В любви и на войне все средства хороши! Книга 2 (СИ) - Ведуница Ирина - Страница 84

Во-вторых, мне требовался план пещер, хранившийся у Рона, плюс его, точнее мой, амулет накопитель. Осталось только придумать, как забрать их из закрытой на ключ комнаты, пока Рон будет спать? Недолгие размышления привели к рождению несколько сомнительного и дерзкого плана, ведущего к тому, чтобы он сам открыл дверь и оставил ее на ночь незапертой. Других идей ко мне все равно не пришло. Так что решила попробовать, а там посмотрим, получится у меня или нет?

Фактически, я взяла за основу план, составленный мужчинами без меня, вот только внесла в него некоторые коррективы. Интуиция подсказывала мне, что шансы на успех велики и все обязательно должно получиться. А, может, я просто сама отчаянно хотела в это верить.

Сам ужин дался мне нелегко: пришлось подключить все свои актерские способности, чтобы отыграть задуманную роль максимально достоверно. Возможно, не будь Грэг так занят мыслями о предстоящей вылазке, он мог бы что-нибудь заподозрить. Слишком уж наблюдательный! Нона мое счастье, сейчас его занимали совсем иные заботы, так что на мои вопросы он отвечал немного невпопад, хоть и достаточно подробно. Словно стремился поскорее отвязаться от неуемной любопытной девчонки, но при этом не дать мне понять, что эти знания мне вряд ли уже пригодятся.

А я старательно изображала с трудом сдерживаемое волнение, вкупе с предвкушением и азартом: все те чувства, которые наверняка должна была бы чувствовать, отправляйся я в составе диверсионной группы на самом деле. Сама же, тем временем, осторожно задавала вполне уместные в такой ситуации вопросы.

— Грэг, а Рон сказал, что завтра нужно мне будет экипироваться. Это как? Следует взять все свои вещи? Или потребуется нести что-то особенное?

— Ничего сверх меры. Пойдете налегке. Вещмешок нужно будет облегчить. Оставь там только аптечку на всякий случай. Возможно, пригодится еще моток веревки, но его возьмет Рон. Одеяло, сменную одежду и посуду не бери. Так же, как и все то, что может звоном или стуком выдать врагу ваше местонахождение.

— А как одеваться?

— Удобно. Так же. Как путешествовала до этого. И плащ надень: ночью в дороге будет прохладно, а на воде ветрено.

— Кстати, насчет воды… Там долго плыть на лодке? А то вдруг снова непогода разыграется, а я плавать совсем не умею.

Вот тут я рисковала. И будь Рон действительно вынужден взять меня с собой, сдавшись под напором неопровержимых аргументов, грэг мог бы воспользоваться этим предлогом и запретить мне идти. Вместо этого Мортон спокойно и несколько отстраненно вполголоса объяснял мне, как маленькому ребенку, очевидные для него вещи. А я, в свою очередь, слушала затаив дыхание и старательно запоминала.

Еще бы! Он-то был уверен, что ни на какое задание я не пойду, а у меня от количества и качества полученной от него информации зависела успешность всей вылазки.

— Не волнуйся, там всего метров сто — сто пятьдесят от силы. Оглянуться не успеешь, как на острове окажешься.

— А лодка надежно спрятана? Вдруг ее кто-нибудь найдет до нас? Или в море унесет отливом?

— Лодка на берегу, но причальным концом привязана к дереву, так что никуда не денется. Тамошние солдаты ее не тронут, потому что на ней приплыл один из них. А местные туда сами не сунутся. Забыла уже про инфразвуковое излучение?

В последнем вопросе прозвучала явная насмешка, словно Грэг ждал, следующего вопроса о том, что это вообще такое? Он же и не предполагал, что я давно уже расспросила Рона об этом странном явлении, столь похожем на заклинание ментальной магии.

В общем, не на ту напал! Вместо этого я задала совсем другой вопрос:

— А долго нам до берега идти? Ночью же! Этак без света можно и ноги себе в чащобе переломать. Или хуже того, совсем в лесу заблудиться напрочь!

В ответ на меня посмотрели уже с откровенным раздражением. Похоже, я его капитально достала своими неудобными вопросами. И взгляд Грэга не предвещал мне ничего хорошего, когда он сквозь зубы процедил:

— По дороге пойдете, а потом по тропинке. Не заблудитесь. А если у тебя столько опасений и претензий, то сиди-ка ты здесь! Всем только удобнее будет.

— Нет, спасибо — тут же пошла на попятный я, изображая раскаяние. — Извините, Грэг, постараюсь больше не донимать вас вопросами, а терпеливо дождаться инструктажа от Рона. Попробуйте этот пирог с морошкой его здесь готовят просто изумительно!

— Спасибо, я уже сыт. Если и ты закончила, то пора уже подниматься к себе и ложиться спать. Помнишь условие Рона?

— Помню. Сейчас отвар допью и пойду. Вы уж подождите немного. Или идите без меня. Здесь-то со мной вряд ли что случится.

Ответом мне был мрачный взгляд и нарочито тяжелый вздох. Но больше Мортон мне ничего не сказал. А вернулась к доеданию пирога и вкусному травяному питью.

В обеденном зале было шумно и сумрачно. Поэтому-то я и решилась обговорить все интересующие меня вопросы здесь. Никому дела не было до нашей беседы, даже голос особо понижать не приходилось. Но на всякий случай, когда говорила, я все же склонялась ближе к Грэгу.

Впрочем, для этого имелась и друга причина. Стоило нам спуститься вниз на ужин, я почти сразу заприметила, что на этот раз Рон сел совсем недалеко от нашего столика и не раз, пока ела, ловила на себе его пристальные взгляды. Тяжелые, голодные, почти физически ощутимые. От них у меня самой в животе все сладко сжималось и начинали мелко дрожать руки, от желания немедленно пересесть к нему, оказавшись в сильных и таких желанных объятиях.

Но усилием воли я снова и снова брала себя в руки. Продолжая засыпать Грэга вопросами. А сама тем временем только раззадоривала наблюдающего за мной мужчину, тщательно следя при этом, чтобы мое провокационное поведение не заметил сидящий рядом собеседник.

То небрежным жестом откину прядь волос, словно невзначай мазнув кончиками пальцев по шее. То слизну с уголка губ, оставшуюся от пирога крошку. А то и вовсе медленно и неторопливо оближу ложечку, принесенную мне для десерта. После последней выходки я словно невзначай бросила взгляд в сторону столика Рона и довольно улыбнулась про себя, увидев, что он сидит напряженный, как струна, а руки, сжимающие столовые приборы, сжаты в кулаки до побелевших костяшек пальцев.

На не вовремя подошедшую с вопросом подавальщицу, он рыкнул так, что на него начали оборачиваться люди. Впрочем, почти сразу же все вернулись к своим делам, а назойливую девицу, как ветром сдуло. Что ж, кажется, и этот план тоже начинает действовать.

Поэтому я совсем не удивилась, когда поднявшись к себе в комнату, спустя каких-то десять минут услышала осторожный стук в дверь и тихий голос, зовущий меня по имени. Рон.

Стоило только открыть ему дверь, как он вихрем ворвался в комнату и захлопнув за собой створку, сгреб меня в охапку, приникая к губам жадным поцелуем, на который я с огромным удовольствием ответила. Нежности не было, только страсть: всепоглощающая, сводящая с ума, заставляющая отбросить сомнения и всякие понятия о приличиях.

В себя пришла, когда в оголенную кожу внутренней стороны бедра больно врезалась пряжка от ремня Рона. Оказывается, я уже фактически висела на нем, обхватив ногами за пояс, с задранной до талии юбкой и полу расстегнутым лифом. Спиной ощущались жесткие доски стены, по коридору, громко топая, прошел кто-то из постояльцев. И это помогло хоть немного прийти в себя и найти силы остановить Рона, в этот момент покрывающего мою шею мелкими поцелуями-укусами.

— Рон… остановись, прошу тебя… — хотя видят боги, как тяжело мне было произнести эти слова, тая в его умелых руках от удовольствия.

Раздался полный муки стон и мужчина замер, все так же крепко прижимая меня к себе и уткнувшись носом в шею. А я, снова не сдержавшись, запустила пальцы в его волосы, ероша густую шевелюру, чем вызвала новый глухой стон и лихорадочный шепот.

— Эри, не отталкивай меня. Я так по тебе соскучился. Не гони.

— Я не могу, Рон. Не так. Тут люди ходят. И Грэг прямо за стенкой. А что, если он войдет?