Апостол Смерти (СИ) - Щербинина Юлия Владимировна - Страница 16

Погода сегодня была сравнительно тёплая, целых плюс пять градусов. Глядишь, и снег скоро растает. Уже чувствовалось, что через неделю наступит всеми любимое долгожданное лето — пора отпусков, каникул и отдыха в тундре, гаражах и на туристических базах.

В разгар дня улицы заполнились людьми. Всем хотелось погреться на обычно холодном солнце и, вызвонив друзей и родственников, вооружившись детьми, собаками и — куда без этого! — шапками, люди вышли на прогулку.

Когда мы покинули территорию церкви, Лера надела наушник, дабы притвориться, что говорит по гарнитуре, и томно произнесла:

— Я сделала, что ты просил. Уж извини, что не приняли записку об упокоении — ты не крещённый, здесь я помочь ничем не могу, но свечка стоит. Тебе стало легче?

На самом деле, мне нечего было ответить, и я неопределённо бросил:

— Как тебе сказать.

В молчании мы перешли дорогу и свернули в тихий двор, но и там были люди.

— Может, тогда оставишь меня в покое? — апатично произнесла она. — Уходи к Дёме. Больше мне нечем тебе помочь.

Об этом я уже задумался и сам. Дело сделано, свеча за мой упокой стоит, ничего больше меня рядом с Лерой не держит, кроме одного факта — она одна меня видит. Вот только мне это не даёт ровным счётом ничего.

Меня продолжал тревожить мой странный сон и чувства, испытанные мной у могилы Лериного отца. Быть может, в этом кроется хотя бы часть разгадки того, что я такое и почему я здесь. А иначе вряд ли бы всё это происходило со мной.

Сейчас, испытав величайшее разочарование в своей смерти, я чувствовал себя опустошённым, как измятая пластиковая бутылка. С чего, с чего я вообще взял, что мне так необходима эта свечка? Я искал совсем не то, что мне нужно. Мне не помог ни Бог, ни предводитель настоящих некромантов, а если я застрял по той причине, что меня не крестили, значит…

Значит, мне остаётся только биться головой.

— Странно. — Лера остановилась посреди улицы и задумчиво уставилась в телефон. — Хеллсинг прислал какое-то MMS.

Я пожал плечами.

— Так просмотри его.

— Ага! Ты знаешь, сколько у меня денег сейчас сожрёт, если я включу интернет? — хмыкнула она, но на закачку MMS-сообщение всё-таки поставила.

— Ну не смотри. Мало ли что там тебе прислал этот нарик. А вообще я тебя предупреждал в день нашей встречи и не поленюсь ещё раз — нельзя общаться с такими людьми! Или тебя на иглу посадят, или вообще, не дай бог…

— Лёша не наркоман! — кинулась Лера на защиту сомнительного приятеля. — Я не знаю, что с ним в последнее время, он просто вдруг помешался на некромантии, стал слишком забегать вперёд, но для её развития нужны годы и годы практики. Он же занимается этим недавно и, само собой, не может обогнать Дёму, вот и бесится, и все его вредные привычки оттуда.

Я хохотнул.

— Все беды из-за вас, женщин!

— Я-то здесь при… — возмутилась Лера и тут застыла с открытым ртом, уставившись в экран телефона. — Это… это что?

Я встал за ней, глянул из-за её плеча и неопределённо обронил:

— Фотка какая-то.

Лера защёлкала пальцами по клавишам, чтобы увеличить фотографию и вблизи рассмотреть лица двух мужчин, улыбающихся в камеру в дружеском объятии.

Я удивлённо присвистнул.

— Вот-это-да-а-а!

— Никита… — Мобильник дрогнул в руках Леры. — Что это?!

— А ты не узнала?

— Нет, скажи мне ты! Что это такое?!

— Похоже, какой-то праздник. Видишь, какие рубашки у них нарядные, у одного вон бокал с шампанским, а лица красные, весёлые! Я думаю, это Новый год. — Лера стремительно багровела, и мне пришлось отбросить колкости. — Твои глаза тебя не обманывают. Это Роман и Демид.

Словно потеряв последнюю и такую наивную надежду, Лера поджала губы и поникла.

— Почему… они вместе? Они что, они… знакомы?

— Лера. — Она обратила ко мне потерянное и такое несчастное лицо. — Как же ты не замечала, что они похожи? Командирские повадки, заносчивость, внешность в конце концов! Ладно я, но ты-то не первый день их знаешь. Как можно было не заподозрить?

Лера умоляюще замотала головой и, казалась, была готова схватиться за уши, лишь бы не слышать моих доводов.

— Нет. Нет-нет, это не правда! Это… это какая-то…

От раздавшегося звонка она выронила телефон. Маленькая чёрная трубка на секунду повисла на гарнитуре и брякнулась ей под ноги. Разгорячённая адреналином, Лера тут же подхватила её, сломав об тротуар пару чёрных ногтей, и ответила на звонок.

— Да!.. Как мне?! Лёша, что это?!

Она слушала собеседника с таким несчастным видом, что мне вдруг искренне захотелось ей помочь и пожалеть. Лера пожевала губы и обречённо проговорила:

— Хорошо. Сейчас приеду.

И сбросила вызов.

— Так, стой, не горячись! — всерьёз разволновался я, но Лера уже неслась в сторону дороги. — Да подожди ты!

Я едва поспевал и с трудом поравнялся с ней.

— Не едь к нему! Позвони Демиду…

— Да пошёл этот Демид! — выпалила она, задыхаясь на бегу. — Он… Он… всё это время знал и просто слушал, как я ему душу изливала! Да я… Я сейчас всё выясню!

Провод от гарнитуры бился об её ноги, и Леру уже совсем не заботило, что для окружающих она рычала сама на себя.

— Не ходи к нему, дура! — пытался я вразумить её. — Тебе мало было вчерашнего?! Он же себя не контролирует! Я не смогу тебе помочь, если…

— Да ничего он мне не сделает, отвали!

Вдоль дороги напротив автовокзала стояли в ряд несколько машин, и Лера без разбора прыгнула в первую попавшуюся «Волгу».

Пытаться её переубедить я уже не осмеливался. Всё равно будет огрызаться в ответ под недоумение водителя. Да и толку не будет. Я уже знал, что если Лера на эмоциях, она разгромит лбом все стены и сделает любую опрометчивую глупость.

Всего через минуту телефон её зазвонил снова, и на экране я увидел неизвестный номер.

— Да! — нервно выдала Лера в трубку. — Кто это?

Её лицо с новой силой покрылись красными пятнами. Я придвинулся к ней поближе и услышал из трубки знакомый голос:

— Будь так добра, купи муки в магазине. Пока твоя мама на работе, я собираюсь приготовить ужин. — Помолчав, будто подбирая слова, Роман мирно и даже почти — ну почти! — дружелюбно добавил: — Очень приветствую твою помощь. Вечно перебарщиваю со специями и не довариваю яйца.

Я зажмурился и стиснул зубы. Если бы ты только знал, майор, как же не вовремя ты решил поиграть в хозяюшку и доброго дядю!

— Тише, — прошептал я и дотронулся до Лериного локтя. — Спокойно, спокойно, только не кричи! А лучше сходи за мукой. С ним об этой фотке и поговоришь. Лер, не делай глупостей, ещё не поздно назвать таксисту другой адрес.

Слушать меня она, конечно, не стала, но и кричать в трубку тоже.

— Я буду не скоро, — отрезала она и с иронией добавила: — дядя Рома. Сходи сам в свой магазин!

И бросила трубку.

Сомнительный дружок Леры обитал в общежитии, что в нашем городе называют «гостинкой». Одноподъездное девятиэтажное здание с двумя лифтами и длиннющими коридорами, испещрёнными сотнями дверей. За каждой крохотная прихожая, — она же и кухня — в которой не развернуться, совмещённый санузел с миниатюрной «сидячей» ванной, и единственная комнатка. На первом этаже находилась колясочная, какие-то салоны, офисы сфер услуг и помещение вахтёра, которому, естественно, плевать с высокой колокольни, кто к кому приходит и в какое время собирается уйти. Практически ничего общего с «общежитиями» у этих домов супер эконом класса я не видел. Разве что буйные соседи да не вытравляемые клопы и тараканы.

На зелёной двери жирным чёрным маркером была нарисована огромная пентаграмма с непонятными рунами, а над ней надпись «Welcome to Hell».

Хеллсинг встретил Леру небрежной улыбкой, иронической и самодовольной от знания какой-то истины.