Танго с призраком. Том 1 (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 59

— В храме.

— Где!?

— Чего ты удивляешься? Самое их дело — с такими бороться.

— Действительно… вот я дурак! — Серхио как-то про храм и не подумал. А ведь знал все, и про нечисть, и про боевых монахов… точно, дурак. Тан, спасибо!

Момент откровенности прошел, и Серхио собрался удирать. Эрнесто остановил его на пороге.

— Подожди минуту.

— Да?

— Когда пойдешь разговаривать с Лассара…

— Я хотел ее к себе вызвать.

— Тоже хорошо. И меня пригласи, договорились?

— Да. А зачем?

— Ну ты же сам сказал, что дурак, — поддел старого приятеля Эрнесто. — А я умный, я интересуюсь…

Серхио осознал, что действительно — дурак. Вот что бы Эрнесто и не спросить про записи предыдущих Лассара? Ему это наверняка по работе пригодится!

А девчонке?

А, пусть сами разбираются…

Следователь пообещал как можно скорее вызвать Антонию Лассара повесткой, сообщить об этом некроманту — и откланялся.

Оставшись один, Эрнесто протянул руку к бутылке и допил из нее остатки.

И было некроманту очень тоскливо.

***

— Я не хочу, чтобы Паула с нами ездила!

— Своей матери это скажи, — огрызнулась Тони без малейшего почтения.

Альба зашипела, словно жир на сковородке.

— Ты… да ты…

— Ну, я? — нагло осведомилась Тони. — И? Что я могу сделать, если твоя мамочка внятно попросила меня с вами не ездить? Не послушаться?

Альба задумалась.

Даже в ее затуманенную любовью голову проникла простая истина, что не в положении Антонии права качать. И девушка засопела.

— Ладно… прости. Паула, стукачка мелкая, так и бегает за нами…

Тони развела руками, мол, и рада бы, да где там!

Она действительно за Альбой не бегала. Смотреть на то, как они с Дженио целуются… да лучше мелкого Риалона слушать! Хотя и это тяжко. Интересно, в кого парень занудством удался? Даже и не отвлечешься, слушая его… нет, на такие пытки Тони готова не была. Все должно иметь свой предел.

— Если Паула с нами поехать не сможет, ты — поедешь? — впилась в нее глазами Альба.

— Если меня в этом не заподозрят, — поставила жесткое условие Тони — Сама понимаешь…

Сложность задачи тут же подскочила на несколько пунктов. Кажется, Альба по-простому, собралась добавить сестре зеленку в крем, или слабительное в суп. Но это на один раз хорошо, а на второй ритана Розалия догадается, что нечто неладно. И…

Кому влетит?

Правильно, Тони. А ей такое и даром не нужно, поэтому Альбу она мигом сдаст. И не задумается.

— Я что-нибудь придумаю, — уже с меньшей уверенностью пообещала Альба.

Тони развела руками и удрала. Ей надо было в лавку к синьоре Луисе. Поговорить с рыбаком, которого нашла синьора.

***

Могуч, вонюч и волосат. Таким и должен быть настоящий самэц гориллы… эээээ… простите, мужчина.

Наверное.

У Тони при взгляде на найденного моряка, все пальцы на ногах поджались. А был бы хвост — и он бы тоже поджался. А то ж!

Стоит этакий амбал, на две головы ее выше ростом, плечи шире двери, волосы ниже плеч, черные, с проседью, борода до середины груди, лицо (там, где его видно) просоленное насквозь, и пахнет от него рыбой. Да так, что аж жутко рядом стоять.

— Милейший человек. Синьор Гаспар Хильберто Ваэс, — представила его синьора Луиса.

— Рад знакомству, — прогудел синьор.

Голос у него вполне сложению соответствовал. И где-то внутри отдавался.

Тони поежилась и села без разрешения.

— Я тоже… рада…

— Опиши ему, пожалуйста, место, которое ты видела.

Тони горестно посмотрела на синьору Луису.

Опиши… ага.

Видела-то она — да. И описать пыталась честно. Но…

Не стоит забывать, что она видела все с одной точки — с той, на которой встретил свою смерть Шальвен. А как это должно выглядеть с моря?

Наверное, иначе?

Вот, окажись она на том пляже, мигом бы все узнала… а описать… вот почему она рисовать не умеет? Но ведь правда не умеет, вообще никак не получается.

Они бились почти два часа, пробовали нарисовать, рассказать, чуть ли не в лицах скалы изображали… первым сдался синьор Гаспар.

— Простите, ритана. Прости, Лу. По такому описанию это не найдешь, слишком много на побережье похожих скал.

Ага, остановили антиквара подобной мелочью!

— Гаспар, а если с другой стороны зайти?

— С какой, Лу?

— Вот, понадобится тебе труп схоронить? Или разобраться с кем… есть такие места на побережье?

— Конечно! Считай, все побережье и есть!

Синьора Луиса схватилась за голову.

— Но так же не может быть! Это должна быть укромная бухта! Чтобы ее не было видно с моря, чтобы можно было спрятать тело, то есть доступ в подводный грот…

— Лу, ну ты сама подумай, если ее даже с моря не видно — мне оно зачем?

Синьора Луиса вздохнула — и махнула рукой.

— Ладно! Пошли, выпьем!

***

— Жалко до безумия! Но если не судьба, то не судьба.

Моряка выпроводили через два часа и три бутылки рома. И синьора Луиса сидела за столом вместе с Тони, печально глядя на лампу.

— Синьора Луиса, мы не с той стороны подошли, — качала головой Тони.

— А с какой надо?

— Так вы все правильно сказали. Укромная бухта. Рыбаки в такой не нуждаются, им что главное — течения и клев. А вот контрабандисты… Или малышня, которая всюду лазит…

— А ведь и верно, — обрадовалась синьора Луиса. И тут же загрустила. — Контрабандисты… нет, Тони, не пойдет. Гаспар мне, считай, по гроб жизни обязан. А вот к тем ребятам у меня подхода нет. Если и найдется… мы все отдадим. Еще и умолять будем, чтобы взяли, понимаешь? Там народ серьезный…

Тони медленно кивнула.

— Понимаю. А дети?

— Можно поспрашивать. Только аккуратно. Не объясняя, что да зачем.

Тони кивнула еще раз. И принялась рассказывать про Риту и ее семью. Может, и правда чего выгорит? Интересно же…

***

Амадо Риалон вызывал у Эудженио только отвращение. А как еще можно относиться к человеку, которому все досталось с колыбели?!

Все!

Деньги, титул, статус, вообще — все! Разве что золотого ночного горшка не купили, и то, попросила б деточка, так принесли бы!

И где результат? Более самовлюбленного зануды свет не видывал! Ум? Нет, не заметил! Разные это вещи — ум и книжная ученость…

В чем-то Эудженио и был неправ, но в жизни бы никому не признался. А, какая разница! Но сейчас Дженио пришлось стиснуть зубы — и почти пихать в спину этого тюфяка.

— Тебе Паулина нравится?

— Она глупая и жеманная. Нет.

— Тогда почему ты не пригласишь Лассара?

— Ее тетушка против. Она дала это понять…

— Тебе тетка нужна — или Лассара?

Амаод задумался.

— Антония — хорошо воспитанная ритана. Она не пойдет против своей семьи.

Эудженио возвел глаза к небу.

Хорошо воспитанная!

Да вы это самое… воспитанное… видели? У нее на лбу написано: 'не тронь, укушу!'. А то и чего похуже! Лассара же!

Кто про некромантов не слышал?

— Тогда терпи и дальше эту приторную куклу.

Терпеть Амадо не захотел.

— Что ты предлагаешь?

— Сказать ее тетке в открытую, что тебе эта дура не нравится — нельзя. Сказать то же самое Пауле — не выход.

— Тогда что ты предлагаешь?

Амадо тоже не слишком привечал кузена. А чего он…

Эудженио был всем тем, чем не был Амадо. И это было… обидно.

Может быть, кому-то и казалось, что у Амадо Риалона нет никаких проблем. А вот как оно было на самом деле? Что он чувствовал, чего хотел?

Амадо в этом никому не признавался, но…

Но!

Легко ли быть разочарованием для своей семьи?

Он прекрасно знал, что именно было и чего не было между его родителями.

Что было?

Холодный голый расчет с обеих сторон. Жесткий и четкий. Матери нужны были статус и деньги. Отцу нужны были жена и дети… с последним возникли определенные сложности. Амадо отлично знал, что после его рождения доктора запретили матери носить детей. Та этим воспользовалась и старалась увиливать от интимных отношений с мужем, сколько могла.