Инструкция для дракона (ЛП) - Эйкен Г. А. - Страница 89

Кеита без колебаний подошла к алтарю и взяла протянутый кинжал. Проведя когтём по толстому мрамору, она полоснула лезвием по ладони. Её кровь смешалась с тысячами каплями крови Воинов-Драконов, которые пришли до неё, включая отца.

— Я посвящаю свою жизнь и жизни тех, кого убиваю, могущественной Эйрианвен, — торжественно произнесла она.

Элестрен забрала кинжал.

— Я покажу, где ты будешь спать — одна, если у тебя есть хоть капля здравого смысла, и завтра мы начнём.

Кеита повернулся к драконихе.

— Спасибо, кузина.

— Пока не благодари меня. — Элестрен холодно посмотрела на неё. — Я собираюсь насладиться тем, что заставлю тебя истекать кровью, маленькая принцесса.

Наблюдая, как кузина уходит, Кеита спросила:

— Это из-за того, что я назвала тебя толстозадой? Не пора ли уже забыть об этом?

И когда Кеита увернулась от длинного посоха, который летел ей в голову, поняла, что, по крайней мере, доказала, насколько быстрые у неё рефлексы.

Глава 36

Иззи добралась до главных ворот, прежде чем обернулась и увидела, что все стоят и смотрят ей вслед. Мало кто мог сказать, что с ними прощались не одна, а две королевы перед тем, как отправиться на войну. Плюс отец, дедушка и дяди Иззи тоже стояли там, ожерелье с драконом, которое они сделали для неё из своего любимого оружия, висело под мягкой рубашкой, у самого сердца. Но именно при виде мамы к горлу подступило больше слёз. Иззи знала, что пройдут месяцы, прежде чем она снова увидит женщину, которая рисковала всем ради неё. Иззи в последний раз помахала рукой и быстро прошла в ворота. Когда поняла, что они больше не могут её видеть, побежала, сдерживая слёзы, так как не хотела, чтобы кто-нибудь в её подразделении видел, что она плакала.

Войска собирались на западных полях, и она была благодарна, что семья попрощалась с ней здесь, а не на глазах у всех остальных. Она готова поспорить, что это мудрая идея её отца. Она была уже почти на поле, видя сквозь деревья лошадей, знамёна и собирающиеся войска, когда услышала, как её окликают по имени.

Она остановилась и, обернувшись, увидела, что там стоит Эйбхир.

— Вижу, ты со всеми попрощалась.

Она улыбнулась, вытирая влагу с лица рукавом рубашки.

— Ты же знаешь, какие мы с мамой.

— Да.

Улыбка стала шире.

— Значит, ты пришёл поцеловать меня на прощание?

У него на щеке начал дёргаться нерв, что она уже заметила не в первый раз. А самый первый она увидела на последнем пиру, когда он подошёл к ней и резко сказал:

«Я думал, ты стоишь за кровавым… забудь!» — И так же быстро ушёл.

— Нет, — выдавил он, и нерв задёргался отчётливее. — Я пришёл попрощаться.

— Ты мог бы сделать это там, со всеми.

Он тяжело вздохнул.

— Ты права. Извини за беспокойство.

Он повернулся и направился обратно на Дикий остров. Капризный и грубый, как всегда. Что в ней такого так его раздражало? Он был так мил со всеми остальными.

Она на мгновение прикусила губу, прежде чем сказала:

— Говорят, ты отправляешься на север с армиями бабушки.

Он остановился, но не обернулся.

— Да.

— Будешь вообще по мне скучать?

Он испустил ещё один вздох, более раздражённый, чем предыдущий.

— Конечно. — Он снова повернулся к ней. — Я твой дядя, и буду скучать по тебе.

— Гвенваель — мой дядя. Фергюс. Ты мне не дядя, Эйбхир.

— Иззи…

— Ты никогда не будешь моим дядей.

— Я не стану говорить об этом.

— Как и Селин не мой кузен.

Его серебряные глаза блеснули в лучах утреннего солнца, и он рявкнул:

— Станешь играть в такую игру, принцесса?

— Я ему нравлюсь.

— Пока. Потом он получит то, что хочет, и ему станет скучно.

— Он милый и слишком боится Бриёга, чтобы быть жестоким.

— Если ты влюблена в него…

— Нет.

Он пытался скрыть, но она знала, что увидела облегчение на его бесконечно прекрасном лице.

— По крайней мере, в этом ты поступила мудро, — пробормотал он.

— Он никогда не завладеет моим сердцем, Эйбхир.

— Хорошо…

— Не так, как ты.

— Иззи… — Он начал пятиться. — Остановись.

— Иди на север, Эйбхир. Иди, куда хочешь. Это не будет иметь ни малейшего значения. Потому что, когда придёт время… Ты будешь моим.

— Вот именно. Ты избалованный ребёнок, с которым невозможно работать.

— Но ты всё равно любишь меня.

— Нет, Иззи. Нет. Вбей это уже в свою тупую башку. Ты дочь моего брата, и это что-то значит для моей родни. Но, в конце концов, ты не моя проблема. Но всё же постарайся не дать себя убить, ладно?

Обиженная, но не желающая этого показывать, она ответила:

— Постараюсь избежать смерти.

Он кивнул ей и ушёл.

— И не волнуйся, — крикнула она ему в спину. — Я не планировала ждать тебя.

— Хорошо. Ты не должна.

— Я всегда чувствовала, что моя девственность должна достаться тому, кто её заработает.

И вот тогда Эйбхир споткнулся о собственные ноги и врезался головой в ствол довольно большого дерева.

— Проклятье! — взревел он, схватившись за голову.

Не склонная ждать, Иззи быстро развернулась на пятках и побежала навстречу своим уже выдвигающимся войскам.

Дагмар быстро подползла к краю гребня и поднесла к лицу большие очки.

— Чёрт подери! Мы всё пропустили.

— М-м-м?

Гвенваель обнимал её за талию, и начал целовать поясницу.

— Это всё твоя вина, — обвинила она, пытаясь игнорировать ощущение его губ на своей обнажённой коже.

— Возможно. — Он двинулся ниже. — И ты действительно возражаешь?

— Да! — солгала она.

— Лгунья.

Его язык начал обводить линии его метки. Дагмар скосила глаза, и опустила очки, прежде чем уронила их.

— Из тебя получился худший шпион, — обвинила она.

Они пришли посмотреть, как жена барона лорда Крэддока развлекается с одним из солдат Аннуил. Но выяснилось, что привело Дагмар в неописуемый восторг, что она изменяет мужу с местным свиноводом, который, как она слышала от Морвид, питал странную привязанность к своему товару и редко мылся. К сожалению, когда между фермером и её светлостью начали складываться интересные отношения и начали использоваться странные фыркающие звуки, Гвенваель отвлёк её… несколько раз.

Как ей было что-то сделать, когда он продолжал так с ней поступать?

— Не вини меня за то, что ты не можешь молчать. — Он поцеловал и лизнул её спину. — Думаю, именно твой последний крик их спугнул. И разве ты не сожалеешь, что я не заткнул тебе рот кляпом, как предлагал?

— Если ты заткнёшь мне рот кляпом, я не смогу позвать на помощь.

Он укусил её за плечо и запустил руку в волосы, поворачивая голову так, чтобы завладеть её ртом. Поцелуй был долгим, и Дагмар расслабилась, позволив Гвенваелю взять от неё то, что хотел.

Удовольствие и счастье — когда-то она и не смела надеяться на это. Теперь у неё было столько всего, что она не знала, как с этим поступить.

Он перевернул её на спину, скользнув руками по бокам и рукам. Как будто время не имело значения, его поцелуй всё продолжался, нежно гладя пальцами кожу. Только когда он закинул ей руки за голову, оторвался от поцелуя и мягко спросил:

— Так о чём вы с Фергюсом разговаривали?

Быстро забыв о Крэддоках и их горькой, несчастной жизни, Дагмар вздохнула.

— Ничего особенного.

Он медленно вошёл в тело Дагмар, и она выгнулась навстречу, пока он покрывал крошечными поцелуями её подбородок и шею.

— Моя прекрасная Дагмар, — пробормотал он. — Такая милая маленькая лгунья.

Дагмар протестующе взвизгнула, лягнулась и попыталась вырвать руки, но Гвенваель отказался отпустить её, безжалостно щекоча.

— Стой! Остановись!

Гвенваель замер.

— О чём вы говорили?

— Барон лорд Крэддок. — Она снова завизжала и пнула его сильнее. — Отпусти меня! Ты не можешь так поступить со мной!

— Могу! — выдохнул он. — И должен сказать, мне это действительно нравится. Каждый раз, когда я тебя щекочу, вот так… вот здесь!