Апостол Смерти (СИ) - Щербинина Юлия Владимировна - Страница 27

На бледном лице Хеллсинга прыгнула скула.

— Нет.

— Все таблетки пьёшь своевременно?

— Да.

— Когда последний раз?

На секунду мне показалось, что Хеллсинг схватит со стола лекарства и швырнёт их Демиду в лицо. Но таблетки — или страх? — делали своё дело исправно. Мой проводник спокойно взял полупустые блистеры и показал некромантам со всех сторон, точно доказывая подлинность купюры.

— Только что выпил. Пять минут назад.

— Умница, — сухо похвалил его Сумрак и, как я понял, собрался перейти к сути своего визита. Понял это и Хеллсинг, сжал таблетки в руке и торопливо выпалил:

— Откуда вы узнали… когда меня выписывают?

— Ну, это было не сложно, — впервые подал голос Фантом. — Общительные медсестрички запомнили меня, когда я привозил тебе вещи, и радовались каждому моему звонку на пост.

Он говорил вполне себе дружелюбно, без ноток превосходства и показательной заботы, и дёрганные движения вчерашнего пациента чуть замедлились.

— А ты часто звонил?

— В основном в смены Марии, — располагающе улыбнулся Фантом. — Помнишь, светленькая, кудрявая, с высоким хвостом?

— А-а, в розовом костюме которая?

— Да-да-да! Скромная такая, но милая, смеётся красиво, как колокольчик.

Лёгкая улыбка оживила Хеллсинга и на миг стёрла впечатление недавнего психа.

— А её Машкой зовут? — спросил он. — Я всё хотел, да как-то не решился имя её спросить.

— Учись, студент, пока я жив, — по-доброму усмехнулся Фантом, облокотился на спинку дивана с видом мастера обольщения и стал делиться методами грамотного знакомства с девушками.

Хеллсинг постепенно освобождался от напряжённости. Пальцы его перестали судорожно сжимать лекарства, плечи расслабленно опустились, и парень радостно поглощал каждое услышанное слово. Он не замечал, что внимательно наблюдающий за ним Демид так и ждёт подходящего момента, когда жертва потеряет бдительность, чтобы застать её врасплох.

И вот, когда руки спокойно легли на колени, спина выпрямилась, а похрустывание блистеров полностью затихло, Сумрак выдал:

— Я связался с душой Антона.

Улыбка застыла на лице Хеллсинга, как в посмертной маске. В тяжёлом молчании двое некромантов не сводили с него глаз.

Я воспрянул духом. С душой Антона. Стало быть, всё же есть кто-то умерший! Антон… Странно, но это имя что-то потревожило в моей памяти. Я как будто бы понимал, но ещё не осознал, о ком идёт речь.

Ответ пришёл сам собой. Прежний предводитель некромантов! Тот, что по неизвестным причинам покончил с собой, оставив Демида своим преемником. Ну конечно, прошло больше сорока дней с момента его смерти, и он должен был уже выйти на связь, как и планировал Сумрак. Вот только почему он смотрит на Хеллсинга так пронизывающе, так… злобно?

Густую тишину прорезал новый скрип блистеров.

— А, ну… уже ж… прошло сорок дней, пора бы, — тут же заблеял Хеллсинг. Сам того не заметив, он дёрнулся, и таблетки вылетели из его рук и упали Демиду к ногам. На первых парах Хеллсинг рванулся было их поднимать, но так и остался сидеть на месте, будто приклеился к стулу.

Я ещё не знал, что мне предстоит услышать, однако дело стало обретать скверный оборот для моего нового проводника. В воздухе так и витала угроза, граничащая с опасностью, и я чувствовал, нет, я знал, что произойдёт что-то нехорошее.

— Тебе не интересно, что он мне сказал? — спокойно осведомился Демид.

Хеллсинг выпрямился на стуле и расправил совсем сжавшиеся плечи. Как ни старался, что-то скрыть парню было просто не суждено — его тело, дрожащий голос и бегающие глаза всё говорили сами за себя.

— И что он тебе сказал? — Проводник дёрнул головой, но отросшая чёлка всё равно падала ему на глаз. — Объяснил, из-за чего он… убил себя?

— Он себя не убивал. По крайней мере, умирать он не собирался и не хотел. Это произошло против его воли.

Хеллсинг громко усмехнулся, как бы не веря и удивляясь, но никого здесь обмануть не мог.

— Ты же смотрел его дело у отца, — с гонором заявил он и сам испугался своего тона. — Экспертиза ж установила… ч-что он сам спрыгнул, что е-его никто н-не толкал…

— Да, смотрел, — чуть погодя, холодно подтвердил Демид. — А ещё я узнал, что при нём почему-то не было ключей от дома. Я, конечно, всё равно смог попасть в его квартиру, ты знаешь, для меня нет закрытых дверей. Мне нужен был дневник усопших, но почему-то он, — Сумрак чуть склонил набок голову, — лежал совершенно не на своём месте. Кто-то положил его туда уже после смерти Антона.

Плечи Хеллсинга вздыбились чуть ли не до самых ушей и так и замерли.

— Ну, а… а при чём здесь я вообще?! Да и когда это было-то!

— Лёх, ты ничего не хочешь нам рассказать? — присоединился к допросу Фантом, однако спокойным и доверительным тоном.

— Чего вы хотите от меня услышать?!

— Ты же знаешь лучше нас, что Антон мог сказать Сумраку. Расскажи, что произошло, Лёха, не вынуждай нас делать выводы самим, ведь иначе…

— Да что иначе-то?! — Хеллсинг выскочил со стула. — Что иначе?! Я… я понятия не имею, что он там мог сказать, ясно? Я не знаю!

— Антон указал мне на тебя. — Демид тоже поднялся на ноги, спокойно, слишком спокойно для того, что подразумевали его слова. Блистер с таблетками хрустнул под его кожаным ботинком. — У тебя был единственный шанс рассказать по-хорошему, и мы бы все вместе обсудили причину его поступка. Но тебе, оказывается, есть что скрывать.

Всего одно движение, и Хеллсинг со сдавленным возгласом сложился пополам. Я почти ощутил на себе полученный им удар кулаком под дых и тоже перестал дышать. Опираясь рукой об стол, парень с большим трудом смог устоять на ногах и всё пытался глотнуть хоть немного воздуха.

— А теперь вопрос на миллион, — с неотъемлемым спокойствием сказал Демид, возвышаясь над ним, — и спрашиваю я тебя последний раз, Хеллсинг, — что-произошло-с Антоном? Что ты знаешь?!

Опасно звонкий металлический голос раскатился по комнате и бросил Хеллсинга в дрожь, как тварь перед разгневанным творцом. Рука на столе тряслась, грозясь не выдержать веса тела, грудь тяжело вздымалась. И всё же, затравленно оглядывая некромантов сквозь длинную чёлку, он продолжал хранить молчание. Даже взволнованно подбадривающее выражение Фантома не заставило его вымолвить и слова.

Отдышавшись, парень набрался сил и выпрямился, но тут же получил звучный удар кулаком по лицу, налетел на стул и вместе с ним опрокинулся на пол. На столе задребезжала грязная посуда.

— Не бей по голове, — предупредил Фантом ровным, слегка разочарованным тоном. Демид отмахнулся:

— Мозги не разлетятся. По крайней мере, до завтрашнего дня. — Он обошёл стул и сел на корточки перед лицом стонущего от боли Хеллсинга. Из разбитого носа парня сочилась кровь. — А вот потом могу гарантировать тебе новую встречу с твоей Машкой. Как тебе ещё одна бесплатная путёвка в больничный санаторий? Третья за лето. У тебя есть сутки, чтобы подобрать правильные слова для полного изложения на твёрдую пятёрку. Если же проходной балл вдруг не наберётся, завтра, — посмотрел на наручные часы, — в два часа будет вынос тела. Я предупредил тебя, Хеллсинг, даже не пытайся скрыться. Я тебя везде найду, а надо будет, и с того света достану. Ты знаешь, я могу.

С последним сказанным словом он выпрямился в полный рост и вместе с Фантомом удалился из комнаты, не потрудившись запереть за собой дверь.

Хеллсингу стоило немалых усилий подняться с пола. Он болезненно морщился, тихо шипел сквозь зубы и бросал себе под разбитый нос бессвязные ругательства. Кровь продолжала стекать по губам и подбородку, а на боку и плече буквально на глазах зарождались объёмные синяки.

Я смотрел на него и продолжал недоумевать. Что за неведомые персонажи окружают меня, что за игру они ведут? Лера, мой первый проводник, из неё выбыла, о ней можно забыть, предварительно пожелав удачи в её семейных делах. Даст бог, больше не свидимся, ради её же блага и моего спокойствия. Хеллсинг, этот типичный неудачник, мальчик для битья или просто кретин, вляпавшийся в историю, из которой ему никогда не выпутаться самостоятельно. Фантом производил положительное впечатление, но вполне мог как протянуть ему руку помощи, так и набросить петлю на его шею с выражением сочувствия на лице. А вот от Сумрака конкретно в этой ситуации пощады не жди. Он раздавит парня, как таракана, если тот не выложит ему нужные сведения. Только бы не стало хуже от того, что он узнает!