Последний властелин (СИ) - Владимиров Александр Владимирович - Страница 49

Прогулка пошла Ниэгро на пользу, он немного посвежел, с аппетитом поел. У Таис опять появилась надежда. Она продолжала вести с ним беседы, естественно, не на серьезные темы. Говорить же о серьезном пока не решалась, боясь разорвать ту тоненькую нить, которая только-только начала связывать их.

Ниэгро увели в его комнату и дали лекарство. А Таис позвонила Попилису, рассказала о первом дне, проведенном Ниэгро в ее поместье. Откровенно не любивший Властелина адвокат молча сопел на другом конце провода. Таис не выдержала:

— Он мой отец!

— Он преступник, Таис. Извини, что вынужден напомнить. Он не только мошенник, вор, он еще и убийца. Он покушался на твою жизнь.

— Его психика и тогда была не в порядке.

— Не в порядке! — пробурчал адвокат. — У меня до сих пор сомнения с выводами полиции о том, что смерть твоей бабушки произошла в результате несчастного случая. Да и Оливия…

— Никто не доказал, что к этим смертям причастен мой отец!

— Эх, — вздохнул Попилис. — Хочу только предупредить тебя, чтобы была осторожнее. Если в человеке когда-то жил зверь, то он обязательно проснется в нем вновь. Рано или поздно, но проснется.

— Я не могла бросить его там… больница так напоминала тюрьму.

— Я тебе уже все сказал.

— Господин Попилис, еще одно. Компания моего отца задолжала деньги…

— Мягко сказано!

— Я хочу по мере возможности погасить долги. Спасти честь Ниэгро Властелина.

— Воля твоя, — вздохнул пожилой адвокат.

…Когда на смену дню пришла ночь, в комнате Ниэгро раздался звук, от которого он проснулся. «Что там? — подумал он. — Порыв ветра?.. Какая разница!» Однако он ощутил возбуждение — странное и приятное. Иначе и не могло быть: ночь всегда притягивала его!

Мир во тьме выглядит по-иному. Многое из того, что при свете дня кажется серым, незаметным, а подчас даже кошмарным, ночью просто восхищает. Действительность выворачивается наизнанку, изнанка становится нормой существования.

Ниэгро вглядывался в окружающие его предметы: диван, кресла, столики, вся мебель в стиле рококо, выглядела командой чудовищных созданий на кривых ножках. Ниэгро улыбнулся и подмигнул им. И они хитро подмигнули, а потом стали смотреть на него своими глазами-щелями. Сначала Властелин решил, что это ему просто показалось. Но нет, глаза-щели ловили каждое его движение и перешептывались. Да это же банда соглядатаев, специально нанятых, чтобы следить за ним.

— Вы мне не нравитесь! — грозно произнес он и сделал шаг по направлению к окну.

Шепот не только не прервался, а наоборот, нарастал. Ниэгро разозлился, повернулся, чтобы более решительно прекратить балаган. Лучше бы он не оборачивался!

Он увидел, как шелковый полог кровати раскрылся, и там… лежала мертвая женщина. На ее теле — множество ран, и из каждой торчала рукоять ножа. В нос Ниэгро ударил запах разложения. Он невольно отступил на шаг, и в это время женщина ОТКРЫЛА ГЛАЗА.

У Властелина возникло ощущение, что с него живьем сдирают кожу. Он кинулся к двери, но уродцы на кривых ножках преградили ему путь. Каждый из уродцев истошно кричал:

— Ты узнал ее?!

Наконец-то вспыхнул маленький огонек, ведущий его в лабиринты прошлого. Он ВСПОМНИЛ женщину.

— Она была моей женой!

— Правильно, — подтвердили уродцы. — А что ты с ней сделал?

— Что я сделал?.. Я приказал Чаку убить ее.

— Убить! Убить! — трещали кривоногие.

— Но зачем она здесь?

— Чтобы ОТОМСТИТЬ ТЕБЕ, НИЭГРО!

Мертвая женщина вдруг… хищно улыбнулась и вскочила с кровати. Она посмотрела на мужа-убийцу и захохотала.

— Ты дважды меня убил, Ниэгро. Сначала как любящую жену, готовую отдать тебе душу, сердце — все без остатка. Потом ты приказал вассалу уничтожить и мое тело. Как сам думаешь, чего ты достоин?.. Молчишь? Тогда подскажите ему вы, мои верные друзья.

— Смерти! Смерти! — заверещали кривоногие.

— Нет, — покачала головой восставшая из мертвых, — МУЧИТЕЛЬНОЙ смерти!

Она вытащила один из торчащих в теле ножей. Ниэгро понял ее намерение, отступил назад, но уперся в стену. Стена отрезала ему любую возможность бегства. Женщина удовлетворенно кивнула и швырнула нож. Властелин пробовал увернуться, но пущенное оружие попало ему в голову, вызвав дикую боль. Он завыл, как раненый зверь:

— Перестань, слышишь!

Женщина покачала головой:

— И не надейся!

— Ах, так! Я вспомнил тебя, шлюха! Я проучу тебя вторично.

Он хотел броситься на нее, но второй нож вонзился в голову, вызвав новый взрыв раскалывающей боли. За вторым ножом последовал третий, четвертый. Торжеству восставшей из гроба женщины не было предела. Она без сожаления добивала его.

Ниэгро закричал. Этот душераздирающий крик потряс дом, разнесся далеко-далеко по окрестностям, разорвав царившие здесь покой и тишину.

В комнату вбежали сразу несколько человек. Опять его держали ЖЕЛЕЗНЫЕ РУКИ, опять ему сделали укол. Все поплыло, растворилось в темноте. А утром он уже ничего не мог вспомнить.

В течение нескольких дней его сны состояли из каких-то неопределенных фрагментов, которые он никак не мог связать воедино. Но вот после недели усиленного лечения состояние Ниэгро, как казалось многим, значительно улучшилось. Днем он чаще и чаще улыбался, а по ночам перестал кричать.

— Вижу, отец, ты сегодня хорошо спал, — говорила ему Таис.

Он кивал и вновь улыбался…

Когда заканчивалось действие снотворного, Ниэгро лежал с закрытыми глазами и делал вид, что спит. Никто не знал, что он боялся ОТКРЫТЬ ГЛАЗА, боялся увидеть женщину с множеством ран, которая опять начнет терзать его мозг. Бедная Таис напрасно тешила себя иллюзией, что дела у отца идут на поправку. Внутренний мир Ниэгро продолжал разрушать самый хитрый, злой и беспощадный игрок на свете…

Однажды ночью Властелин услышал голос, негромкий, с легкой хрипотцой. Что-то в нем было необычное, магическое…

— Ниэгро! Ниэгро!

Сначала Властелин испугался и заткнул уши. Это не спасало, он все равно СЛЫШАЛ. Ниэгро вскочил, захлопнул окно, проверил, закрыта ли дверь. Бесполезно! Голос мог просочиться через любую железобетонную стену.

— Почему ты боишься? — говорил неведомый. — Я же твой друг. Неужели не помнишь?

«Что-то знакомое!»

— Чего ты хочешь? — простонал Властелин, ощущая все возрастающую боль в голове.

— Я знаю твои проблемы. Никакие врачи тебя не вылечат, никакие уколы, таблетки не спасут от мучений.

— Зачем ты мне это говоришь, друг сраный! Чтобы лишний раз поиздеваться?

— Разве друзья издеваются? Друзья, во-первых, говорят правду, во-вторых, стараются помочь.

— Ты можешь помочь?

— От терзающих тебя кошмаров и боли поможет только одно лекарство. И оно у меня есть.

— Правда? Так ты спасешь меня?

— Конечно. Я жду тебя.

— Где?!

— В черной башне.

— Где она?!

— Я покажу тебе дорогу.

— Идем!

— Не сейчас.

— Когда?!.. Когда?!

— Завтра ночью, лишь только все в доме уснут.

— Мне так нужна помощь! — стонал Ниэгро.

— Я ПОМОГУ! До завтра.

Голос пропал, но слова неизвестного околдовали душу Властелина. Завтра ночью он обязательно пойдет в черную башню!

Ниэгро промучился весь следующий день, вечер, с нетерпением ожидая, когда часы пробьют двенадцать раз. Потом осторожно поднялся и вышел в коридор. Охранники, отвыкшие в последнее время от каких-либо серьезных эксцессов, задремали. Так что выскользнуть из дома особого труда не представляло.

— Где ты? — позвал он неведомого. — Где ты, мой друг? Я хочу в черную башню.

— Тише, — послышался знакомый голос. — Иди к каменной ограде.

Властелин шел, повинуясь его команде, и вдруг раздались крики:

— Господин Ниэгро, где вы?

— Твои тюремщики, — усмехнулся голос.

— Что мне делать?

— Беги!

Ниэгро несся по саду, но охранники быстро догоняли его, он отчаянно бился за свою свободу, за право посетить друга в черной башне, да разве с ними справишься! Молодые парни завалили его и связали. Ниэгро пытался вырваться, в нем закипала невероятная злость, он готов был разорвать всех и вся! Он окончательно убедился, что богатое поместье — его новая тюрьма!