Все страхи ночи (СИ) - Целищев Даниил Васильевич "Daniil_Cel" - Страница 8

Неуверенность в ответе на свой вопрос, не давала Журналисту броситься к ним на встречу с радостными криками. Нужно было проверить.

Он достал телефон. Из-за беззвучного режима он пропустил один звонок и одно СМС. Прикрыв ладонью светящийся экран, Журналист проверил звонок. Федеральный номер. Скорее всего, откликнулась служба спасения. «Может быть, они, не дождавшись ответа, уже направили хотя бы полицию», - пронеслось у него в голове. Перезванивать он не стал, а вместо этого открыл входящее сообщение.

«Уходи оттуда», - прочел он. Номер был все тот же, с которого писала Алена.

Голову опять наводнили сомнения. Он опять не понимал что происходит, и кому верить.

Меж тем, лучи фонариков, похоже, обшаривали помещение кафе. Пару раз они освещали кусок кухни в проеме под дверью. Затем свет пропал, и наступила темнота.

Журналист сидел на полу возле двери, держа доску от забора в руках. Можно было на кухне найти оружие и посерьезнее - кухонный нож или топор для разделки мяса. Но поиск создаст лишний шум.

По-прежнему ничего не происходило. Журналист тихо заерзал на месте. Нервное напряжение и любопытство не давало ему быть неподвижным. Наконец, он решил снова оценить обстановку в зале кафе. Осторожно оперев доску на стену, Журналист потянулся к двери. Вдруг, послышался скрип половицы. Той самой, на которую наступил он, входя в кафе.

«Они здесь!» - с ужасом пронеслось в его голове. Он отпрянул от двери, посмотрел вниз, в зазор между деревянным полотном и полом. Света фонариков не было. Послышался лёгкий хруст стекла. Похоже, эти люди медленно двигались по залу. Понимая, где закончатся их поиски, Журналист решил уходить с кухни наружу. Он пожалел, что прикрыл дверь от чёрного входа. Теперь совсем беззвучно здание не покинуть.

Он начал медленно разворачиваться от двери. Похоже, темнота способствовала небольшой дезориентации, и его пошатнуло. Ногой он задел поставленную доску, и та с оглушительным для такой тишины грохотом, упала на пол.

Журналист в ужасе замер. За кухонной дверью, в зале тоже наступила тишина. Все это слилось в единое молчание со всем окружением на пару минут. Был слышен только уличный ветер и лёгкое постукивание голых веток кустарника друг об друга. Напряжение было таким сильным, что Журналист всем телом ощущал тех людей за дверью. В то же время, его ноги от страха словно примерзли к полу, мешая выбежать через чёрный ход кафе.

За дверью послышались шаги. Медленные, тихие, они были все отчётливее слышны за кухонной дверью. У Журналиста мучительно забилось сердце. Он абсолютно не представлял, с какой целью пришли эти люди, потому не знал, как ему реагировать.

Внезапно шаги стихли. Журналист задержал дыхание. Ему показалось, что люди за дверью к чему-то готовятся. Если у них было оружие, то можно ожидать самого худшего. Журналист так и стоял возле кухонной двери в полной нерешительности.

Совсем близко, возможно, в паре шагов от кухонной двери, в зале кафе, чей-то мужской голос тихо произнёс: «Семен, это ты?»

Молчание. «Так», - подумал Журналист. - «Стрелять они не стали. Начали говорить. Значит можно рискнуть и ответить».

Едва он открыл рот, как из зала кафе снова послышался скрип входной половицы. Затем, возле кухонной двери прозвучали шаги на месте. Похоже, скрип заставил этих людей развернуться. На секунду, Журналисту показалось, что он почувствовал запах озона. За дверью закричали:

«Миха, беги, прикрою!»

После этих слов прозвучал оглушительный со свистом хлопок. Журналисту заложило уши. От неожиданности, он согнулся, прислонившись к кухонной двери. Сквозь помутнение он услышал ещё два таких хлопка, сопровождаемых яростными ругательствами.

Дверь кухни резко открылась на Журналиста, сбив его с ног на пол. Лёжа на боку, он повернул голову в сторону кухонного проема. Ему ослепительно светили фонарем, так что не видно было лица вбежавшего человека. Журналист смог опознать в фигуре только попавшую под луч ногу с чёрным ботинком. С белой блестящей тканью поверх него.

В зале прогремел ещё один свистящий хлопок. Что - то издало булькающий вой. Послышался истошный крик. Человеческий.

Фонарь, слепящий Журналиста, резко отвернулся в сторону зала кафе.

«Лёха!» - закричал мужской голос в проеме кухни.

В глазах Журналиста, после слепящего света, внезапно стало темно. Зрение ещё не привыкло к темноте, но он начал подниматься с пола. Нужно было убегать. Не было смысла искать упавшую доску. Сейчас главное - покинуть кафе живым.

Рядом с ним, в дверном проеме кухни, закричал владелец фонарика. Журналист быстро посмотрел в ту сторону. Зрение начало привыкать к темноте, и он увидел только пустой проем, силуэты которого вычерчивало слабое уличное свечение горящих обломков.

Неожиданно, по всему зданию кафе прошел, как гром, мощный гортанный нечеловеческий вой. Журналиста опять оглушила сила звука. Причём, он начался совсем рядом с дверью, ведущей в кухню.

Что бы это ни было, но двоих человек оно одолело без проблем. Журналист не собирался быть третьим, и бросился к двери чёрного входа. Толкнув ее плечом, он вывалился на улицу.

 Не обращая внимания на боль в ноге, он бежал изо всех сил. Миновав голые кустарники, выбежал к одному из частных домов и перепрыгнул через невысокий забор садового участка. Журналист услышал в спину протяжный вой, доносящийся из кафе, но не стал оборачиваться. Так он добежал до одноэтажного частного дома из белого кирпича, свернул от него, и, снова перепрыгнув, через забор, оказался на соседней улице. Забежать в дом, в поисках чего- то полезного для выживания, Журналист даже не думал. Теперь любое помещение не казалось ему безопасным. От бега началась одышка. Пришлось перейти на быстрый шаг.

Он брел вдоль забора по неасфальтированной дороге минут пять, изредка включая и выключая фонарь. Журналист боялся привлечь внимание, но освещение было необходимо, чтобы не подвернуть ногу на местных канавах. Снова он не слышал ни единого постороннего звука. Оглушительная тишина начинала порождать слуховые галлюцинации. Ему мерещился шорох за спиной, какой-то лёгкий топот. Журналист несколько раз оглядывался назад. Никого.

Он вспомнил про телефон. Достав и разблокировав, Журналист увидел одно входящее сообщение.

«Мы в Доме культуры, на главной площади, это в центре. Скорее!» - такой был текст.

Номер телефона отправителя был незнакомым. Это был не тот, с которого писала Алена. Его, Журналиста, снова куда-то зовут, и снова ждут. Все эти игры с телефоном его начинали по-настоящему раздражать. Столько было вопросов, а из ответов только догадки. В кафе были однозначно бойцы из грузовиков. Они специально пришли в помещение, примерно после СМС Журналиста. «Перехватили сообщение или телефон? Возможно. Почему позвали Семена?» - такие вопросы были у него в голове. Журналист вспомнил название кафе. «У Семена», - было написано на сломанной вывеске у входа. «Значит, они искали бармена», - подумал Журналист. - «Почему именно его? Бойцов послала Алена?»

У него появилась мысль, что раз бойцы ищут людей, значит, все-таки проводится эвакуация. И вместо того, чтобы изрешетить пулями дверь кухни, на всякий случай, люди все-таки позвали по имени человека, предположительно живого. Исходя из таких выводов, Журналист принял решение, что при первом удобном случае - сдастся им без разговоров. Возможно, блестящий комбинезон поможет хотя бы не спутать его с этой тварью из кафе, и по нему не будет открыт огонь на поражение.

Журналист вспомнил, что его ждут в местном Доме культуры на площади, в центре Коньково. Он остановился и понял, что не знает, где этот центр находится. Ему приходилось быть только на окраине городка. Если он сейчас будет плутать по местным проселочным улочками, то есть вероятность заблудиться. Нужна была помощь в ориентировании.

Он набрал на телефоне номер последнего пришедшего СМС, чтобы позвонить. Послышались длинные гудки. Журналист простоял в ожидании минуты две. Так и не дождавшись соединения, линия оборвалась автоматически.