Артуриана (СИ) - Старкина Виктория - Страница 2

Мерлин поднялся и повернулся к королю, его лицо светилось неожиданным торжеством.

— Сила, — ответил он взволнованно, — Сила такая, какой не было раньше! Она превосходит наставницу Ниниану, досточтимую леди Озера! Она может превзойти и меня однажды… Эта девочка — негранёный алмаз!

— Я ж говорю — ведьма, — довольно хмыкнул Утер. — Забираешь? По рукам?

— По рукам, Ваше Величество, — радостно кивнул волшебник.

— Отлично! Старшая пусть остается здесь, у нее хорошо получается приглядывать за Артуром. Чуть подрастет — найду ей мужа, девочка прехорошенькая, вся в мать. А Элейна пусть возвращается до поры в Корнуолл, как повзрослеет, сыщем жениха и ей.

Я шмыгнула носом, даже будучи совсем крохой, поняла, что король задумал разлучить сестер.

— Дитя, — Мерлин снова вернулся ко мне и опустился на пол, так чтобы его лицо оказалось на одном уровне с моим. — Ты поедешь со мной. Через моря, в волшебные земли, там, глубоко в лесах Броселианда скрыто от глаз место, где юные воспитанницы, подобные тебе, обучаются волшебству. Мы называем их феями. Скоро ты станешь одной из них, пока — самой младшей. Но однажды — самой могущественной, ибо силы, что скрыты в тебе — не знают равных!

Я не поняла его слов, знала лишь, что мне предстоит покинуть Камелот. Что ж, мрачный замок никогда мне не нравился.

Через некоторое время Элейна отправилась в родовой удел нашего отца, а меня посадил на своего вороного коня волшебник-Мерлин, укрыл теплым плащом, и мы оставили позади королевский дворец. Конь летел, будто по воздуху, дух захватывало от быстрой скачки! Но несмотря на это, путь до моря занял не один день.

Море поразило меня — никогда не видела столько воды! Серое и холодное, изменчивое, вечно волнующееся — оно было прекрасно и тронуло мое сердце. Мы сели в лодку, пролив, отделявший нас от материка, был небольшим и уже совсем скоро оказались мы на берегу, откуда добрались до лесов Броселианда.

Лес околдовывал: едва ступаешь под его сень — чувствуешь тайну, волшебство, словно завеса, отделяющая мир людей от колдовского, приподнимается и ты попадаешь в другую, неведомую прежде страну. Заметив, как я восторженно озираюсь по сторонам, Мерлин усмехнулся в бороду.

— Не всем дано это познать. Обычные люди, оказавшись в Броселианде, чувствуют себя так, как если бы они просто попали в лес. Красивый, таинственный, загадочный лес. Но лишь мы, те, кому открыты магические силы, чувствуют то же, что ты сейчас. Потому что ты — волшебница, девочка, могущественная волшебница. Магия живет в тебе с рождения…

И снова меня удивили его слова, никогда не думала, что я волшебница, никогда не замечала за собой способностей, которых не было у других людей. Каким-то образом, Мерлин снова прочитал мои мысли.

— Ты еще слишком мала, дитя, — заметил он, — Магия проявляется лишь у взрослых. Сейчас тебе нужно будет лишь слушать, лишь впитывать эту атмосферу, запоминать наши слова, заучивать заклинания наизусть, не понимая слов, их смысла. Но однажды ты станешь великой колдуньей и имя твое люди запомнят на века.

Мне понравились его слова, хотелось быть настоящей колдуньей, хотелось быть сильной и что-то значить! Я бы могла спасти маму, защитить отца от короля Утера! Много чего можно было бы сделать…

Некоторое время спустя мы спешились, наконец, у небольшого озера, никогда еще не видела я столь чистой воды: словно зеркало, неподвижная, прозрачная — как кристалл.

— Это — Зеркало фей, — пояснил Мерлин. — Озерцо маленькое, но здесь порхают малышки феи и ши, дриады, эльфы, — все приходят сюда. Здесь они купаются, расчесывают свои длинные волосы, у кого-то они золотистые, у кого-то серебряные, а у кого и зеленые, словно тина.

— Как красиво! — воскликнула я. Это были первые слова, которые я произнесла с тех пор, как выехала из Камелота.

Захотелось немедленно зачерпнуть и напиться этой прозрачной воды, но едва попыталась, как Мерлин, угадав столь явное намерение, тут же остановил меня. Его рука крепко сжала мое плечо.

— Осторожнее, Моргана! — наставительно произнес он. — Нельзя пить из этого озера. Вода, что течет здесь, отнимает память. Раз испив ее, ты не вспомнишь уже ничего. Исчезнут твои воспоминания о матери, которых и так немного. Ты забудешь Камелот, забудешь, кто ты. Разве хочешь этого?

Испуганная, я шарахнулась назад. Ни за что не хотела забыть мать! Королева Игрейна была единственным человеком, к которому я чувствовала нечто похожее на любовь, и я не знала, полюблю ли еще когда-либо впредь.

— Моргана, Моргана, — услышала я вдруг тоненькие мелодичные голоса, казалось, они призывали меня! Но кто это говорил? Изумленная, я обернулась, но по-прежнему никого не увидела. Здесь были лишь я, да волшебник, что привел меня в колдовской лес.

— Ты слышишь голоса тех существ, что порхают сейчас над озером. Они приветствуют и зовут тебя!

— Но откуда они знают мое имя? — еще больше удивилась я.

— Местные феи и эльфы обладают чудесной особенностью — неважно, где ты находишься, стоит тебе собраться в Броселианд, как они уже знают о визите, уже ждут и радуются твоему приходу.

Ничего себе! Пораженная его словами, я снова обернулась к водной глади, как жаль, что не вижу их, не могу разглядеть чудесных существ, которые знают меня, в то время, как я не знаю их!

Зачарованная красотой волшебного озера, я не заметила, как она подошла. Ее шаги были легкими и неслышными, она грациозно ступала по зеленой траве Броселианда. Длинные темные волосы распущены по плечам, а глаза — большие и настолько синие, что казалось, светятся изнутри. На ней длинное белое платье, свободное, широкое, не сковывающее движений. Она была прекрасна.

— Госпожа, — Мерлин поклонился женщине, та поклонилась в ответ.

— Ну, здравствуй, малышка, — женщина ласково улыбнулась мне, удостоив взгляда синих глаз, — Кого ты привел на этот раз, великий маг?

— Новую ученицу тебе, — Мерлин тоже улыбнулся. Даже я, будучи совсем ребенком, не могла не заметить, с какой нежностью, с каким восторгом смотрел он на эту женщину. — Знакомься. Это — леди Моргана, дочь королевы Игрейны, падчерица короля Утера.

— Королевская дочь? — женщина поморщилась. — Так-то Утер отплатил за помощь! Он же обещал наследного принца! Почему же ты привел эту девчонку?

— Потому что она — редкое сокровище, — спокойно и терпеливо отвечал Мерлин. — Девочка полна колдовской силы, она струится в ее крови. Сила, превосходящая твою. Сила, превосходящая мою. Она станет великой колдуньей однажды, и нам нужно успеть воспитать ее, чтобы не пропустить восхождение.

— Неужели? — женщина удивленно подняла брови, а потом опустилась на траву рядом со мной.

— Моргана, познакомься, это — твоя наставница, — между тем невозмутимо продолжил Мерлин. — Ниниана, Владычица озера. Самая могущественная колдунья из ныне живущих. Она будет обучать тебя.

Ниниана заглянула мне в глаза, а потом по ее телу пробежала дрожь, взволнованная, она вдруг отшатнулась и резко поднялась.

— Да, девочку нужно обучать. Такую силу нельзя оставлять без контроля. Идем, дитя, — приказала она. — Идем со мной.

И я безропотно последовала за ней, доверяя незнакомой женщине. Мы оставили Мерлина у колдовского озера, а сами пошли дальше, в лесной дом Нинианы, где она познакомила меня с феями — такими же малышками, как я, обучавшимися колдовству. Через некоторое время я узнала, что Мерлин и Ниниана искали детей, одаренных магическими способностями, искали, чтобы обучать, в надежде вырастить себе достойную смену. Большинство девочек, вырастая, оказывались неспособными к этому занятию, и лишь единицы становились ведьмами и колдуньями.

Так началась моя удивительная жизнь в Броселианде, и скоро-скоро забыла я Камелот, короля Утера и сестер, малышки феи стали моими новыми сестрами, а Ниниана заменила мать. В то же время, несмотря на ее заботу и терпение, я не чувствовала, что Владычица озера любит меня. Она как будто опасалась, даже побаивалась, старалась не приближать к себе, и это отчуждение навеки осталось между нами, а когда я стала взрослой, лишь усилилось.