Хорошие манеры Соловья-разбойника - Донцова Дарья - Страница 7

Краузе, как та задорная псинка, с восторгом ныряет в очередные отношения, некоторое время пребывает в эйфории, потом Роза понимает, что опять связалась не с тем человеком и пора вылезать из воды.

Справедливости ради замечу, что у Розы Леопольдовны талант отыскивать редкие мужские экземпляры. Как и многие женщины, она сначала судит о парне по его внешнему виду, а затем очаровывается его сладкими речами. Стандартный портрет кавалера Краузе выглядит так: существо в брюках, прекрасное, как Иван-царевич на сером волке, и сладкоголосое, как Лель. Чтобы наша няня благосклонно посмотрела на представителя противоположного пола, он должен обладать пышной шевелюрой, голубыми глазами, широкими плечами, ростом за метр восемьдесят пять и прекрасно подвешенным языком. Все. Ни место работы, ни материальное положение, ни квартирные условия – ничто из перечисленного Краузе не волнует. Единственное, что она потребует от очередного кавалера, – это ответ на вопросы:

– Ты женат? Есть дети?

Разрушать чужую семью Роза Леопольдовна никогда не станет. Даже если мужчина хорош, как Аполлон, отвешивает заковыристые комплименты, целует следы ее туфель на асфальте, даже в этом случае у него при наличии штампа в паспорте нет шансов залезть в постель и кошелек Краузе. Никакие заверения: «Мы с супругой сто лет не спим вместе, просто никак развод не оформим» на Краузе не подействуют. Она спокойно ответит: «Я с женатыми даже в кино не хожу». Полагаете, что Роза за версту чует ложь, понимает, что к ней собирается прибиться альфонс? Нет. Ей жалко незнакомую женщину, няня не хочет стать причиной ее слез. С «чуйкой» у Краузе плохо. Увы, она верит словам, никогда не проверяет то, что сообщил о себе Иван-царевич. Сколько раз ее обманывали? И не сосчитать. В последние годы все романы няни развиваются по одной схеме. К ней в инстаграм в директ пишет красивый донельзя парень: «Ты прекрасна, я хочу с тобой познакомиться».

Краузе заходит в его профиль, видит фото и тут же вступает в отношения. Первую неделю кавалер демонстрирует чудеса щедрости: водит Розу в кино, покупает мороженое, поет о своей любви. Он весел и позитивен. Но потом улыбка исчезает с лучезарного лика. Роза Леопольдовна начинает расспрашивать жениха и узнает, что у него тяжело больны мама, сестра, любимая бабушка, тетя. Нужна огромная сумма на операцию. Думаю, далее рассказывать нет смысла. Потеряв свои накопления, а вместе с ними и очередного Ивана-царевича, Краузе очень огорчается. Но ведь щеночек не способен долго рыдать. Он живо утешается и готов к новым полетам с обрыва в воду.

Глава восьмая

Примерно пять месяцев назад Роза Леопольдовна резко повеселела, покрасила кудри в цвет лепестков нарцисса, купила новое платье и забегала по нашей квартире, напевая.

Я насторожилась и осторожно осведомилась:

– Как его зовут?

Краузе заюлила:

– Вы о ком? Я не собираюсь замуж! Точка.

Макс тоже попытался разведать, что случилось, но потерпел неудачу.

Через несколько месяцев няня спросила:

– Можно я недельку переночую у вас?

– Конечно, – обрадовалась я, – гостевые комнаты свободны, выбирайте любую. А что случилось?

– Сосед сверху забыл закрыть кран в ванной, – объяснила Роза Леопольдовна, – ремонт будет делать.

Прошла одна неделя, вторая, на исходе пятой мы с Максом вдвоем насели на Краузе и потребовали от нее ответа: почему она живет у нас?

Няня разрыдалась и рассказала настолько глупую историю, что нормальному человеку поверить в нее просто невозможно.

Розе Леопольдовне написал… космонавт по имени Сергей Петров. Он был хорош собой, любимый типаж Краузе. Страсть вспыхнула петардой. Два месяца огонь любви горел синим пламенем. А потом у Сережи случилось несчастье. Его обвинили в пропаже радара, прикрепленного снаружи космического корабля. Понимаете, да? Наверное, зеленые инопланетные человечки незаметно открутили радар и продали его на межгалактическом рынке. Стоит этот прибор миллионы. У Сережи такой суммы нет. Он не просил денег у Краузе, собирался взять кредит. Но банк потребовал показать документы на его квартиру, иначе не выдаст космонавту нужную сумму. И что делать? Начальство велело Сергею купить новый радар, а где ему столько миллионов нарыть? Помочь мужику может только Краузе. Она должна подарить свою двушку Сереже на время. Он продемонстрирует свои владения банку, получит ссуду и вернет жилье Розе назад!

– И вы поверили? – ахнула я.

– Уму непостижимо! – взвился Макс. – Роза, сколько раз ты деньги теряла?

– Он не просил ни рубля, – всхлипнула Краузе, – только двушку на время. На месячишко!

Я молча выслушала ее историю до конца. Надо ли объяснять, что, получив апартаменты в подарок, Сергей испарился, как капля воды с горячей сковородки. Мерзавец предупредил возлюбленную:

– Я отправляюсь в командировку на орбиту, вернусь через месяц и отдам тебе квартиру.

Краузе прождала царевича семьдесят дней, потом поехала в свою двушку и обнаружила в ней новую хозяйку. Та показала ей договор купли квартиры и велела:

– Больше здесь не показывайтесь.

Вульф только зубами скрипнул и шепнул мне:

– Я разберусь.

Роза Леопольдовна теперь живет у нас. Но ей морально некомфортно, хочется иметь свою норку, поэтому она собралась заняться бизнесом. Франчизкой!

Я вздрогнула. Так. Новая напасть. Мало нам жуликов-альфонсов, так теперь у няни появилась подруга со странным именем.

– Ты вложила деньги в какое-то дело?

– Да, да, да, – обрадовалась Роза Леопольдовна, – в очень выгодное! Одна тысяча приносит сто тысяч прибыли.

Я задержала дыхание, потом выдохнула.

– Познакомь меня с Франческой. Прямо сейчас. Пусть она приедет! Немедленно!

– Франчизкой, – опять поправила меня няня, – так она уже здесь.

– Где? – изумилась я, и у меня возникли вопросы.

Краузе привела в дом незнакомую женщину? Не спросила у хозяев разрешения? Этого просто не может быть! Вероятно, дамочка с итальянским именем цыганка-гипнотизерша, она одурманила Розу. Ничем другим поведение няни объяснить невозможно. Но с другой стороны, очень хорошо, что авантюристка здесь. И…

Неожиданная мысль пришла мне в голову.

– Роза, – прошептала я, – она с сумкой?

– Кто? – так же тихо осведомилась Краузе.

– Франческа, – уточнила я, – надо влезть в ее ридикюль и вытащить паспорт. Скорее покажи, где пакостница оставила сумку?

Краузе захихикала:

– Лампа! Франчизка там!

Няня показала на дверь.

– В туалете? – уточнила я.

– Им только гости пользуются, – смутилась Краузе, – но они могут ходить в санузел между гостевыми спальнями. Я бы Франчизку там устроила, чтобы она никому не мешала. Но тот сортир маленький. Она бы в него не влезла! А в этом…

Краузе еще раз показала на дверь.

– Просто отлично поместилась. Будто для нее его сделали.

Я прислонилась к стене. Спокойно, Лампа, не нервничай. Оцени ситуацию хладнокровно, истерика еще никому не помогала. Ну-ка улыбнись и задай вопрос:

– Франческа будет жить с нами?

– Да, – подтвердила Роза Леопольдовна.

И беседа потекла рекой.

– В сортире? – уточнила я.

– Он ей очень подошел, – ответила няня.

– Она цыганка?

– Кто?

– Франческа!

– Нет! Нет! Француженка.

– Ты ее паспорт видела?

– Да, он у меня в комнате.

Я отлепилась от стены.

– Зови ее сюда!

– Кого?

– Франческу. Пусть выходит.

– Ха-ха. Франчизка не способна передвигаться.

– Она инвалид?

– Нет.

– Почему тогда не ходит?

– У нее ног нет. Лампа, ты такая шутница!

С этими словами Роза Леопольдовна настежь распахнула дверь. Я, затаив дыхание, заглянула в санузел.

Глава девятая

Я увидела стол и какой-то аппарат, отдаленно похожий на скороварку.

– Вот Франчизка, – гордо заявила няня, – это мой замечательный бизнес.

Я чихнула.