Меч с человеком. Дилогия (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 110

– Приготовиться к бою! Засада! – внезапно заорал Неп. – Рекс, оборонительное построение!

Нет, я его понимаю. Порой вместо сложных и хитрых тактических ходов безотказно срабатывают простые решения. И именно сегодня у нас такой случай.

Разбойники потерялись, всё пошло не по плану, дерево не упало, команды не последовало, поэтому момент с прицельным первым залпом из луков не прокатил.

Ещё они не учли, что под чёрными сюрко, в которые мы нарядили поголовно всех чудовищерубов, скрываются толстые кольчуги, а надеть кольчужный капюшон – дело секунд. Костяные стрелы плохо работают против стальных кольчуг, а походные щиты, окованные сталью, делают чудовищерубов буквально стрелонепробиваемыми.

Запоздалый град костяных стрел бессильно разбился о щиты, Эднагина проорала яростный боевой клич и повела половину чудовищерубов Рекса в атаку. Нептаин же стоял с поднятым щитом и искал взглядом массовика‑затейника, всё это мероприятие устроившего…

«Вон он, за дубом», – подсказал я ему.

Вожак банды был растерян, сценарий, который по всем предпосылкам должен был сработать, дал сбой.

Пока Эднагина и Рекс, направляя ватагу, уничтожали многочисленных, но плохо вооружённых разбойников, Неп решил разобраться с, так сказать, главной головой гидры.

В щит врезались стрелы, чем ближе к подозрительному дубу, тем чаще и точнее, но стрелами Непа не напугать.

– А‑а‑а!!! – выскочил из сухого кустарника разбойник с лесорубским топором и попытался расколоть Непу голову.

Парировать топор – это вершина глупости. Поэтому Нептаин уклонился, позволил инерции сделать своё грязное дело и вбил щитовой шип в шею неудачнику. Надпись «ЩОРС» обагрилась свежей артериальной кровью.

Разбойники дрогнули. Серьёзное сопротивление караванщиков в их умах как правило не предусматривается, поэтому при усилении запаха жаренного они бегут. Рубящий вертикальный удар – самый смелый из свиты разбойничьего вожака мужик с воплем свалился на засыпанную жёлтой хвоей землю без правой руки. Рывок вперёд – второй защитник вожака глупо опрокинулся на задницу и получил колющий удар в грудь, отправивший его к разбойничьим богам, в края вечного вымогательства.

– Погоди, воитель! – взмолился вожак. – Не губи!

«Готовит какую‑то подляну», – предупредил я Непа. – «Подляна висит за спиной, он тянет к ней руку».

Нептаин ничего не ответил, а быстро приблизился к вожаку и снёс его с ног ударом тяжёлого щита. Довершил дело укол мечом, то есть мной, в лицо.

Он огляделся, я тоже. Картина успеха. Чудовищерубы, не понёсшие безвозвратных потерь, докалывали раненых разбойников.

– Как с людьми, Рекс?! – крикнул Нептаин вожаку ватаги.

– Все живы, но есть трое раненых! – отчитался Рекс. – Ходить могут, но надо перевязать!

– Занимайтесь! – приказал Неп и склонился над вожаком разбойников.

Перевернув тело, он наткнулся на странную бронзовую штуковину.

– Я был бы очень осторожен с ней, – предупредил я его. – Внутри какой‑то яд. Подожди пока я его не осмотрю.

Нептаин не стал браться за штуковину и принялся выжидать.

М‑хм… М‑хм…

Это сложный по местным меркам механизм пускает на дистанцию до пяти метров металлическую стрелку со смертельным ядом. Дорогая штука, очень и очень редкая. Хэндмейд, мать его. Но ещё дороже сам яд.

– Бери её, но за выступающую шпильку не берись, – дал я ему указание. – Это уменьшенная версия самострела, пускает стрелку с ядом. За пару секунд опухнешь, не сможешь дышать, а потом закономерно умрёшь. Я встречал этот яд раньше, правда, в прошлую нашу встречу он был куда грязнее по составу и куда менее эффективным. А тут прямо‑таки высокая культура производства…

– Что это может значить? – поинтересовался Нептаин, деловито срезающий с пояса вожака кошель с солидной деньгой.

Я уже посчитал и оценил состав: двадцать хадрейнских золотых, не самых новых, со священным, но заплывшим жиром ликом герцога.

– Это может значить то, что нападение не случайное, – ответил я задумчиво. – Лучше собрать ватажников и готовиться ко второй серии этой драмы.

– Понял, – кивнул Нептаин, а затем повернулся к нашему каравану. – Общий сбор, в оборонительное построение!

Собиравшие трофеи ватажники тут же кинулись обратно, кто‑то даже побросал интересные образчики железного оружия, которые можно было бы хорошо толкнуть на городском рынке. Но дисциплина, которую мы вбивали в ватажников железной рукой, сказала своё веское слово. Они внезапно вспомнили, что не в контактном зоопарке и снова стали организованной ватагой.

Я оказался прав. Вторая волна татей вышла из лесов меньше чем через час и двинулась в немедленную атаку.

– Стреляй! – приказал Неп, вооружившийся мощным чудовищерубским самострелом.

Такие штуковины сложны в изготовлении, требуют некоторого количества дефицитной стали, а также недюжинной силы при непосредственной эксплуатации.

Наведя самострел на самого здорового татя, Неп выстрелил. Остальные последовали его команде и тоже разрядили самострелы в приближающегося противника.

Эх, Милона…

Болт Нептаина пробил бедного татя насквозь, войдя в его грудную клетку по самое оперение. Перезарядка. Выстрел.

В течение минуты Неп положил троих татей, у остальных, кроме Эднагины, вооружённой мощным луком, результаты были похуже.

Эдна уверенно прикончила шестерых, дав мастер‑класс по быстрой стрельбе. Тут‑то я и вспомнил про одно изобретение из XXI века иного мира… Но реализация этого довольно‑таки простого агрегата будет отложена на потом.

Бой из дистанционного плавно перетёк в ближний.

– Это жалкие тати! – заорал Нептаин. – Слабые и трусливые! Стой крепко и они дрогнут!!!

Громогласный голос Непа вселил в и без того не особо переживающих ватажников воодушевление, я видел это по их лицам.

Во второй волне татей было около сотни. Вооружены так же паршиво как и первые, на физиономиях нет уверенности в успехе, вожак вообще держится сильно позади.

«Эдна, положи того типа в шлеме и кольчуге!» – дал я указание нашей поленице. – «Позади держится и руководит атакой».

Эдна лишь кивнула и вскинула мощный составной лук, каким могли бы быть вооружены воины Чингисхана. Дотянув тетиву до самого уха, что развитая мускулатура Эдны позволяла очень легко, она отпустила её и длинная оперённая стрела, снабжённая шиловидным стальным наконечником, пронзила покрытую кольчугой грудь руководителя налёта.

Сто пятьдесят метров – отличный результат!

«Прекрасный выстрел, родная!» – похвалил я Эдну. – «Теперь посмотрим, как они реорганизуются!»

Интенсивность боя всё нарастала. Неп вступил в схватку. Пропустил колющий удар копьём в грудь, но тать вложил недостаточно силы для прокола зерцала панцыря, поэтому и упал спустя секунду с отрубленной головой.

Остальные ватажники держались достойно: прорваться через защитную цепь из пятидесяти бронных профессионалов не удалось никому из татей, обладавших никакой подготовкой и вооружённых переделанными из кос мечами от фирмы ТОО «Орала на мечи», а также облачённых в деревянную или меховую «броню». Качественная сталь и подготовка решают.

Спустя несколько минут, когда ватажники были с ног до головы покрыты татьской кровью, нападающие, в очередной раз за этот длинный день, дрогнули и обратились в бегство.

Милона, она, может, неординарная личность, но глупая… Не пожалела бы денег на нормальных наёмников, мы бы отсюда не ушли.

А сейчас уйдём.

Но, с другой стороны, я её понимаю. Ей надо избавиться от нас, а не устраивать очередную бессмысленную войну с Лоодрейном. Послов убивать нехорошо во все времена, такие дипломатические выпады всегда сказываются на репутации города и, соответственно, на прибылях. А городские толстосумы многое могут простить и спустить, но в этот список даже близко не входит потеря прибылей. Это страшнее, чем оскорбить их предков или плюнуть в их родную мать. Торгаши…

– Рекс, доклад! – приказал Неп.

– Трое убитых, двадцать легко ранены, пятеро тяжело, – сообщил старший ватажник. – Ходить все тяжёлые не могут, как и пятеро лёгких.