За Веру, Царя и Отечество - Шамбаров Валерий Евгеньевич - Страница 216

Столь значительная победа - первая после полосы отступлений и неудач заставила прикусить языки даже оппозицию, и либералы теперь рассыпались в поздравлениях. Жоффр и Китченер признали проведенную операцию "блестящей", и сразу же повысился пошатнувшийся рейтинг России на международной арене. А армянский епископ Месроп писал великому князю Николаю Николаевичу: "Отныне Армения освобождается от страшнейшего турецкого ига, и народ армянский, благословляя Ваше имя как святое, передает своим грядущим поколениям". Наместник ответил: "Да поможет Господь для всеобщего блага закрепить навсегда Эрзерум как часть единого Российского государства и тем положить конец вековым страданиям христиан, находящихся под турецким гнетом". А турки и немцы находились в величайшем шоке. Результаты победы в Дарданеллах пошли насмарку. Вместо того чтобы получить подкрепления из Османской империи, Германия сама теперь вынуждена была поддерживать Порту. И значительные силы, высвободившиеся под Константинополем, вместо того, чтобы послать на Салоникский фронт и в новую экспедицию на Суэц, срочно нужно было перенацеливать на ликвидацию прорыва. Приостановилась и отправка войск в Месопотамию против осажденного корпуса Таунсенда, и в Иран - для намеченного окольного прорвыва в Закавказье.

А успехи русских одним Эрзерумом не ограничились. Ведь одновременно развивались и вспомогательные удары на флангах. 4-й Кавказский корпус перешел в наступление 22.1. 2-я казачья дивизия Абациева со 2-й армянский дружиной и 12 орудиями сбила заслоны курдов и "гамидие" и начала углубляться на территорию противника. 26.1 серьезный бой произошел у с. Кара-Кепри, куда турки стянули все наличные части - несколько батальонов пехоты, эскадрон конницы, около тысячи курдов, 300 бандитов из "тешкилят-и-махсуссе". Все эти сборные команды были разгромлены, и казаки 1-го Лабинского полка полковника Рафаловича ворвались в г. Хнус, порубив там 327 аскеров и захватив большие артиллерийские склады. В этом бою отличился сотник Бабиев - будущий знаменитый белый генерал, которого называли "бешеным осетином". Подкрепить этот фланг при начавшемся наступлении на главном направлении турецкие командование не могло, и операции Де Витта успешно развивались и дальше. 16.2, одновременно с Эрзерумом, стрелковая дивизия Назарбекова вместе с тем же Лабинским полком взяла Муш. А 2.3 части ген. Абациева и Чернозубова после ожесточенного боя, доходившего до рукопашных схваток, овладели Битлисом - первой в город ворвалась дружина Андраника, проложив себе путь по трупам врагов штыковым ударом.

Крупная победа была одержана и на причерноморском фланге. Здесь пластуны 3-й Кубанской бригады ген. Геймана во взаимодействии с кораблями Батумского отряда 8.3 взяли турецкий порт Ризе. В меморандуме мартовской межсоюзной конференции стран Антанты в Париже отмечалось: "Русская армия на Кавказе (7 дивизий пехоты и 5 дивизий кавалерии) одержала крупные успехи над турецкой армией. Она взяла Эрзерум, заняла Битлис, пересекла дорогу из Трапезунда и продолжает свои успехи, гоня перед собою турецкие силы, которые, по-видимому, совершенно расстроены.". Войска Юденича заняли территорию глубиной 150 км. Турецкая 3-я армия была разгромлена полностью. Она потеряла больше половины своего состава - 66 тыс. чел. Убитыми, замерзшими, умершими от болезней, ранеными. 13 тыс. попало в плен. Было взято также 9 знамен и 323 орудия. Русской армии победа тоже далась не дешево. Она потеряла 14796 солдат и офицеров, из них 2339 убитыми, более 6 тыс. обмороженными, остальные - ранеными. За проявленный героизм более 100 солдат и казаков были награждены Георгиевскими крестами. А Юденич был удостоен ордена Св. Георгия II степени - став третьим (и последним) кавалером этой высочайшей награды за всю войну (кавалеров ордена Св. Георгия I степени в это время в Российской армии не было вообще). Когда для вручения наград в поверженный Эрзерум прибыл великий князь Николай Николаевич и увидел, какие укрепления сокрушила и преодолела Кавказская армия, он вышел на площадь перед построенными солдатами и снял перед ними папаху. А потом повернулся к Юденичу и низко поклонился ему...

53. ВЕРДЕН И НАРОЧЬ

Франция с Англией сумели хорошо использовать передышку, которую дал им противник. И хотя без толку положили много народу и израсходовали массу ресурсов в частных операциях, имели теперь на Западном фронте значительное преимущество, их армии достигали 4,5 млн. чел. (активных штыков 2,3 млн.). В это время они достигли успехов в Африке. В январе окружили и вынудили сдаться немецкие отряды в Камеруне. А в Восточной Африке 38-тысячные контингенты британцев и бельгийцев сумели наладить взаимодействие между собой и стали оттеснять вдвое меньшие силы германского ополчения к южной границе. Но вот на главных театрах до согласованности и взаимодействия странам Антанты было далеко. Каждый тянул в свою сторону и, как писал ген. Вильсон, получалось, что каждый "ведет войну против общего врага более-менее отдельно". Достичь координации действий не удавалось никак. При разработке планов на 1916 г. Алексеев предложил очень дельный проект экономического и стратегического "сжатия" враждебной коалиции путем разгрома слабейших ее звеньев. Турции - ударами с Кавказа и Ирана, и навстречу - из Сирии и от Персидского залива. И Австро-Венгрии с Болгарией - совместным наступлением Салоникского, Итальянского и русского Юго-Западного фронтов.

Эти предложения были однозначно отвергнуты. Франция боялась ослаблять свой фронт. Опять возникли традиционные опасения, что подобные действия приведут к усиление русских на Балканах и Ближнем Востоке. И после очередных совещаний 14-15.2 французы и англичане представили меморандум, признающий необходимым удары снова не против слабых, а против самого сильного звена - Германии. Свое наступление они предполагали начать в июле на р. Сомме. И указывалось, что для России и Италии "было бы полезным" начать на 2 недели раньше, оттянув на себя вражеские резервы. Русская Ставка высказалась решительно против оттяжки операций до середины лета, что заведомо отдавало инициативу противнику. Однако все возражения союзники отмели - дескать, раньше не получится. Они, кстати, полагали, что немцы снова сосредоточат усилия против России, поэтому утратой инициативы не очень впечатлялись - пусть враг поглубже увязнет на Востоке. Алексеев же, когда были согласованы окончательные сроки - союзники наступают 1.7, русские - 15.6, лишь пожал плечами и сказал, что исполнить эти планы противник все равно не даст.