Меч с человеком. Дилогия (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 77

Вышли на улицу. Народ ходил, торговал, старательно делая вид, что всё в порядке и жизнь продолжается.

Обратным свидетельством этого сомнительного утверждения была похоронная процессия, идущая к погосту. Особенно запомнилась худая женщина, одетая в белую одежду — это у них знак траура. На глазах слёзы, одна рука сжимает руку маленькой девочки, а другая держится за гроб, несомый четырьмя носильщиками, двое из которых девушки. Рук рабочих сейчас не хватает, ведь погибали преимущественно мужики, которые сейчас и лежат в гробах.

И таких много. Десятки, сотни. Вереница простых деревянных гробов, дети, рыдающие вдовы, старики, провожающие сыновей и дочерей в последний путь…

Никогда не любил вот этот неизбежный этап любой битвы.

Ладно бы где-то на поле боя — сложили в одну братскую могилу, или на один общий погребальный костёр. Это просто, это понятно. Без плача, но с горькими сожалениями. А тут… дети, жены, родители, родственники… Тяжело это, сука… Всегда тяжело. Не могу привыкнуть, понимаете? Сколько бы ты лет не прожил, сколько смертей бы не видел, а к похоронам не привыкну. Может, кто-то и привыкает, а я не могу. Не могу и всё!

— Давайте во дворик зайдём, что ли. — тихо предложил я Непу.

— Ага. — ему, похоже, тоже зрелище не по душе пришлось.

Эднагина же шла опустив голову. Не пропащая она, кто бы что не говорил. Нормальная она. Иногда муки, страдания, физические и моральные, действительно ведут к перерождению человека.

Ох… Во внутреннем дворе двух прилежащих друг к другу домов, происходило то же самое. Выносили покойника. Гроб простой, из низкокачественной древесины. Женщина лежала на гробу и громко рыдала. Старуха стояла в стороне и прижимала к себе троих малолетних детей. Провожало покойного мало людей — не считая жены и старой женщины с детьми, всего пятеро.

— Дай им три серебряных монеты. — попросил я Непа. — Просто моя блажь. Делай.

Нептаин подошел к лежащей на гробу женщине и неловко похлопал её по плечу.

Отреагировала бедная женщина не сразу. Она поднялась на нетвердых руках, из-за чего крышка гроба съехала.

Я узнал покойника. Он был с нами на стене, через три человека от позиции Непа. Дрался достойно, но я помню, как его сшиб влетевший на стену вуул. Они же совсем с ума сходят, когда их коммандер на стену гонит. Ни инстинкта самосохранения, ни страха, идеальные камикадзе.

Нептаин, сочувственно глядя на женщину, вложил ей в руку три монеты.

Я уверен, мы не сильно помогли, ведь семья лишилась кормильца, но хоть какое-то время они протянут.

«Уходим». — сказал я, наблюдая за ничего не соображающей сейчас женщине, всецело поглощенной болью утраты.

Сука-война.

И мы в этом дерьме по самую макушку. И энергичными гребками погружаем себя всё глубже.

Раздумав касательно праздного сидения в чьём-нибудь дворике, направились в таверну к Аному.

Аном стоял за стойкой и меланхолично тёр деревянную кружку тряпкой.

— Аном, два пива. — заказал Нептаин. — И куру как обычно.

— Будет. — степенно кивнул тавернщик.

«Думаю, нужно уже сейчас найти себе место под генеральный штаб». — предложил я.

— И где искать это место? И какие вообще бывают эти хенеральные штабы? — поинтересовалась Принцесса.

«Спросите Анома. Может, по соседству продаются, а он знает?» — дал я наводку.

Аном принёс заказ, расставив его на столе.

— Добрый человек, Аном. — вежливо обратился Нептаин к тавернщику. — Не ведомо ли тебе, не продают ли тут рядом здания какие-либо?

Аном ответил не сразу, припоминая.

— Кузницу закрыли давеча, погиб хозяин с сыновьями, наследников нет, поэтому город продаёт землю и строение. — произнес он наконец.

«Не вариант». — отверг я вариант. — «Надо что-то вроде бывшей таверны или типа того, чтобы можно было народ собрать, переночевать, поговорить и план состряпать».

— А что-то вроде таверны какой не продают? — без особой надежды уточнил Неп.

— Моя только. Но я ещё не решил. — пожал плечами Аном. — А так, в течение дня захаживают люди, я поспрашиваю.

— Добре. — кивнул Неп.

Я огляделся. Действительно, помещение объемное, ещё и о трёх этажах, первый каменный, остальные цельнобревенчатые. Да и уютно тут, что сказать… На третьем этаже можно соорудить что-то вроде кабинетов, один из которых превратим в конференц-зал, а на первом этаже вообще можно сделать всё, что угодно — опенспейс, мать его! Хоть сейчас столы с клерками и прочим планктоном расставляй, включай компы и будут они тут отчеты со сводами клепать. Ещё и подвал есть, маленький правда, но это дело никогда не поздно исправить. Выкопаем прямой путь в Мордор!

«Спроси, почём продаёт». — попросил я Непа.

— А за сколько уступишь? — поинтересовался тот.

— Тридцать золотых, меньше не могу. — ответил Аном, без особого интереса, правда.

— Сейчас столько нет. — покачал головой Неп.

— Ну тогда и говорить не о чем. — равнодушно ответил на это Аном.

— Но деньги будут. — заверил его Неп. — Ты, главное, за бесценок не сбывай, мы нужную сумму соберем в течение ближайших месяцев.

— У меня времени не то, чтобы много… — развёл руками тавернщик.

— А ты часть оплаты магическими услугами примешь? — улыбнулся Нептаин.

На секунду в глазах Анома промелькнула надежда, затем разочарование, затем снова надежда.

— Говорили, что кто-то на стене колдовство применял. — произнес он медленно. — Ты чтоль?

Нептаин медленно покивал.

— Во сколько ценишь своё исцеление? — поинтересовался он.

Аном снова надолго задумался, даже сел на лавку по соседству с Принцессой. Вот нравится мне такой типаж людей. Не действуют экспромтом, стараются всё продумать. Их обычно жизнь сразу бьёт сильно, поэтому они учатся планировать и продумывать всё заранее. Не баловни судьбы, проще говоря. Но теряются, когда жизнь наносит дополнительные добивающие удары, так как планы это, как правило, ломает радикально.

— Пять золотых. — ответ удивил даже меня.

— Пять?! — поперхнулся пивом Неп. — Почему?!

— Ну, я тебя не знаю. — начал объяснение Аном. — Вдруг ты шарлатан какой, облапошить меня вздумал? А так, я, даже не особо исцеленный, останусь с двадцатью пятью монетами на руках, покучу как следует и подохну как человек в дорогом трактире где-то на Озерном берегу. А если сработает, то обязуюсь работать на вас за еду, кров и защиту в течение двух лет. Как тебе такое?

Тут уж даже я задумался. Он всё вывернул так, будто это он нас сейчас хочет прокиднуть.

«Циферку надо бы приподнять…» — подумал я.

— Десять золотых, и это последнее слово. — отрезал Нептаин. — На двадцать золотых тоже можно прокутить очень долго, но это только если я шарлатан. А давай так! Я лечу тебя, а ты потом к магам пойдёшь, пусть проверят результат. И никакого обмана. Договор состряпаем?

— Суд не работает, — отмахнулся Аном. — Этот договор будет не дороже пергамента.

— Но заработает же. — не согласился Неп. — Так как?

— Десять?.. — Аном снова «завис» на размышления. — Хорошо. Условия вроде добробожеские.

«Добробожеские условия?!» — возмутился я. — «Да он грабит тебя как мага-специалиста! Но мужику помочь надо».

«Тоже думаю, что надо людям помогать». — транслировал свою мысль мне и Принцессе Неп.

Будем помогать. Ибо если нет — то в чём смысл?

Глава 10101. Литр добросердия

— Вот и всё. — заключил Арким. — Вырезали эту заразу…

На столе перед Нептаином и Эднагиной лежал бессознательный Аном. Зайди кто-то сейчас в таверну — точно бы подумал, что сектанты затеяли тёмный ритуал.

Операция по удалению доброкачественной опухоли, которая поразила желудочно-кишечный тракт Анома, успешно выполнена. Здоровенная, семи сантиметров в диаметре, уродливая опухоль, лежала сейчас в серебряном блюдце.

— Теперь действовать буду я. — произнес меч. — Приставь лезвие к левому нижнему ребру Анома.

Нептаин приложил лезвие к указанному месту. Начали раздаваться щелчки разрядов, а Аном очнулся и начал орать.