Счастье по завещанию (СИ) - Райская Ольга - Страница 42

Конечно, преподавателям выделили отдельное крыло. Адептки жили в основном трехэтажном здании. На первом — располагались комнаты для элиты. Большие, просторные, с персональной ванной и приходящей уборщицей.

На втором — комнаты для середнячков. Здесь каждая девушка жила отдельно, но удобства посещала общие. Душ и туалет располагались в конце довольно широкого коридора.

На третьем этаже селили по двое, а то и по трое в одну комнату, исходя из платежеспособности адептки. И хоть жильцов тут было гораздо больше, удобства предоставлялись такие же, как и на втором этаже, где Оудэн оплатил мне жилье.

Отец Хезер оказался довольно обеспеченным дельцом средней руки. А учитывая его способности мага, он вполне мог обеспечить двум своим одаренным отпрыскам достойное содержание. И если Нил неохотно брал у него деньги, то блондинка к этому относилась проще. Она быстро получила комнату рядом с моей, сунув кастеляну пару серебрушек.

— Все как я и думала! — заявила Хезер. У нее вещей с собой не было. Видимо, на столь скорое поступление девушка не рассчитывала.

— А как ты думала? — осторожно спросила я. Во всем, что касалось организации быта, блондинка разбиралась лучше меня, выросшей уединенно и, как оказалось, практически в тепличных условиях.

— Лис, ну ты точно, как не на Ландоре родилась! Здесь, как везде! Все продается и покупается! Если бы я этому старому кастеляну сверху еще серебрушку накинула, он бы нам сплясал. Поняла? За пару монет тебе тут любой хозяйственник снег по лету достанет. — Хезер остановилась у края лестницы, едва мы поднялись на этаж. — Пришли, кажется. Дороговато, конечно, но зато мы сами сможем выбрать любую понравившуюся комнату.

— Из всех? — спросила я.

В коридор выходило множество дверей, и только несколько из них были приветливо распахнуты.

— Нам в открытые, — убежденно сказала блондинка. — Чего стоишь? Выбирай, пока есть возможность.

Пожалуй, с такой жизненной философией мне еще не приходилось сталкиваться. Обычно я просто знала, что где-то мне уготовано место, и никто особого выбора не предлагал. Впрочем, и соперничать ни с кем не приходилось тоже. Брала от жизни предложенное и довольствовалась этим, не зная, что бывает иначе.

— Сейчас остальные поступившие с отбора прибегут и расхватают комнаты, пока ты тут стоишь, жалом водишь! — недовольно хмыкнула блондинка. — Пошли вон те две рядом с душем возьмем. Хорошо, когда в удобства не нужно бежать через все здание.

Что ж, и тут я была с ней полностью согласна.

Комнаты оказались почти одинаковыми. Дощатые полы, большое окно с широким подоконником, на котором, наверное, так удобно сидеть, смотреть на звезды и мечтать. Впрочем, мечтать везде удобно, но у меня на это никогда не хватало времени.

Из мебели: удобно расположенный шкаф, кровать с толстым шерстяным тюфяком, уже застеленная выбеленным льняным бельем, прочный стол и к нему пара стульев. Не густо, но жить вполне можно.

— Полотенца, стало быть, в шкафу, дамочки, — предупредил, заглянувший в дверь кастелян. — Если чего посерьезнее потребуется: полочки, занавесочки, лампы с магическими камнями, так вы завсегда ко мне обращайтесь. За отдельную плату найдется.

Старикан загоготал.

— Что я тебе говорила! — прошептала мне Хезер, а к кастеляну обратилась громко, но довольно вежливо: — Мы подумаем, а пока выдайте нам ключи от этой комнаты и от соседней.

— Это можно, — расплылся в щербатой улыбке он, извлек из кармана большую связку ключей, открепил от нее два нужных и протянул нам. — Держите, дамочки, а про мои услуги не забывайте.

— Забудешь тут, — проворчала Хезер, забирая ключи и выпроваживая старикана. — Ну, обустраивайся, а я пока домой за вещами. Может и тебе чего прихватить? Не стесняйся.

— Спасибо, у меня все с собой, — улыбнулась я и похлопала по саквояжу.

— Не густо, — пожала плечами блондинка. — Ну дело твое. Встретимся перед ужином, соседка! Лови!

Ко мне полетел один из ключей, который даже удалось поймать.

Хезер ушла. Я же, заперев за ней дверь, потянулась, закружилась по комнате, а потом с визгом упала на кровать, оказавшуюся на удивление удобной. Даже белье пахло свежестью, лавандой и мятой, словно дома побывала.

Невероятно! У меня получилось. Теперь на какое-то время я свободна от обязательств, вечной ответственности и мужа, который даже взглянуть на меня не пожелал! Ему же хуже. Выжду положенные полгода и добьюсь, чтобы наш скоропалительный брак признали недействительным. А потом… Потом я влюблюсь на зло этому синеглазому красавцу! И замуж выйду только по любви, а не ради долга или присяги королю! Да, так и поступлю.

А вот интересно, знает ли ректор, как его подопечные наживаются на адептах? Мне было приятней думать, что нет. Почему-то вспоминала его взгляд. Он так смотрел на меня, словно был голоден, и только я могла накормить его. Любопытно, я его привлекла как женщина или все же как маг? Ерунда. Наверняка, мне все это померещилось. С чего бы ему проявлять интерес к малознакомой особе, которая даже авансов не давала и никак не поощряла лорда ректора? Точно, показалось. Выдохни, Лисси, и живи спокойно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но, кстати о доме…

— Верея… Вереюшка… — тихонько позвала я.

— Я жавшегда тут, хожяйка, — тут же проявилась моя поместная. — Ждесь крашноглажых еще больше, чем дома! Пришлошь их погонять!

Жаль, что Верея не могла точно сказать, что за сущностей она видела в Торнборне, а теперь и здесь.

— Они опасны?

— Шами по шебе нет, но вот их хожяин… — рыжая девчонка округлила глаза и покачала головой.

— Ты знаешь, кто их хозяин? — кажется, я даже затаила дыхание.

— Не прошледить, — печально вздохнула она. — Но магия темная, штрашная. Яшно, что не цветочки ражводит.

Поместная обвела взглядом помещение и присвистнула.

— Это тут предполагается жить дочери великого графа? — спросила Верея.

— Тс-с-с-с! — не забывай, что здесь учится простая мэтресса Милисента Бьорн.

— Ну да, проштая, — неожиданно хихикнула девица. — Не может моя хожяйка проштой быть, даже ешли шкроетшя шреди черни. Кровь драконов не дашт! Но даже для мэтрешшы шкудновато… Давай пошмотрим, что тут шделать можно.

И я смотрела на то, как преображается комната. Не знаю, как поместная это делала, но незнакомая, совершенно недоступная человеку и в то же время довольно простая и житейская магия впечатляла.

Верея крутанулась на месте и превратилась в вихрь, сотканный из тумана и пронизанный сотнями крошечных искорок-молний. Этот торнадо плясал по комнате, задерживался на мебели и оставлял после себя совсем не разрушения, а чистоту и уют.

На окне появились тяжелые вишневые портьеры. Не бархат, конечно, но вид солидный. В углу примостилась кадка с цветущим и замечательно пахнущим кустом лимонника. Пока он весь был усыпан пеной соцветий, но в скором времени могли появиться ягоды. Их я любила и есть, и добавлять в чай. Не говоря уж о том, что любая часть этого, довольно редкого в наших краях растения, использовалась в отварах и эликсирах. Полезное приобретение.

Над столом возникли две полочки. Одна пустая, очевидно предназначенная для книг, а на второй, покрытой белой накрахмаленной салфеткой, стояли три чашки с блюдцами и пузатый заварной чайник. А его собрат — большой медный, начищенный и сияющий в лучах дневного солнца, стоял на магической горелке.

И это еще не все. Поместная разошлась не на шутку. Кованная вешалка и грязеотталкивающий коврик у дверей. Лампа на столе и небольшой торшер со световыми камнями у кровати. Пуфик, зеркало в тяжелой раме и плетеное кресло-качалка у окна, с перекинутым через подлокотники шерстяным вишневым в тон портьерам пледом. Довершил преобразования пушистый ковер с затейливым орнаментом и толстым ворсом.

— Теперь не проштудишься! — заявила Верея.

— Теперь ни за что не поверят, что здесь живет простая мэтресса, — вздохнула я, но все изменения мне очень нравились. Пожалуй, сама бы я лучше не обустроилась.