Сделай, что должен (СИ) - Донецкий Виктор - Страница 12

Правда кому сон, а некоторые пошли в разведку. Там впереди тот самый шлюз и мост на канале, надо понять какие у отряда проблемы могут быть. Для надёжности послано отделение отцов командиров вооруженных СВТ, ППД и АВС. Такие сбежать не должны, но тем не менее, вещмешки им пришлось оставить и пошли две пятёрки, а не весь взвод. АВС и ППД вместо пулемётов для плотности огня. Пулемёты задействовали, как прикрытие отряда. Выставили первый секрет на удалении километра от места отдыха, там пулемёт МГ с ленточным питанием и отделением бойцов. После этого секрета дальше на километр передовой пост охранения. Там тоже пулемёт ДТ и последнее отделение от взвода ушедшего в разведку. Такое вооружение дал прикрытию, чтобы сами своих не перестреляли в темноте на звуки выстрелов.

Дело к ночи, солнце уже за горизонт ушло и вернутся люди в сумерках, а то и в темноте. Прикрытие имеет шанс выспаться, а вот разведка немного помучается. Немцы, если верить мемуарам, в начале войны ночью не воевали, а отсыпались. Поэтому отдых днём и движение ночью отряда, это самое логичное. Всего четыре часа сна за сутки, пока в настоящих экстремальных условиях, это терпимо. Бойцы отряда спят не менее шести часов за прошедшие сутки, а едят мясо вообще «от пуза», спасибо варёной конине. В общем и целом режим жизни и службы пока в отряде щадящий.

Под наркотой не спится, поэтому можно подумать и посчитать. Побудку делать не придётся, комары позаботятся. Лошадки тоже предпочтут двигаться. Груз перевозимый уменьшился и это хорошо. В общем и целом, пока всё нормально и до рассвета есть шанс пройти километров пятнадцать или двадцать. Потом завтрак, отдых часа на два и рывок на следующие двадцать километров. Большое расстояние для пешего марша, но немцы преодолевают намного больше в эти дни!

Для отряда главное не попасть под бомбёжку и налёт авиации с пушками и пулемётами, что возле канала вполне вероятно. Водные артерии, это те же дороги, но транспорт более грузоподъёмный и вместительный. Вся надежда на темноту и сумерки, пойдёт и плохая погода, против самолётов она помогает. Только плохая погода быстрому движению отряда тоже мешать будет. Мысль, что самолёты работают обычно по заявкам от определённых заказчиков, а не просто так, вполне здравая, и можно считать, что ночью самолётов вообще не должно быть.

Кто – то считает, что война, это сплошные бои. Надо таких людей разочаровать. Странное представление. Война, это в первую очередь тыловая служба. Это обозы с оружием и боеприпасами, даже в первую очередь обозы с провиантом. Голодный солдат элементарно свои ноги передвигать по полю боя не сможет. Это не считая нужных килограммов двадцати по минимуму грузов для ведения боя. Если солдат с пулемётом, то и больше. Для перестрелок патронов надо много, причём это каждый день. Нужны гранаты, как карманная артиллерия для подавления живой силы противника в окопах или долговременных огневых точках. Враг коварен, поэтому у воина должен быть противогаз, практически никому не нужный. Каска стальная на голове, обычно не носится, хотя это не просто дань моде, а вполне нужное приспособление против всяких осколков и каменной крошки. Каска может удар по голове ослабить и пулю отрикошетить. Ремни и портупеи с боекомплектом к оружию, это вполне естественная необходимость для бойца на марше и в бою.

Про ранец или вещмешок с их содержимым речи нет, там груз может иногда стремиться подмять под себя особо жадных. Кто виноват? Тыловая служба, если она работает плохо, и на неё надежды нет, а выжить солдату хочется. Полевые кухни и полевые бани, мастерские и хлебопекарни, как это всё далеко от романтики боя. Но без повседневной работы тыла ни одна армия не воюет. После боя, есть не только убитые, но и раненые. Для них в тыловой службе нужны медики. Санитар на поле боя, для экстренной помощи и потом хирург в санбате или далее в полевом госпитале. Там и полечат и отрежут, то чего уже почти нет. Медики сохраняют жизнь раненому, а не целостность организма. Такая у них работа.

Раненые лечатся сами, а медики им в этом только помогают. Медики они помощники и от этого никуда. Если организм слабый и сильно покалечили, а жажда жизни покинула тело, то никакой медик не поможет. Такая вот мысль нехорошая. Да и откуда хорошей ей быть, если из медиков в отряде Ивана только один фельдшер – зоотехник в наличии. Хорошо, что пакеты для перевязки есть у каждого бойца и кусок верёвки вместо жгута для остановки кровотечения. по приказу Ивана каждый боец себе приготовил. Шприцы и таблетки, это жуткий дефицит. Не совсем пусто, у немцев запасли кое – что, типа аспирина и анальгин да некие мази и йодоформ в растворе. Ну и наркоту некую в шоколаде, да и таблетки есть. Тихая такая наркомания в Вермахте процветает, поощряемая даже, но это личное впечатление и понимание положения дел с точки зрения Ивана. Юберменшем иначе не стать.

Интересно, лежак называется раскладушкой или всё же лежак? Он ведь деревянный, хотя и раскладывается. Раскладушка, там брезент, то есть она тряпичная. Ивану без разницы. Сон и на деревяшке вполне приятный, когда помощники бдят один по лагерю, а другой по охране. Какой – то неправильный наркотик у немцев или это из – за контузии головы посредством удара прикладом? Вместо бодрствования в сон клонит, как анестезия. А спящему всё равно. Всё просто, надо лишь озадачить других своими обязанностями и спи.

Разведка задержалась. Это называется, проявили инициативу. Слепые они были! Теперь они прозрели, отряд весь прозрел и народ на шлюзе, на канале и вместе с ним народ в поселении, да и всей округе. Не стукнет ли народ опоенный опиумом католицизма не матке бозке, а немецкому офицеру про отряд красноармейцев? Отряду туда топать и топать по темноте. Одно радует, что немцев пока там нет. Ох – хо – хо. Не было до сумерек, а сейчас? Сейчас, похоже, надо поднимать людей и двигать дальше. Раньше проедим мимо селения, спокойнее будет на душе. Пусть уж нас догоняют, если надумают.

Что касается шлюза, то самолёты летают и даже стреляют, но не бомбят. Прямо обида у людей! Их понять можно, разбомбили шлюз и можно смыться с объекта. Нет тела, нет дела. А вот так, при рабочем объекте, не сбежать никуда, но при обстреле убить могут спокойно. Смотрители на шлюзе местные, а значит, и при немцах будут нести вахту. Только не касается это Ивана, пусть НКВД работает по таким объектам своим решением. Раз есть план бежать быстро и далеко, то пробегает отряд этот шлюз мимо, пока немцев в этом районе нет.

Пол часа на сборы и вперёд. Взвод Маузеров первые, а взвод с Мосинками последние, телеги и резерв в середине колонны. По дороге отряд подбирает взвод разведки и прикрытия. Далее отряд движется по ровному пространству у канала. Двигаться намного легче, чем по лесной дороге. Селение отмеченное крохотным огоньком, промелькнуло через час с четвертью от начала марша. Либо карта врёт, указывая расстояние более чем в пять километров, либо отряд движется почти бегом. Шлюз на воде виден тёмными конструкциями. Отряду не до них.

Приходится через некоторое время остановиться на короткий привал. Лошади чуть приустали. Пол часа отдых и перекур. Выдано по сигарете на человека. Оружие на привале каждое отделение ставит в пирамиду. Если есть желающие сбежать, то только не с оружием пусть бегут. С личной поклажей подобное, её в одну кучу под присмотр командира отделения. Дальше шарься по кустам, где хочешь со своей нуждой. Но никто не сбегает, а вот дисциплина немного шатается.

Команда на построение в колонну и продолжается пеший марш около канала, но теперь впереди разведка и по бокам дозоры, а колонна сместилась ближе к воде. Темп движения немного медленнее, чем до привала. Некуда гнать людей, надо подыскать удобную стоянку для дневного привала и не налететь на противника. Там впереди смычка канала с рекой Пина, но туда при везении только к вечеру отряд сможет добраться. Люди выдержат, а вот лошади под вопросом. Хоть бросай лошадок, но без них сразу отряд лишится тылового обеспечения. На ровном месте проблема! Тем не менее, пока всё идёт нормально.