Ведьме ректор - не игрушка! (СИ) - Фадеева Юлия - Страница 47

— Вернись, — шепчу, как в бреду, — умоляю, Лиана, вернись ко мне.

Больше не в силах вымолвить ни звука — слишком больно на душе.

Снова крепко сжимаю в объятиях и закрываю глаза…

— За… Заду… шишь… — Слышу очень тихий и слабый голос.

Резко отстраняю от себя любимую, чтобы тут же утонуть в невероятной зелени ее чудесных глаз, которые смотрят на меня сейчас с любовь и нежностью.

— Лиана, — словно пробуя на вкус ее имя, тихо-тихо шепчу я. — Любимая.

Я не в силах говорить — боль сменилась неверием и надеждой, что это не сон, что она передо мной… Живая.

— Эдриан, — так же тихо шепчет она и протягивает к моему лицу свою нежную руку с тоненькими пальчиками.

Тут же утыкаюсь в нее носом, втягивая такой родной запах, целую, не веря, что это правда, и не свожу своего взгляда с нее.

— Родная моя, — шепчут губы, — любимая.

Внутри все расцветает огненным цветком, заставляя душу петь от счастья, переполняющего меня.

— Живая. Огонь справился. Ты не ушла. — В горле стоит ком, который мне никак не удается проглотить.

— Я слышала тебя… Не знаю как, но слышала, и твой голос не давал мне сделать последний шаг. Он словно держал меня, останавливал, звал обратно. Не знаю, я ведь должна была погибнуть, — тихо шепчет она, — четко помню, как магия Эрика ударила по мне и…

Она вздрогнула всем телом, а в глазах появились слезы.

— Не вспоминай, любимая, не нужно, — шепчу я, обнимая Лиану. — Все позади. Мы справились, и это главное сейчас.

Моя девочка, такая хрупкая и ранимая, нежная и прекрасная, смотрит на меня с такой любовью в глазах, что я не в силах вытерпеть — нежно касаюсь своими губами ее, чтобы почувствовать, как меня целует в ответ.

— Люблю тебя, — шепчу в губы, смешивая наши дыхания.

— Люблю, — вторит она, ласково улыбаясь. — Ты спас меня.

— Нет, Лиана, — качаю головой, — это ты спасла меня. Ты — мое счастье. Без тебя я бы не выжил. Ты та, ради кого я боролся за свою жизнь, я стремился к тебе, чтобы быть рядом, защищать от опасностей, которые могут грозить, и любить так, как никто и никогда на всем белом свете! Ты — моя жизнь!

Вижу, как моя девочка заплакала, а в глазах плещется безграничное счастье.

Как же я ее люблю! Она стала для меня смыслом всей жизни. За нее я буду мстить.

Ну что ж, Эрик, ты сам вынес себе смертный приговор! Приготовься к решающему бою, брат! Я иду за тобой!

66

Джимиан

— Я не понимаю, — тихо шептал парень, идя по коридору Академии со стопкой книг и пергаментов. — Кто это был? Кто забрал Лиану? Это точно не Гургу!

— Эй ты, убогий! — окликнул молодого человека приятный женский голос.

Джим поднял взгляд и столкнулся почти нос к носу с Лагниэль — избалованной эльфийской принцессой. — Что ты там бормочешь себе под нос?

— Слушай, отстать, мне и без тебя сейчас тошно! — огрызнулся Джим, пытаясь обойти девушку по дуге.

— О, я смотрю, у нас тут кто-то начал показывать свои зубки! — ощерилась девушка, высокомерно вздернув свой прелестный носик.

— Лагниэль, прости, но мне до разговоров и пререканий сейчас. Иди, куда шла, а мне некогда расшаркиваться с такой наглой, невоспитанной девицей, которая не ценит добра. — на одном дыхании выпалил он и, отодвинув девушку в сторону, продолжил путь.

— Что?! — взвизгнула она, из-за чего Джим даже поморщился. — Что ты сказал, недомерок? Да как ты смеешь ТАК со мной разговаривать? Забыл свое место, нищета?

— Как я и говорил, ты, увы, невоспитанная особа с непомерно высоким самомнением. Ты не ценишь добра, которое тебе сделали, привыкла повелевать, требовать, использовать, но сама никогда и ничего хорошего не сделала. Ты, Лагниэль, убогая в душе, не способная на добрые поступки. Я даже сомневаюсь, что у тебя есть сердце.

Девушка стояла и безмолвно раскрывала рот, онемев от шока.

Джим же, хмыкнув, развернулся и направился дальше, снова перебирая в уме события двух минувших дней.

Темно-серый камень величественных стен Академии слабо освещался магическими факелами, имеющие способность загораться в тот момент, когда по проходу кто-либо шел, вот и теперь, снова погрузившись глубоко в себя, Джим не замечал, как один за другим загораются факелы, освещая пространство ярко-оранжевым светом, исходящего от пламени.

На душе у парня было пасмурно и тревожно, он словно предчувствовал, что что-то надвигается. И это "что-то" явно недоброе.

По спине поползли неприятные мурашки, а кровь в венах стыла от надвигающегося бедствия.

парень тряхнул головой, пытаясь прогнать неприятные ощущения, но они никак не желали его покидать.

— Сперва Гургу куда-то исчез, затем Нита, теперь кто-то похитил Лиану, сам ректор исчез в неизвестном направлении. Буквально сегодня утром я видел его на кафедре, а уже ближе к обеду и он исчез. Ничего не понимаю. Что же происходит?

Казалось, каждый шаг ему дается с трудом, дыхание сбитое, на лбу испарина.

Джим чувствует, как под кожей словно разливается жидкое пламя, пульс ускоряется, а руки начинают трястись, точно в лихорадке. По спине струится холодный пот.

— Что происходит? — голос сиплый и глухой.

— Эй, ты в порядке? — окликает его кто-то, но стоит Джиму поднять взгляд, как у полюбопытствовавшего тут же меняется выражение лица с участливого на паническое и он тут же как можно быстрее спешит удалиться.

— Стой! — пытается окликнуть его Джимиан, но в горле словно стоит ком. В груди что-то сдавило, не позволяя как следует вдохнуть.

В коридоре, кроме него самого, больше никого нет. Академия словно вымерла. Где же все, когда они так нужны?!

— Лиана… Нита… — шепчет парень, но вместо слов — лишь еле слышный сип. — Друзья…

Он один. Никто ему не поможет.

Из ослабевших рук выпали книги и с глухим стуком упали на пол.

С губ парня сорвался стон, тут же разнесшийся по всему коридору Академии.

— Помо-ги… те… — тяжело дыша, выдавливает из себя Джим, хватаясь рукой со стороны сердца.

В глазах темнеет…

Мир взрывается на мириады осколков.

67

— Р-р-р… — разнесся довольный рык в холе, где расположилась столовая.

— Х… хорошая киса, — просипела девушка, прижимаясь спиной к стене. — Т… Только не ешь м… меня.

— Р-р-р!

— А-а-а! — завизжала девушка, закрывая лицо руками.

— Прочь! — раздался сбоку голос одного из зевак. — Пошел отсюда!

Кипенно белый тигр с серебристыми боками и черными кисточками на ушах с ярко-желтыми глазами повернул свою голову в сторону храбреца и, лениво оглядев его, фыркнул, понимая, что этот храбрец на самом деле трусится всем телом, тигр даже слышит, как бешено стучит сердце несуразного паренька с очками на носу.

— Р-р-р, — открывая пасть с длинными мощными клыками, выдал тигр.

— У… Убирайся, животное!

Большой кот слегка склонил голову набок и чуть прижал одно ухо к голове, словно изучая говорившего парня.

Н-да уж, наивный какой-то. Неужели и правда думает, что его слова возымеют хоть какое-то действие на грозного зверя.

— Убирайся прочь, иначе мне придется тебя у… убить! — повысил голос адепт Академии Риндан, выставляя руки вперед, словно готовясь нанести магический удар.

Тигр, прищурив один глаз молчал, пристально наблюдая за адептом и прикидывал в уме шаги, которые может предпринять этот парень.

Хм, судя по одежде, травник, а судя по нашивке на левой стороне в области сердца, то со второго курса. Та-ак, что имеем?

Первое: маг может и сильный, но еще толком не обученный, второе: самое мощное заклинание, которое он может знать, разумеется, из боевого арсенала, которому, само собой, учат каждого адепта в Академии, так это плетение Анкафар, довольно сильное, но не причинит особого вреда тому, кто отучился на три курса больше, при том на боевом факультете. Но! Всегда есть вероятность, что адепт может заниматься саморазвитием и изучать новые и более сложные заклинания, которые может сейчас применить. Хотя… Изучение боевых заклинаний самостоятельно строго-настрого запрещены, так как во время обучения адепт, не правильно применивший заклинание, может погибнуть, именно поэтому каждое обучение проходит под строгим контролем преподавателя! Так что делаем вывод: маг этот не опасен, каким хочет показаться. Интересно, он на кого-то желает произвести впечатление или же просто глупец?