это … очень, очень неожиданно. Ни о чём подобном я не мог подумать ещё час назад. И позволь мне спросить - какого результата ты в итоге собираешься добиться?

- Награда может быть очень высока. – веско отвечает МуРан.

- Какая же? – с лёгкой насмешкой спрашивает ДонВук. – Возрождение в Корее монархии? В которой мой сын, не закончивший учёбу из-за прогулов, станет императором? Так?

МуРан делает снисходительную гримасу, но ничего не отвечает.

- Мама, всё уже в прошлом. – вздохнув, говорит ей сын. - Этого не вернуть. Давай смотреть на вещи реально. Даже, если эта девочка действительно потомок Мён СонХва, то как жена она не подходит ЧжуВону. Невоспитанная, необразованная, с проблемами в здоровье и в семье. Со дня на день всплывёт история её дяди. Зачем ЧжуВону участвовать в этом скандале?

- Не нужно его впутывать. – кивнув, соглашается МуРан. – Я просто прошу тебя оставить это, иначе тебя затянет.

- Что я должен «оставить»? – начиная раздражаться, просит объяснить ДонВук. – Мама, не надо говорить загадками. В моей жизни их и так достаточно.

- Не вмешивайся в отношения своего сына. – требует МуРан.

- Почему я должен так поступить?

- Потому что действовать наперекор предрешённому – опасно.

- Ты уже знаешь, что именно «предрешено»? – с сарказмом спрашивает ДонВук.

- Имеющий глаза – увидит. – отвечает МуРан и спрашивает. - Ты же уже пытался сделать так, чтобы он был от неё подальше? И что из этого вышло? ЧжуВон стал к ней ещё ближе.

Сын с неудовольствием смотрит на мать.

- Стечение обстоятельств. – помолчав, объясняет он. – Военным понадобилось что-нибудь, чем они смогли бы прихвастнуть.

- А до этого им этого не требовалось. – понимающе кивает МуРан и предупреждает. – Следующий раз ответ на вмешательство может быть более болезненным.

В столовой на некоторое время устанавливается опасливая тишина, пока мать и сын смотрят в глаза друг другу.

- Не верю в эти оккультные штучки. – помолчав, говорит ДонВук. – Я верю своим глазам, которые видят, что ЮнМи не пара ЧжуВону. Закончим этот разговор. Я хочу спокойно позавтракать и спокойно поехать на работу, чтобы спокойно заняться там делами.

- Спокойно. – ещё раз повторяет он видимо важное для себя слово.

- Я тоже хочу, чтобы ты был спокоен, как и твоя семья. – кивает МуРан. – Поэтому говорю тебе - не вмешивайся, ДонВук. Не вмешивайся в это. Пусть всё идёт, как предопределено. Встанешь на пути - тебя снесёт.