Дотянуться до небес (СИ) - "Focsker" - Страница 100

– Смелое заявление. Тысяча ваших против тридцати-пятидесяти тысяч Ламийских вряд ли смогут устоять две недели. А вот пару тройку дней, вполне. – Покачав головой, добавила Питта.

– Даже если и так, этого будет вполне достаточно, чтобы наша армия успела приблизиться и осадить Лайдалай. – Откинувшись на спину, произнесла Тиргир. – Вы уже, как я предполагаю, догадываетесь, для чего нам нужна ваша помощь.

– Проникнуть в город и помочь открыть ворота, как я понимаю. – Усмехнувшись, произнесла Баки.

– В точку! – щелкнув пальцами, сказала Старуха. – Посейте в городе смуту. Настройте население против текущей власти и правительства – это было бы тоже к месту, но самым главным является то, что в нужный час и момент ворота для нашей армии должны будут распахнуться. Вы меня понимаете? – Сердито щурясь, оценивающе, спросила старуха.

– Задачка не из легких, учитывая местоположение Вашей армии и нашей. К моменту, когда мы туда доберемся, Ваш план успеет трижды провалиться. Лайдалай слишком далеко. – Вновь взяла слово Баки.

– За это не переживайте. В случае Вашего соглашения, вы будете у границ города уже к завтрашнему утру.

– Сколько магов перемещения и их жизненных ресурсов потребуется для столь длинных прыжков?! – Ошарашенно спросила Питта.

– Много, но конечный результат стоит большего. – С прищуром и недоверием, оценивая молчаливую и непьющую Брунхильду, проговорила старуха Тиргир.

Глава 69 - Мятеж

На далеком Востоке, вот уже третий месяц стояла по колена в болоте Ламийская армия. Зажатые в клещи с двух сторон Ламийки были фактически окружены и отрезаны от столицы. Предательство хранителей великого моста, а также объединение Азавийцев и светлых эльфов, стало настоящим шоком для всей центральной империи. А теперь, когда Ламия узнала, что её любимый лично возглавил бунтующуюся армию и отправился на Запад, мысли у неё были только об одном.

«Как сбежать из этой ямы к столице, при этом не потеряв всё своё войско, а вместе с ним и целую страну». Каждую ночь до этого, суеверная Ламия молилась не за себя, не за свою армию, а лишь за то, чтобы вновь встретиться с ним. Её первой и последней любовью.

– Госпожа! – Взволнованно вбежала в шатёр Ламии одна из Лордесс. – Вам стоит на это взглянуть. Нашим разведчицам удалось взять в плен одну из эльфиек, и ей есть, что рассказать! – Радостно заявила слуга.

– Говорливая эльфийка? Ничего себе. Они обычно с большей радостью языки себе откусывают, чем идут на контакт с людьми. – Подобная информация могла быть действительно полезной, тем более, сейчас, когда Ламия, волнуясь о своем любимом, не могла уснуть.

– Что же, веди меня. Взглянем на эту длинноухую. – В одном халате и с клинком в руках, произнесла императрица.

В стоявшем отдельно от других шатре, собралась целая толпа, поголовно состоящая из сливок общества, а именно графинь, баронесс и лордесс.

– Ну что, где эта пленница, о которой мне тут все уши прожужжали? – Бесцеремонно войдя в шатер, спросила Ламия, став в центре собравшихся.

– Её здесь нет, уважаемая Ламия. – Спокойно произнесла старуха, имевшая титул герцогини, отвечавшая за земли вблизи Азавийской империи.

– Нет? Тогда как мне расценивать подобное мероприятие, на которое меня даже не удосужились позвать? – Положив руку на клинок, спросила Ламия.

– Полагаю, мятеж – будет подходящим словом, Моя Госпожа. – После этих слов все собравшие обнажили мечи, направив их в сторону императрицы. Те немногие Змеи, прибывшие с Ламией, не успели сделать и этого.

Молниеносные удары в спину отправили гордость империи на вечный покой. Видевшая это правительница, скрепя зубами, искала путь и возможность, как выбраться из этого шатра.

– Моя Госпожа, сбежать вам не удастся. Нас тридцать четыре, а Вы всего одна. Уберите клинок. – Всё так же спокойно потребовала старуха.

– Я, гордая дочь Астарты, сама решу, когда и что мне делать со своим оружием. – Сказав это, Ламия уже для себя решила, даже если и умрет, то, как минимум, эту высокомерную и забывшуюся старуху, она заберет с собой.

– И в этом вся Ваша проблема, Ваше Величество. – Недовольно покачав головой, заявила герцогиня. – Вы смотрите на меня, на нас, но отказываетесь видеть. Проблемы, обрушившиеся на нас и наш народ, Вы продолжаете их игнорировать.

– А вы, значит, можете всех их вот так вот запросто решить, убив меня здесь и сейчас? –Оценивая свои шансы на побег, произнесла императрица.

– Увы, все проблемы это не решит, а вот часть из них – вполне. – Сделав шаг назад, подальше от Ламии, произнесла старуха.

– Герцогиня, я же вам так доверяла. Ваши земли процветали, Вам никто не мешал расти и развиваться, мы даже глаза закрывали на то, что Вы немного подворовываете из караванов, направляющихся в столицу.

– И мы Вам за это благодарны, Госпожа. – Улыбнувшись, произнесла старуха, - Однако, в процветании нашего края, нет других Ваших заслуг. Лишь торговля с Азавией и Домом пяти религий, в тайне от Вас и имперской семьи, позволили Востоку жить и развиваться.

– И вместо того, чтобы убедить меня, ты решила свергнуть. Что, на престол захотелось, восточная продавшаяся сука? Что пообещали тебе эльфы и Азавийские свинопасы? – Приготовившись к атаке, в последний раз спросила Ламия.

– Престол. – Холодно блеснув глазами перед тем, как её голова отделилась от тела, ответила старуха.

Стремительный удар Императрицы одним своим касанием поразил сразу троих. Кровавый вихрь закрутился в шатре. Рассекая плоть словно масло, Ламия рубила всех и вся без разбору и раздумий. Летели конечности, головы, мечи, копья и стрелы.

Будь на Ламии сейчас её броня, а не этот чёртов халат, она бы показала этим предательницам, чего стоит их императрица, но сейчас…

Копьё, с хрустом ломая кость, вонзилось Ламии в ногу. Не выныривая из боевого транса, императрица наотмашь ударила притаившуюся сзади мятежницу. Хрустнул череп, тяжелая рукоять, ломая нос и челюсть, оттолкнула боронессу, после чего Ламия, переломав копьё пополам, чтобы то не болталось, с мечом в одной руке и палкой во второй, двинулась вперед.

– Седьмая… Девятая… Сука, да сколько же вас ещё здесь… – В миг, когда стрела от малого арбалета вонзилась ей в спину, зашипела Ламия, метнув прямо в голову стрелявшей обломок деревянного копья.

Привычка никогда не расставаться со своим мечом, доставшаяся ей от матери, не раз спасала женщине жизнь. И теперь, слова матери о том, что «Сталь – лучше любого друга и союзника» заиграли для женщины новыми красками.

– Двенадцатая… Восемнадцатая… – Уставшая сражаться на пределе своих возможностей Ламия, пропустила очередной удар, распоровший ей руку от плеча до ладони.