Отбор для невидимки (СИ) - Вознесенская Дарья - Страница 42

— Я про вас!

— Хочу…

— Но мое вы отвергли.

Я изумленно уставилась на него. И возмутилась:

— Простите, но вы… не внимание предлагали!

— А что, по-вашему?

— Издеваетесь?!

— Просто хочу понять, что творится в вашей маленькой свободомыслящей головке! Почему вы с удовольствием гуляете с другими мужчинами, смеетесь и хватаетесь за их руки, а со мной…

— Не хватаюсь я ни за чьи руки! — аж бокал отставила. — Если вы про Эйкоба или вэя Янгарелла, то они вели себя исключительно вежливо и прилично, и, конечно, мне было приятно подобное времяпрепровождение…

— А я, значит, веду себя неприлично?

— Вы мой хозяин! — рассердилась. — И ваши намеки, ваши действия действительно… неприличны. Я не имею права даже дружить с вами, не говоря уж о чем-то другом!

— Так может мне стоит вас уволить, чтобы вы получили, наконец, эти права?!

Я потрясенно открыла рот. А потом зло прищурилась:

— И что это изменит? Я перестану быть мэсси? Служанкой? Не-магичкой? Если вы так хотите точных определений, то я скажу — я не готова, находясь в зависимом от вас положении, становиться вашей любовницей, А большего вы и не предлагаете! И если вам придет сейчас в голову сказать очередную глупость, то я остановлю вас сразу. Я отказываюсь вовсе не потому, что вы — мохнатый. Хоть я и не представляю, насколько вообще можно… ну всё. И как там устроено…

— Нормально можно, — прорычал вэй-ган и вдруг встал, да еще заявил такое, что я задохнулась от возмущения. — А вы… Не слишком ли зазнаетесь? Вам не достаточно того, что я предлагаю? Многие вэи… да пусть и раньше, но сами же сказали, что вам плевать на мой нестандартный вид… Так вот, многие вэи, даже самых высоких родов, и тогда, и сейчас были бы счастливы разделить со мной ложе и стать фаворитками! И это ничуть не отразилось бы на их репутации.

— Вот и спите с ними! — я тоже вскочила.

— А я хочу вас! — рявкнул и подскочил ко мне, да так споро, что я отшатнулась, наткнулась на свое же кресло и упала на него, вжавшись в спинку. Потому что Себастиан навис надо мной, вцепившись своими когтями в ручки и склонив свою лохматую башку к моему лицу. — С ума меня сводите своей рассудительностью, независимостью и заботой… Мне, может, не забота нужна, а…

— А мне нужны, например, свидания! Но кто спрашивает? Цветы, знаки внимания и уверенность в том, что это надолго! Мне нужно понимать, что я для мужчины на первом месте! Что он не женится завтра на той, кто ему больше подходит, и я не буду приносить им чай и следить за их детьми! Как вы не понимаете, что, будь я к вам равнодушна, я бы с большей легкостью…

Ох.

Я прикусила язык.

Вот знала — несдержанность не доведет до добра…

— Так значит, вы ко мне не равнодушны… — протянул вэй-ган, вглядываясь в меня и смакуя каждое слово.

Но я решила, что наступила пора стать партизаном и…

— Себастиан! Я срочно должен тебе сообщить! Это касается мэсси Мары Шайн и…

Появившийся в щели тайного хода вэй-страж Галлар, когда-то меня спасший — и сейчас, похоже, готовый погубить — резко замолчал и уставился на открывшуюся ему картину.

В его руках было развернутое письмо, которое он явно только что прочитал.

И я, пожалуй, точно знала, что было в этом письме…

39

Жаль, что моя сказка не могла закончится как в книгах. Поцелуями, признаниями… и вот мы уже танцуем под восхищенными взглядами свадебный вальс…

В моей сказке я сидела все еще вжавшись в кресло, а двое безопасников, обсудивших «важное» письмо, — они из гостя и хозяина легко превратились в двух хмурых стражей, игравших в этом королевстве важную роль — стояли напротив и только что лампой в лицо мне не светили.

Наверное, можно было порадоваться за их профессионализм и непредвзятость… Но радости не было. Ощущались только грусть, страх и облегчение.

От того, что, Себастиан, конечно, сделает свои выводы — мне не льстящие. И пусть сколько угодно я кричала, что не хочу быть его фавориткой, но, если оставаться честной с самой собой, мне было очень дорого его хорошее отношение и доверие.

Очень.

И да, с его точки зрения, я это доверие предала.

Еще я ужасно боялась, что стражи пойдут на принцип… обвинят меня в обмане его высокоблагородия и в мошенничестве с целью наживы. И отправят в какие-нибудь катакомбы… да что там, подвалы Эрендора тоже сгодятся. Были внизу пара мест, в которые я сходила на «экскурсию» всего однажды, и больше туда не возвращалась. И не собиралась вроде…

Но в то же время, я была почти довольна, что все случилось именно так. Конечно, лучше бы вообще вэй Галлар поддался на мои россказни и не копал дальше — или что он там сделал? письмо написал в столицу? Но раз уж накопал, то пусть мы прояснив все сейчас, одним махом.

Думала ли я прежде, что будет, если меня раскроют?

Думала, но как-то опосредованно. И решила, что, если об этом зайдет речь, буду говорить правду. В конце концов, я не нашла никаких упоминаний о попаданцах или о том, что нас стоит бояться — или убивать. Принцессами тоже не делали. Но раз не было упоминаний, это означало, что узнавшие обо мне вполне могут составить собственное мнение и принять адекватное решение, что со мной делать. А врать дальше? Кто гарантирует, что они не притащат какой-нибудь амулет правды или не начнут копаться у меня в голове? И я не попаду в еще большую ловушку, из которой мне точно не выбраться.

Под изучающими взглядами — блин, да скажите уже что-нибудь! Или рассчитываете, что я сама начну рыдать и делиться своей тяжелой долей? — осторожно протянула руку и сделала добрый глоток вина, смачивая пересохшее горло.

А ничего так допрос будет проходить… с комфортом.

То что допрос будет, я не сомневалась…

— Ваше настоящее имя? — начал вэй страж.

— Мара Шайн, — я вполне с ним сроднилась — так почему нет?

— Вы учились когда-нибудь в школе домоправительниц столицы? В любой другой школе королевста?

— Нет.

— Ваш настоящий возраст? — а это для чего, интересно? Пересчитала по местному летоисчислению — все-таки здесь было на месяц больше в году.

— Двадцать четыре.

— Кем вам приходится мэсси Гаре Алин?

Раскопал таки… Надеюсь, у молодоженов не будет проблем…Или они уже есть?

— Случайной знакомой. И… если позволено будет уточнить, ни она, ни ее жених… муж ни в чем не виноваты…

Пауза. И мне не понравились, как переглянулись мужчины… Мне вообще многое не нравилось в их позах и поведении — но я тут типа преступница и не мне решать, с каким уровнем злости следует на меня смотреть.

— Как вы познакомились?

— На постоялом дворе, на который вы меня привезли. Она остановилась там по дороге к новому месту службы… а я там работала.

— Простой служанкой?

— Да.

— Вы забрали патент и вещи силой?

— Нет, — я удивилась. Проверяет? Мне казалось с мэсси Алин должны были побеседовать… А не могла ли девушка, прикрывая свой поступок, заявить, что я её обманула?

Внутри похолодело от этого предположения.

— Я предложила обмен… — вздохнула, решив и дальше идти по пути правды. — Ей — жить запланированной жизнью, которая так неожиданно могла поменяться из-за того, что владельцу школы в приказном порядке было сказано прислать лучшую ученицу. А мне… мне получить эту работу.

— Зачем? — а это спросил вэй-ган. Глухо и как-то делано равнодушно… Вот что он себе придумал? Взрослый же мальчик…Обиделся?

С другой стороны, может и к лучшему?

Пусть считает меня обманщицей, пусть гонит — и тогда не будет больше моих мучений и метаний между желанием, симпатией и чувством самосохранения.

— Я искала лучшей доли, — сказала спокойно.

— Следили за вэй-ганом? — спросил вэй Галлар.

— Нет.

— Пробрались ли вы сюда с целью кражи, наживы?

— Нет!

— Вам знакомо имя вэй Одиль Шонел?

Я нахмурилась, припоминая и сказала неуверенно:

— Фаворитка королевского отбора? Та, что наслала проклятье?