Отбор для невидимки (СИ) - Вознесенская Дарья - Страница 58

— Аржея! Именно ты должна это услышать от меня первой!

— Что такое?

— Ты же была на отборе!

— Да…

— Так вот, невидимка в столице!

Я замерла, а вдова Майер, бросив на меня короткий взгляд, уточнила:

— Вэй-ган Эрендарелл?

— Да! И-и… он полностью здоров!

Он что, болел?! И тут до меня дошло… Забыв о всякой субординации, я хриплым голосом спросила:

— С него сняли проклятье? Он теперь… человек?

— Да! И знаете с кем он провел ночь, после которой все и произошло? С вэей Гасар! Счастливица… Хотя, бедняжке, наверное, вначале пришлось не сладко — он же жуткий был, да? Но теперь, говорят, стал еще привлекательней. Ох, Аржи, тебя-то наверняка пригласят на свадьбу… Или не пригласят? Может эта заносчивая Гасар не захочет видеть бывших конкуренток?

— На свадьбу? — повторила я как попугай.

— Ну конечно! Король так обрадовался, что тут же потребовал своего любимчика к себе и заявил, что все празднества пройдут во дворце! Ну что, дорогая, как тебе новость? Впечатляет?

Не знаю, как она была Аржее… Но у меня возникло ощущение, что меня сейчас стошнит.

52

«Он так торопился сочетаться браком со своей избранницей, что даже не стал выдерживать привычных сроков помолвки»

«Ох эти Эрендареллы — вот вроде давно уже должны были угаснуть, но нет, ничего не берет — ни войны, ни проклятья»

«Гасар, конечно, не вэй-ганы, но великолепное приобретение в род — богатые, влиятельные, да еще и обладающие такими редкими дарами и магией»

Чуть визгливые и брызжущие довольством, что она узнала обо всем первой, слова вэй Дидаллен, а позже и прочих подружек острыми иглами вкручивались мне в голову снова и снова. Когда я ложилась спать.

Когда вставала и выполняла привычные свои обязанности.

Когда плакала во сне…

Снова и снова.

А потом в газете я прочитала о будущем счастливом бракосочетании двух таких знакомых фамилий. И эта вот витиеватая рамочка вокруг объявления и огромные буквы, пронизанные будущим счастьем молодых, застыли железобетонным каркасом моей последующей жизни.

Несколько раз вдова Майер пыталась поговорить со мной, но я… не была готова делиться своими переживаниями. Раскладывать перед другим человеком острые осколки собственной боли, драгоценные жемчужины минут наслаждения, самородки открытий…

Я не пала духом, нет… Но мне нужно было время, чтобы примириться с новой реальностью. И в такие моменты лучше всего оставаться одной. Не позволять себе впадать в истерику, а окружающим — в жалость.

Тем не менее, Аржея, похоже, чувствовала мое состояние, и сделала лучшее, что могла в этой ситуации — перестала брать с собой на театральные премьеры и редкие приемы, которые таки решалась посетить. Отчего я испытывала смесь благодарности, облегчения и… вины. Что из меня сейчас такая паршивая компаньонка.

Так что я старалась компенсировать собственную «нерадивость» рвением в других делах, не требовавших присутствия в благородном обществе.

Чтобы ни минуты не сидеть без дела. И чтобы не дать даже малейшего шанса себе пересечься с влюбленными…

Составляла «карточки слуг», план по ремонту поместья, общалась с потенциальными преподавателями, обходила книжные лавки, собирая все необходимые для будущего обучения книги, а также занялась довольно обширным вэйским гардеробом — в шкафах и кладовых Хэттон — Майер перемешались откровенно девичьи наряды с наглухо закрытыми платьями периода замужества и «печали», жуткие вычурные случайные покупки и неимоверное количество модных костюмов, носить которые без изменений полагалось не чаще одного раза.

Огромное состояние, на самом-то деле. Хороший гардероб в этом мире служил своего рода формой накопления капитала, который при необходимости можно было обналичить. Обеспеченные вэи тратили порой на полный бальный наряд сумму, которую простой служанке не собрать и за всю жизнь.

Потому вещи никогда не выкидывались.

Что-то можно было продать. Что-то перешить. Отложить или определить, как «носибельное». Можно было поменять старые вещи на новые с доплатой у своего же портного или модистки. В столице оказалось полно магазинов подержанной одежды, существовали и "блошиные рынки», на которых часто выставляли наряды, прошедшие долгий путь от вэев — через их бедных родственников и портных — и достигших теперь простых горожан, которые таким образом могли позволить себе купить по доступной цене ту вещь, на которую не хватило бы денег, будь она новая. Поношенные вещи можно было также приобрести по объявлениям в газетах, на аукционах невостребованных вещей, а также на распродажах имущества умерших.

И, соответственно, там же продать.

Так что дел у меня не просто хватало, а было невпроворот — и каждый день я, совершенно довольная, вкладывала в шкатулку очередные монеты, вырученные за одежду.

Вот и сегодня возвращалась весьма удовлетворенная результатом своих трудов — во "втором районе" удалось договориться с мужским портным, что он примет все скопище нарядов из тяжелой, плотной шерсти и темного сукна. На будущие костюмы для мужчин и мальчиков.

Наемную карету я отпустила, решив прогуляться, а может даже посидеть в какой-нибудь кондитерской, утешив себя сладким пирожным со взбитым кремом… И только села за столик, как заметила его…

Молодого мужчину в скромном наряде, который увлеченно рассматривал витрины напротив.

Нахмурилась.

Я бы не обратила внимания, если бы не заметила того же человека утром возле дома, когда выходила по поручению вэи Майер.

Конечно, в столице были тысячи таких вот молодых людей — в чуть потрепанных коричневых сюртуках и серых брюках, моложавых и худосочных, с ничем не примечательной внешностью. Но я, почему-то, была уверена, что это тот же самый.

В голову сразу полезли истории из криминальных хроник, про воров, что «пасут» богатых, а потом, когда те уезжают, грабят их дома. Так что я решила понаблюдать за парнем.

Спокойно, стараясь не торопиться, съела корзиночку с кремом, а потом так же спокойно пошла по тротуару. Ловя в отражении витрин все-таки последовавшего за мной мужчину.

Черт.

Он и правда здесь по мою душу!

Конечно, можно было бы попробовать скрыться, но толку, если он и так знает, где я живу?

Денег у меня с собой особо и не было… только всё это это выглядело крайне неприятным.

Обратиться к стражам? Но что я им скажу? Поговорить вечером с Аржеей?

Но тут произошло событие, которое напрочь выбило из моей головы всяческое беспокойство по данному поводу.

Решив все-таки отдалиться или даже скрыться от неприятного преследования, я нырнула в боковую улицу и вышла на площадь, где проходила почти ежедневная ярмарка. И углубилась в торговые ряды, виляя между прилавками, почти не обращая внимание на то, что там продается.

«Будущее, будущее, желаете ли вы узнать будущее! Проходите к непревзойденному и невероятному…» — я уже ныряла в палатку, кинув мелкую монетку крикливому мальчишке. Конечно, никакое будущее мне не было интересно — я уже все про него поняла. Просто хотела переждать в полумраке и прохладе некоторое время — а может и избавиться от странного сопровождающего.

Но за стол с блестящими шарами и деревянными фигурками села… и уставилась на вышедшего из-за ширмы «предсказателя» в полнейшем шоке. И тут же вскочила.

Такой прыти я от себя не ожидала. Слетев с сидения и перевернув стол, я бросилась на отступающего мужчину, вцепляясь в него всеми пальцами. Еще и ногой «мантию» придавила!

— Вы! — прошипела ему в лицо, не испытывая никакого пиетета перед… черт, да щуплым на вид мальчишкой, а не грозным «игроком»!

Поверить не могла своим глазам, что вот, передо мной и правда тот, кто отправил меня в этот мир!

— За что? — рыкнула, встряхивая его. — Зачем? И что теперь? Почему мы снова встретились, когда я уже уверилась, что обратного хода нет?

— Так его и правда… нет, — сказал он будто сомневаясь. — Хотя, раз мы встретились…