Танго с призраком. Том 1 (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 46

— Я его… я его люблю!

— Может, он такой козел, что твоей сестрице посочувствовать надо!

— Он не козел! Он… он замечательный!

Козел.

Вслух синьора Луиса этого не сказала, но утешения продолжила. А потом и вовсе постаралась переключить разговор на другую тему.

— Вот, ты вчера со мной пойти не смогла, а мне такую вещь продали.

— Вещь?

— Говорят, это трубка самого Рейнальдо Игнасио Шальвена.

— Рейнальдо Игнасио Шальвен? А кто это?

— Ты не знаешь?!

Синьора Долорес удивилась так искренне, что Антонии даже стыдно стало. Хотя — чего тут стыдиться?

— Нет, не знаю.

— Там была такая история… лет сто пятьдесят тому назад! С ума сойти просто!

— Какая? — заинтересовалась Антония. — Расскажете?

— Конечно.

Все лучше, чем этот слезоразлив пополам с признаниями выдерживать.

***

Дело было около ста пятидесяти лет тому назад.

Как водится, есть люди — есть преступность. Есть преступность — есть и организованная преступность.

Вот и организовались.

Было такое тайное общество, галисинцы. Торговали наркотиками, занимались контрабандой, ну и всякое… черное. Тоже там было. Во главе стоял человек, на которого никто и не подумал бы. Троюродный брат его величества!

И жил в Римате обычный полицейский, Рейнальдо Игнасио Шальвен.

Как — обычный?

Умный, а таких всегда мало. Не любит их начальство. Раз он с ним схлестнулся, два, потом ушел на вольные хлеба, организовал детективное агентство, дела расследовал.

— Как интересно! — Антония уже и забыла о своих горестях.

По Римату поползли слухи. Там Шальвен преступника нашел, здесь, потом саму сеть зацепил.

Дальше было грустно. Сыщику сделали предложение не совать нос в чужие дела. Если, конечно, хочется сохранить его в целости. И не только свой нос. Еще брата, жены брата, племянников, еще родителей… Рейнальдо загрустил.

И согласился.

А потом оказалось, что он три года разрабатывал эту сеть. Три года. И когда настал момент, прорвался на прием к его величеству и дал ему все доказательства.

По стране прокатилась волна арестов. Да какая! Головы летели и среди простонародья, и среди танов — не важно! Лишился бы головы и особо умный королевский родственничек, но — не успели. Удрал.

И начал охотиться за Рейнальдо.

Дальнейшее история умалчивает. Но в один прекрасный день Рейнальдо просто пропал из своего дома. И что с ним стало — неизвестно. Впрочем, его родные и близкие не пострадали.

Антония покачала головой.

— И никто? И ничего? А некромант?

— И некроманты ничего не узнали.

— С ума сойти…

— Вот, распродавали вещи. И эту трубку мне продал человек… клялся, что его прадед был близким другом самого Шальвена и забрал трубку на память. Посмотришь?

— Конечно!

Тони протянула руку к трубке и медленно приняла в ладони прохладную тяжесть.

Мореный дуб, слоновая кость, старая, темная, такого характерного желтоватого оттенка… никакой отделки, никаких украшений. Голая функциональность.

Пальцы сомкнулись — и девушка снова потерялась в пространстве и времени.

***

Друг против друга стоят двое мужчин. Один — высокий, худощавый, чем-то напоминает паука-сенокосца. Немного нескладный и неожиданно обаятельный.

Не красавец, честно говоря. Лет сорока, сорока пяти, не больше. Темные волосы коротко подстрижены, высокий лоб, тяжелый подбородок, прямой нос… очень характерный профиль. Раз увидишь — не забудешь. И все же он очень уютный. Такому человеку хочется довериться. Доверить любые секреты.

Он — надежный. Словно каменная опора моста.

Напротив него стоит мужчина совершенно другого типа.

Красавец?

О, да! По такому не одно поколение женщин будет слезами обливаться. Фигура — эталонная. Длинные ноги, тонкая талия, широкие плечи. Черные локоны крупными кольцами падают на плечи и спину. Картинно красивое лицо.

Точеный профиль, громадные глаза, подбородок с ямочкой… рядом с ним даже Эудженио поблекнет, столько обаяния в этом человеке. Столько харизмы. Он и начинает разговор.

— Не ожидал, Шальвен?

— Ошибаетесь, синьор. Ожидал.

Красивое лицо искажается гримасой ярости.

— Как ты смеешь!?

— Согласно королевскому указу, вы, синьор, лишены дворянского достоинства. И приговорены к смерти.

— Не ты ли возьмешься исполнять приговор?

Шальвен улыбается.

— Синьор Николас, неужели вы думаете, что я не ждал вашего прихода? Я с радостью отдам свою жизнь, чтобы такие твари, как вы, не поганили собой землю Астилии.

Красивое лицо становится вовсе уж страшным. Словно и не человек это вовсе, а чудовище.

— Ждал? Тем хуже для тебя. Выйдем?

— Почему нет?

Шальвен откладывает на стол трубку, проводит пальцем по чубуку, словно… прощается. Так и есть. Именно прощается.

Стык между слоновой костью и деревом пригнан неплотно. Это случилось не так давно, он уронил трубку, собирался починить, но не успел.

Как это странно — вещь переживет человека.

Мужчины выходят из гостиной.

***

— ТОНИ!!!

Девушку сильно встряхнули, возвращая в реальность.

— Все в порядке, — шепнула она. — Все хорошо.

Синьора Луиса отпустила девушку.

— Ты что-то видела? Опять?

— Да. Если это были они… он. Шальвен.

— Расскажешь?

— Конечно.

Синьора Луиса выслушала короткий рассказ. Потом достала с полки книгу и показала старинную гравюру.

— Этот?

— Да.

— Значит, не обманули.

На фото человек был в плаще с пелериной, в странном головном уборе, какие были в моде лет сто пятьдесят назад. Но не узнать это лицо?

Это ироничное выражение с капелькой грусти?

Невозможно!

— Шальвен?

— Их так и не нашли. Ни Шальвена, ни кузена короля…

— Он красивый был. Очень.

— И такая подлая душа! Если захочешь, я дам тебе книгу про те времена, почитаешь…

— Буду очень вам признательна.

Антония решила, что хорошая книга ей не повредит. А то от молитв скоро круги в глазах поплывут. Сил нет, какая гадость! Понятно, необходимость, но тошно же! Тоскливо и скучно!

— А теперь посмотри еще пару вещей.

Тони послушно взяла в руки старинный подсвечник, возраст которого был примерно лет под сто, Но ничего не ощутила.

И со старинным креслом — тоже.

А вот столик…

***

И снова в видении двое людей. Мужчина и женщина

Он — высокий, крепкий, но лицо самое обычное, ничего особенного.

Она — худая, нервная, старше его лет на десять…

— Не отрицай! Ты с ней спал!

— Неправда!

— Хулия говорит, что спал! Не лги мне, Жуан!!!

— Да не лгу я!

Ссора нарастает, женщина настаивает, мужчина оправдывается…

Они стоят друг против друга, он — красный и напряженный, похожий на быка во время корриды. Она бледная и решительная. Громкость нарастает.

Он оправдывается, потом отрицает, потом начинает нападать.

Она нападает с самого начала.

Кричит о разводе, о том, что оставит все свое имущество какому-то Энрико… и в какой-то момент все срывается.

Мужчина толкает женщину, та летит головой вперед, ударяется виском о край столика — и затихает на полу.

Мужчина опускается рядом на колени.

— Анна… Анна!

Бесполезно. Висок очень характерно вдавлен. Женщина мертва.

***

Это видение далось намного легче. Но Антония все равно долго лежала в кресле.

— Опять убийство? — прозорливо угадала синьора Луиса.

— Да.

— Хочешь угадаю, чье?

— Хочу, — согласилась Антония.

— Ее звали Анна. Правильно?

— Правильно, — чуточку удивленно согласилась Тони. А потом догадалась. — вы знали… о ней?

— Я и ее знала. Если ты заметила, одеты и Анна, и Жуан были вполне современно.