Таяние льдов Арктики (СИ) - "VELVET ORCHID" - Страница 59

Но он опоздал.

Девушка что-то яростно спросила у Бориса Николаевича, схватив его за полы куртки. Тот ничего не ответил - просто отодвинул ее в сторону и двинулся дальше. Похмелье, видимо, настроение не улучшало.

После этого девчонка совсем вышла из себя - она от души врезала несчастному Борису Николаевичу!

Ой, наверное, это было больно… Прямо по печени! Сосед аж осел!

Жалко беднягу, конечно! Но лучше пусть бьют его, чем самого Эльмира! Он-то тоже был ни в чем не виноват!

Но Бориса все равно следовало выручить. Вот только как?

И в этот миг сосед, скотина такая, все испортил:

- Эльмир Лазаревич, помогите! Или полицию вызовите, прошу! Тут сумасшедшая!

Девушка резко обернулась.

- И вы… Эльмир? - удивленно выдала она, - Да сколько у вас тут Эльмиров?!

- Так один… - жалко проблеял сосед, - Редкое же имя!

Вот точно козел! И Эльмир хотел ему еще помочь!

- А вы не Эльмир? - вырвалось непонятливое у девушки.

Философ потихоньку начал пятиться.

- Я - Борис! - возмутился сосед, - Эльмир - это тот, кто стоит за вашей спиной!

Девушка мгновенно развернулась к философу. Ее глаза опасно сощурились. Дурой она явно не была.

Секунда - и девчонка в ярости подскочила к Эльмиру, замахиваясь на него и пытаясь его схватить. Философ сориентировался мгновенно. Выставил вперед руки, останавливая девушку и чуть сжимая ее запястья, чтобы тут же отпустить их. Девчонка снова попробовала его достать и вновь получила отпор.

В третий раз она нападать не стала.

Просто нахмурилась и уточнила:

- Ты знаешь приемы дзюдо? Где учился?

О, это было дзюдо? Ну да, Эльмир им занимался, когда был подростком… Тогда он много куда ходил.

Философ спокойно назвал секцию.

- Почему бросил? Я тебя не знаю, - не сдавалась девчонка.

- Применил запрещенный прием в отношении соперника, - равнодушно пожал плечами философ, - Пнул его коленом между ног! Так что из секции меня выперли.

За дело. А вот нечего было дразниться и вы… Выеживаться!

Матушка была в восторге. Она только посоветовала в следующий раз пинать сильнее.

Девушка опустила руки, чуть расслабившись. Ее губы дрогнули.

Отлично! Опасность почти миновала!

Теперь можно было и поговорить. Но Борис Николаевич решил начать разумную беседу первым.

- Можно я пойду, а? - просительно выдавил он, - Пожалуйста!

Эльмир и девушка хихикнули одновременно.

Атмосфера потеплела.

- О, Любаша, - внезапно раздалось приветливое сбоку, - А ты чего тут? С еб… С Эльмиром Лазаревичем пришла познакомиться? Ну, он ничего такой, да? Хоть и… В общем, почти четкий! Андрея вон от родителей спас! Я типа не смог!

Ага, а вот Николай! С яйцами.

Как вовремя, хоть он и опоздал! Теперь Эльмира точно не побьют!

- Так, - тяжело вздохнула девушка - похоже, Люба, - Можно про родителей и Андрея поподробнее?

Да, кажется, Эльмиру сегодня на работу никак не попасть.

Впрочем, как и Борису Николаевичу, которому срочно захотелось подлечить свою печень проверенным, народным средством. Разумеется, на спиртовой основе.

Ну… Все, как доктор прописал.

========== Глава 40. Вон оно че, Михалыч… ==========

- Вон оно че, Михалыч… - протянула Люба, отставив стакан с соком в сторону.

Эльмир вместе с кузиной Андрея и Николаем зашли в ближайшее кафе, чтобы окончательно все прояснить.

Философу пришлось позвонить Ольге Алексеевне и голосом умирающего лебедя сказать, что он заболел.

Завкафедрой хмыкнула и посоветовала ему хорошо опохмелиться. Эльмиру совет понравился. Сейчас он как раз сидел с бокалом вина. Ну, приближался полдень - самое время для того, чтобы выпить.

Под красное вино даже рассказ Николая о жизни Андрея казался абсолютно нормальным. Несмотря на то, что там присутствовали такие слова, как “блять”, ебанный пиздец”, “охуеть”, “берет”, а также жалобы на эксплуатацию (Колян, видимо, устал таскать чужие яйца), возмущение поведением отца Андрея и краткое описание героического спасения принцессы из лап батюшки-дракона.

- Я не Михалыч! - возмутился Николай на реплику Любы, - Я Васильевич! Как Гоголь! Который писатель!

Любовь только тяжело вздохнула, но спорить не стала. Видимо, прекрасно знала, что некоторые вещи Коле лучше не объяснять. Все равно поймет по-своему.

- Так, значит, у вас любовь? - уточнила Люба у Эльмира, - Никакого принуждения?

- Ну… - пожал плечами философ, - Иногда Андрей пробовал переступать рамки и действовал очень упорно. Но я не назову его действия принуждением… Сдаюсь сам. Добровольно.

Любовь нервно хихикнула.

- Да, нужно брать нахрапом! - радостно закивал Николай, - Со всех сторон жертву… Ну, не жертву, а краша своего обложить! А то ведь уведут! Андрюха верно все делает!

Любовь снова хихикнула.

- Раз такое дело, - подытожила она, - То я с отцом поговорю, а он с дядей Сашей перетрет. Батя у меня мировой мужик! Тоже тренер, как и я! Я целенаправленно по его стопам иду!

Эльмир недоверчиво хмыкнул.

- А твой отец меня бить не придет, случайно? Я уверен, что к мнению своего брата он прислушается. А отец Андрея не очень-то рад нашему союзу, - поинтересовался спокойно философ.

Только еще одного дзюдоиста ему и не хватало! Скоро всем двором его уже будут пиз… Бить.

Его и Бориса Николаевича. Второго просто за компанию. Из-за подозрительной внешности.

- Нет, отец только меня и мать слушается! - с возмущением возразила Люба, - Какой брат? Не беспокойтесь, как я скажу, так и будет!

Да, иногда было хорошо, когда в семье царил матриархат.

- Да, не парьтесь! - поддакнул Николай, - Любашин отец - клевый мужик. С юмором. Не такой строгий, как у Андрея.

Это, конечно, радовало.

- Кстати, мне тут Андрюха как раз пишет, - добавил через минуту Николай, - Он вас потерял, Эльмир Лазаревич! Ну, я ему все объяснил по-хорошему. Сказал, что мы с вами и Любой в кафе сидим, перетираем…

Замечательно!

Не хватало только того, что Андрей начнет сходить с ума! От ревности, разумеется. Потому что, сто процентов, он подумал, что Эльмира похитили коварные женщины.

Философ уже раскусил этого паразита. Эльмир в который раз проклял себя за то, что не взял номер Андрея. Но с Князевым все как-то не до мелочей…

Эльмир радовался ровно до того момента, пока Андрей собственной персоной с шумом и прытью барана не вломился в кафе, где они сидели.