Новый старый 1978-й. Книга пятнадцатая (СИ) - Храмцов Андрей - Страница 52

— Ну как вам мелодия? — спросил я у своих подруг.

— Потрясающе, — ответила Солнышко за всех.

— Если такие же будут и слова, то мы взорвём Америку к чёртовой матери, — добавила импульсивная Маша. — А потом и Советский Союз впридачу.

— Полностью с тобой согласен. Но мне почему-то кажется, что вы взорвёте не только эти две страны, но и весь мир. Ну а теперь слушайте песню целиком, со словами. Сначала я исполню её английский вариант. Солнышко, готовься.

После чего мы с Серёгой сыграли, а я спел мегахит Глории Гейнор «I will survive». Я прекрасно помнил, что знаменитая американская певица исполнит его только в октябре этого года. Поэтому времени у нас было достаточно, чтобы самостоятельно выступить с этой песней. И даже успеть выпустить сингл или миньон. Но в случае, если Фредди Перрен и Дино Фекарис, которые стали авторами этой песни в моём старом мире, уже приступили к её написанию, то мы, всё равно, будем первыми.

От песни все были в полном восторге. Ди, Наташа и Лилу, как всегда, в качестве благодарных зрительниц. А Солнышко и Маша — как будущие исполнительницы этого музыкального шедевра.

После бурных проявлений радости, её спела Солнышко, под наш с Серёгой аккомпанемент. В её исполнении песня прозвучала просто божественно, о чем я не преминул сообщить своей первой солистке. За что был награждён аж сразу двумя поцелуями. Видимо, за музыку к песне и за слова.

— Маш, теперь твоя очередь, — обратился я ко второй солистке нашей группы. — В русском варианте она будет называться «Но я жива!». Будущее время здесь заменено на настоящее. Мне кажется, что так будет звучать лучше, чем «Я выживу».

По поводу русскоязычной версии мне вспомнился ВИА «Здравствуй, песня», который в 1981 году выпустил альбом «Вокруг любви». Изюминкой этого альбома стала кавер- версия песни Глории Гейнор «I Will Survive» и на диске она называлась «Я выжила». Но теперь этот вокально-инструментальный ансамбль будет делать кавер с нашей песни и только с нашего согласия.

Я заранее написал для Маши на листочке русские слова, чтобы два раза её самому не исполнять. Она пробежала глазами текст, улыбнулась и сказала:

— Поехали.

Я махнул Сереге рукой и мы снова заиграли, уже успевшую полюбиться всем присутствующим, мелодию. А Маша запела такие знакомые мне с юности слова:

Сколько было слёз и ночей без сна,

Казалось мне, что без тебя я умереть должна, Когда стоял ты у окна казалось, что твоя спина Закрыла мир, я из него уйти должна.

Но я жива, я поняла, что зря из-за тебя Ночей бессонных столько не спала, Переборола я себя и победила я себя, И всё уверенней в себе я становлюсь день ото дня.

Я снова был расцелован, только на этот раз Машей, а потом всеми моими жёнами вместе. Песня, действительно, была классная. Самое интересное, что от избытка переполнявших их чувств, они расцеловали заодно и Серёгу. Ну, раз заслужил, то получай щенячьи нежности в полном объёме. Он был явно не против.

В этот момент к нам решил заглянуть Стив.

— Эндрю написал новый хит, — такими радостными словами встретила его Ди.

— Привет всем, — сказал будущий вице-президет США. — А мне можно его послушать?

— Можно, — ответила Солнышко и с удовольствием исполнила ещё раз вместе с нами мою, хотя, теперь уже с полным основанием, свою песню.

Стив тоже сразу понял, что это нечто потрясающее и торжественно объявил:

— Песня великолепная. Мы её покупаем.

Ещё бы он её не купил. У моего английского компаньона и друга был особый нюх на сенсации. Именно музыкальные. Поэтому он мгновенно уловил, что эта песня завоюет все возможные награды и сердца слушателей, а особенно, слушательниц. Ну а я, в отличие от него, об этом просто знал. Знал, что она станет настоящим суперхитом и займёт в 1979 году первое место в Billboard Hot 100. В 1980 году теперь уже мы, а не Глория, получим за неё очередную премию «Грэмми» как за лучшую диско-композицию, а также она попадёт в список 500 величайших песен всех времён по версии журнала «Rolling Stone».

Мне нравится, когда близкие мне люди счастливы. А они были сейчас, по-настоящему, счастливы. Всего лишь одна небольшая песня, а сколько радостных эмоций она у всех вызвала.

— Ещё Андрей написал к ней слова на русском языке, — похвалилась Маша. — И этот вариант буду петь уже я.

— Кто бы сомневался, — заметил улыбающийся Стив. — Я тоже могу вас порадовать новыми банковскими чеками на довольно большие суммы и за предстоящие выступления в Филадельфии, и от телекомпаний, которых там будет три. Плюс за продажи всех ваших пластинок и синглов.

— Ура! — воскликнула Наташа. — Мы теперь сказочно богаты.

Видя такой творческий и финансовый успех нашей группы, ко мне подошёл Серёга и спросил о его оплате.

— В связи с нашими успешными делами, я готов заплатить тебе сверху обещанных ещё триста тысяч долларов, — сказал я, обалдевшему от такой суммы, другу.

На его лице отразилась непередаваемая гамма чувств. О таком он даже мечтать не мог.

— Ты можешь теперь купить себе шикарную квартиру в Нью-Йорке, — сказал я ему.

— Спасибо, — ответил тот. — Я на такие деньги и не рассчитывал.

— Так, нам надо наш хит срочно записать, пока есть время до отлёта, — сообщил я всем. — Для этого мы сейчас телепортируемся в нашу московскую студию звукозаписи на Калужской. Там, кстати, скоро должны появиться «серебрянки», которых мы обратно заберём с собой. Но мы туда отправимся только вчетвером. Остальные мои жёны вместе с дроидом займутся сбором вещей и чемоданов.

Ди, Наташа и Лилу на это не обиделись, так как понимали, что кому-то надо собирать вещи, раз мы отправляемся на запись. А я отвёл в сторонку Стива и спросил:

— Как отнесутся американцы к тому, что я построю у них в стране на деньги, полученные от продажи бриллиантов, храм богини Бастет, какой он был три с половиной тысячи лет назад?

— Очень неожиданное предложение, — ответил слегка обалдевший от такой новости Стив. — Но судя по отзывам в прессе о богине и о нас всех, это предложение получит довольно большую поддержку, особенно у американок. Я даже читал в одной газете о том, что многие жители США стали верить в неё и используют портреты и фотографии с её изображением в качестве икон. И уже есть свидетельства о том, что они помогли им найти свою долгожданную любовь.

— Помимо этого, это будет дополнительная реклама твоей предвыборной компании и нашей группе тоже. Осталось только выбрать место, где его построить.

— Этот вопрос я беру на себя. Правда её храм в Бубастисе полностью разрушен, поэтому ни у кого нет точных данных по нему.

— С этим я сам разберусь. К тому же сама Бает нам и поможет, так как прекрасно его знает. Только хотелось бы, чтобы место под строительство нам выделили не где-то в штате Невада, а в пределах того же, например, Нью-Йорка.

— Думаю, это сейчас нетрудно сделать. Надеюсь, строить будет моя компания?

— Вместе с моими дроидами. Это получится быстрее и дешевле.

— Договорились.

После этого мы вчетвером переместились в наш московский продюсерский Центр на Калужской. В одной из звукозаписывающих студий нас уже ждали два наших звукоинженера, предупреждённые мною заранее о нашем визите. Они с радостью встретили нас, зная, что дополнительный труд в субботу вечером будет мною хорошо оплачен. «Серебрянок» ещё не было, поэтому мы сразу принялись работать над двумя вариантами новой песни.

Запись прошла легко и быстро. Особых звуковых спецэффектов в самой песне не было, да и настрой у всех нас был приподнятым. Особенно у Серёги, которому обломился такой огромный куш. Наш синтезаторщик прекрасно знал, что его дело нажимать на клавиши, поэтому на особо большие гонорары он не рассчитывал. Ведь именно я был мозгом нашей группы и генератором новых песен. И организатором, естественно, тоже. Именно это всегда и везде ценилось и оплачивалось больше всего. Но Серёгу я никогда в деньгах не обижал и его роль в нашем коллективе считал очень важной.